[306x220]
Черепашка

Ты знаешь что такое быть рожденным в одиночестве
дитя черепахи

В первый день протискиваться сквозь скорлупу
миллиметр за миллиметром
еще не пробудившись и от неудачи рухнуть обратно
полуживое маленькое уязвимое полу-животное полу-горошина

Открыть свой крохотный птичий клюв - будто стальную
дверь, которую никогда не открывали

Оторвать верхнюю часть клюва - ястреба от нижней
И вытянуть свою маленькую кожистую шею
И съесть впервые какой-то невзрачный клочок травы
в одиночестве маленькое насекомое

Крохотные яркие глаза
Медленное существо

Проглотить свой первый одинокий кусочек
И двинуться на медленный одинокий промысел
Твой яркий темный маленький глаз
Твой глаз - темная тревожная ночь

Под своей медленной медлительной крышкой
крохотное дитя
Такое неукротимое
Никто не слышал чтобы ты жаловалось
Ты медленно вытаскиваешь свою голову
из маленькой часовенки
И медленно тащишь себя вперед
на своих четырехиглых лапках
Гребя медленно вперед -

Куда ты маленькая птица?

Скорее подобная барахтающемуся ребенку
Но неотвратимо ты осваиваешь мир

Касание солнца волнует тебя
Долгие века и надвигающиеся холода
Заставляют тебя остановиться чтобы зевнуть
Открывая непослушный рот
Вдруг клювоподобный и очень широкий - будто внезапно
открылся некий пинцет
Мягкий красный язык и твердые узкие десны
а затем клин твоего скалистого панциря закрывает
твое лицо дитя черепахи

Удивляешься ли ты миру когда медленно ворочаешь
головой под платом монашки
И смотришь лаконично черными глазами?
Или снова сон наваливается на тебя
Небытием?
Тебе так тяжело просыпаться

Способна ли ты изумиться?
Или только твоя неукротимая воля и гордость первой
жизни смотрят вокруг
и медленно толкают тебя против инерции
которая кажется непреодолимой?
Беспредельность неживого
И прекрасное излучение твоих таких крохотных глаз
Пришедшая на поединок

Все так крохотная птичка-ракушка
Но ты должна грести против этой громадной скалы неживого
Чья мощь неизмерима
Пришедший на поединок
Маленький Улисс предвестник
Не больше ногтя моего большого пальца

Счастливого пути
Все живое на твоих плечах
Ты отправляешься в путешествие маленький Титан
Под своим боевым панцирем
Вот глыба неживой Вселенной

И ты медленно двигаешься один первопроходец
Каким пылким выглядит твое путешествие в тревожном
свете солнца
Стоик атом Улисса
Вдруг стремительный безрассудный на высоко
приподнятых лапках

Безголосая маленькая птичка
Оставляя свою голову наполовину в храме
В неторопливом достоинстве своей бесконечной
передышки

Одинокая без чувства одиночества
И от того в шесть раз более одинокая
Наполняя свой маленький круглый дом посреди хаоса
медленной страстью продирания сквозь незапамятные века

Над садом земли
Маленькая птица
За краем всех вещей

Путешественник
с хвостиком загнутым немного на одну сторону

Вся жизнь на твоих плечах
Непобедимый предвестник.

***

После оперы

Вниз по каменным ступеням
Спускаются девушки с трагично раскрытыми глазами,
Освещая меня вспышками мгновенно возникающих чувств,
И я улыбаюсь.

Леди,
Вышагивающие, подобно птичкам, яркими и изящными ножками,
Всматриваясь в волнении вдаль, будто в ожидании корабля,
который унесет их из руин,
И среди развалин театральной толпы
Я стою и улыбаюсь.

Они делают трагедию такой естественной.
Это нравится мне.

Но когда я встречаю усталые глаза,
Покрасневшие больные глаза буфетчика с тонкими руками,
Я рад вернуться туда, откуда я пришел.

***

Дэвид Герберт Лоуренс (1885-1930) - крупнейший английский прозаик и поэт. Эти стихи выбраны переводчиком из поэтического сборника "Птицы, звери и цветы

Родился в Иствуде. Четвертый из пяти детей в семье шахтера. Посещал высшую школу в Нотингеме. Его первая новелла "Белый павлин" была опубликована в 1911 году через несколько недель после смерти матери, к которой он был чрезвычайно привязан. Его карьера учителя закончилась в этом же году, после того, как у него был диагностирован туберкулез.

