мы всего боимся. чьего-то осуждения, делать что-то не так, людей вокруг, боли и беспокойства. общения и возможности совершить ошибку, мы люди в футляре, мы застрахованы от несчастных случаев, мы подбираем для себя кучу новых терминов, чтобы подчеркнуть что мы живем не неправильно, а по-своему, хотя на самом деле боимся и мечтаем избавится от всех ярлыков, что на нас навешали.
мы просиживаем ночи на АИБ и тратим жизнь на бесполезную хуиту, не забывая рефлексировать вечерами, упорно об этом сожалея. и каждый новый год пообещать себе чего-нибудь нового.
мы живем рассуждениями об элитности такого образа жизни, создавая паблики наподобие hikkikomori, где цифра числа участников (118048 человек вообще-то, охуеть просто) дает нам уверенность, что наст таких много. вот только лишний взгляд на остальных побуждает рвотные массы подниматься по пищеводу и погружает в еще большее одиночество.
мы теоретизируем об искусстве и науке, хотя желание познавать что-либо давно засосала душная пустота, да и неоткуда ему взяться заново, комнатное растение не может вырасти больше, если будет оставаться в своем горшке.
но нам ведь там нравится - все что нас окружает это и есть тот самый горшок, - мы можем часами рассуждать о глубине какого-то стихотворения или сколько тоски в голосе тома йорка, оперируя словами типа "беспредельный" и метафорами уровня /b/, придумывая которые мы чувствуем едва ли не упоение.
но мы никогда не рискнем почувствовать тоже самое в своей собственной жизни. это неудобно. в горшке теплей.

где-то читал, что - на примере башлачева - что творчество может быть приятно слушателю потому что он видит как человек медленно умирает, мучается, и нам это приятно - потому что страдаем ведь не мы. нам комфортно. мы предаемся сплину.

это меня мучает. именно дистанцирование от настоящей жизни, - вечный страх, паранойя, инертность и чувство, что ты должен идти в шаг и прожить свою жизнь так как нужно.
страх испытывать сильные эмоции и переживать настоящие чувства. страх быть свободным. страх быть настоящим. страх не найти свое место.

страх написать Я вместо нудного "мы" и взять ответственность за все, чем наполнена моя жизнь.