Иногда, лежа в тихий час (будучи еще ребенком) или ночью в кровати, я достигала такого состояния расслабленности, когда тело уже не ощущается. Суета и дискомфорт утихают, и разум начинает плыть. Вначале появлялся образ–ощущение спирали. Я чувствовала, как быстро сжимаюсь в уменьшающуюся точку, до самого предела, и в этот момент микроскопическая точка превращалась в туннель, по которому я уносилась с огромной скоростью — неописуемо крошечная, продолжая уменьшаться. И в то же самое время я расширялась до самых границ Вселенной, с такой же гигантской скоростью. Сжатие–растяжение было не только зрительным образом, оно сопровождалось чувством, что меня признали и рады мне. Я ощущала себя микрокосмом–макрокосмом.

Следующая фаза начиналась внезапно. Я смотрела на стоящие фигуры, смутно напоминавшие человеческие: темные, худые, удлиненные фигуры, похожие на скульптуры Джакометти. Они вытягивались, казалось, до пределов возможного, руки и ноги превращались в черные струны, затем они резко менялись: предо мной оказывались непристойно округлые тела, Тру–ля–ля и Тра–ля–ля без одежды, их маленькие головки и ножки исчезали в раздутой и распухшей плоти. Этот этап сопровождался дискомфортом, неприятными ощущениями, изматывающими мою душу. Мне они очень не нравились.

(Энн Шульгина, "Phenethylamines I have known and loved")

я прочитал и понял что у меня было оче похожее ощущение в детстве, и сейчас случается такое, что бывает достаточно часто, и это жутко неприятно
вдвойне неприятно оттого, что возникает это ни с того ни с сего и без всякой наркоты
хуево это, очень хуево.