В 1912 году Лоуренс уезжает в Германию с Фридой Викли. Они поженились после возвращения в Англию в 1914 году. За оставшуюся жизнь он написал удивительное количество работ - новеллы, рассказы, поэмы, пьесы, эссе, книги путешествий, переводы и письма.

После его смерти Фрида писала:

"Все что он видел и чувствовал и знал, он отдавал в своих работах друзьям, блеск жизни, надежду большей и большей жизни ... героический, неизмеримый талант."

***

Когда я ходил в цирк


Когда я пошел в цирк который был раскинут на пустырях
он был полон встревоженных людей
боявшихся голой земли и брезентового купола
и запаха лошадей и других животных
вместо привычного запаха людей

На волнистых полноватых пегих пони
Обезьяны носились скорее серые и сморщенные
и дети слегка вскрикнули -
собаки прыгали сквозь обручи и крутили сальто
и затем гуси засеменили в маленькую стайку
они семенили под щелчки бича и по команде
возвращались обратно
с трогательно поднятыми вибрирующими крыльями -
и дети снова вскрикнули.
И опять наступила тишина похожая на молчание страха.


На натянутом канате умопомрачительная блондинка
почти обнаженная вся в золотых блестках осторожно пошла
изящно повернулась, сделала оборот, изогнулась и подняв
ногу взяла ее в руку улыбаясь и помахивая солнечным
зонтиком потанцовывая на одной ножке сделала поворот
и медленно стала опускать свои восхитительные ноги вниз
вниз до тех пор пока ее волшебное тело не опустилось в
сладкой дреме на канат.
Когда она поднялась, наклонив свой цветной зонтик
и улыбнулась настороженным зрителям
они закричали восторженно, но как-то нервно.

А на трапециях мужчина подтянутый и прекрасный подобно
рыбке в воздухе
прочерчивал под куполом громадные дуги и падал вниз
подобно звездочке.
И люди аплодировали пустыми испуганными хлопками.
Слоны большие и серые возникали
в сумеречном свете с крутыми глыбами тел
и застывали приняв странные позы показывая розовые
подошвы своих ног
и волны бежали по их восхитительным хоботам
и двигались они всегда с мягкой медленной точностью
так большие корабли становятся на якорь.
Люди наблюдали и удивлялись, и казалось их, сердила тайна
которая лежала в животных.
Лошади искристые лошади закрутились и распластались
в длинную цепь головы лежали на шеях бегущих рядом
они были счастливы все животные в цирке казалось
наслаждаются игрой вместе со своими дрессировщиками

Но зрители вынужденные удивляться
вынужденные любоваться яркими ритмами
двигавшихся тел вынужденные видеть
изящные возможности мерцающих
человеческих тел вспышек телесного пламени и немного
героизма даже у потешных клоунов
они не были счастливы по-настоящему
а было будто в кинозале
когда реакция не соответствует происходящему.

Если современный человек видит сочные тела
бесстрашные и мерцающие радостью
свободно и радостно играющие среди снарядов и все это
не в каком-либо соревновании или конкурсе
и никто не выпирает свою индивидуальность
тогда современный человек становится подавленным.

Люди чувствовали себя в невыгодном положении.
Они знали что у них нет тел способных играть так свободно.
Они имели только свои индивидуальности которые лучше
всего смотрятся на плоском экране
плоские индивидуальности в двух измерениях невесомые
неосязаемые.
И они недолюбливали циркачей радостно сбрасывавших бремя
веса и перетекавших в простое свободное движение
люди недолюбливали их за непосредственное физическое
понимание цирковых животных
и они недолюбливали вместе со всем этим всю их цирковую
жизнь.

Но что было странно - почти испуганный крик радости
который беспрерывно снова и снова издавали дети
показывавший что они смутно понимают как они обделены
родителями
яркой дикостью цирковой плоти.


http://www.olevsky.com/translations/davidlowrence/DavidLourence.htm