[Этот маленький рассказ я написал для сборника воспоминаний к юбилею Новосибирской областной библиотеки, где когда-то работал]

Воспоминания мои похожи на разрисованный цветными мелками асфальт: в первый момент память выхватывает отдельные детали, часто малозначительные, но до сих пор окрашенные приятными эмоциями. В конце восьмидесятых годов на заднем дворе библиотеки возле дома по улице Спартака, 11, стоял теннисный стол, и каждый обеденный перерыв мы спускались поиграть в пинг-понг. Вокруг собирались зрители, подзадоривая игроков, и, словно маятник часов, метался над сеткой маленький белый шарик: влево-вправо, влево-вправо...

До наступления компьютерной эры было ещё несколько лет, в кабинетах стояли большие и маленькие пишущие машинки, и синяя копирка, прокладываемая между двумя или тремя листами бумаги, марала подушечки пальцев. Чтобы оттиск на копиях был чёткий, приходилось с силой стучать по клавишам, и эта привычка осталась со мной на всю жизнь. Прошло больше четверти века, а я и сейчас стучу по клавишам ноутбука, словно по пишущей машинке - со всей силы. 

[показать]

В те несколько лет второй половины восьмидесятых печатать приходилось много. Вряд ли когда-нибудь повторится атмосфера этой удивительной эпохи со взорванными информационными шлюзами, когда потоки информации затопили целую страну. На пике издательского бума - в 1990 году - годовой тираж газет в СССР составил 47,8 миллиардов (!) экземпляров, журналов - 3,06 млрд. экз., бюллетеней - 2,5 млрд. и книг - 1,99 млрд. Годом ранее Всесоюзная перепись насчитала в СССР 286 миллионов граждан. Получается, что на каждого из них, от столичных академиков до провинциальных алкоголиков и от грудных младенцев до потерявших память стариков, выходило по 167 газет, 10 журналов, 9 брошюр и 7 книг в год. Честно говоря, я не уверен, что сегодня обычный средний человек, поглощенный заботами о хлебе насущном, прочитывает по 7 книг в год.

Соло на пишущей машинке. Фото конца 1980-х годов.

Информационно-библиографический отдел, в котором я работал, выполнял в этом нескончаемом потоке информации роль лоцмана. Мы составляли карты для кораблей-читателей, и это даже не образный оборот речи: прямоугольники желтоватой плотной бумаги, на которые записывался читательский маршрут, так и назывались - каталожные карточки. По сути Интернет уже был - не в виде электронной паутины, натянутой между миллионами пользователей, а в виде громадного информационного поля на бумажных носителях. И мы были в нем "Яндексом" и "Гуглом" одновременно. Кажется раз в неделю каждый из нас дежурил в справочном зале, подобно электронным поисковым системам ища ответы на вопросы читателей. Поверьте, их вопросы ничем особым не отличались от вопросов, которые вы набираете в поисковой строке своего браузера.

[500x361]

«Что? Где? Когда?»: команда знатоков Новосибирской областной библиотеки. Фото конца 1980-х годов.

Тем, кто рожден на исходе ХХ века, трудно представить себе жизнь без компьютеров и сотовой связи, но, пусть поверят на слово, техническая революция нисколько не ускорила рабочий процесс. Она просто сделала его комфортнее. А вот время сейчас летит быстрее, и дни иногда заканчиваются, не успев начаться. Но, может, это я постарел?

Когда наступила осень, и играть во дворе стало холодно и неуютно, руководство библиотеки разрешило нам оборудовать теннисный зал в подвале. Мы закупили стол в одном из городских НИИ и теперь сражались не только в обеденный перерыв, но и по вечерам, а иногда специально приходили за час до начала рабочего дня. И также собирались вокруг зрители, подзадоривая игроков, и, словно маятник часов, метался над сеткой маленький белый шарик: влево-вправо, влево-вправо... Пока не падал на пол, останавливая время.