Сегодня утром, переходя на станции пересадки на другую линию метро, поняла одну вещь: не смотря на то, что весна еще толком не вступила в свои права, я уже захотела зиму. Закутаться в теплый шарф перед выходом на улицу, отогревать руки о чашку с чаем/кофе, сидеть под пледом дома. Носить теплые носки, в конце-концов.
Весна слишком живая для меня. Красивые девушки внезапно, будто подснежники из-под снега, уже заполнили улицы города. Подсыхают лужи, оставленные исчезнувшими сугробами в память об обильных снегопадах этой зимы. Поют птицы, светит солнце, улыбается молодежь и не только.
А мне неуютно. Все сложнее переносить вынужденные одиночные перемещения по городу.
Чем теплее на улице - тем холоднее у меня на душе. Зимой я почти отогрелась, а теперь снова промерзаю, как влажная ткань на морозе. Да, я почти полностью оправилась от произошедшего. Но до конца это не пройдет, я знаю. Такое предательство не может не оставить следов, именно поэтому его невозможно простить.
Я так хочу спрятаться, сама не знаю от чего. Отгородиться от всего зябким поеживанием и теплыми перчатками. Часами сидеть в кафешке, глядя в окно и радуясь тому, что никто не трогает тебя.
Наверное, счастье недостижимо, потому что человеку всегда хочется чего-то большего. Но разве я прошу о каком-то великом, сложном счастье? Нет, я же понимаю, что это невозможно. Мне сейчас нужно совсем немного: жизнь без фатальных катаклизмов. Без предательства, лжи, боли близких.
Я бы начала рисовать снова, и может быть даже писать. Читала бы умные книжки, смотрела бы хорошие фильмы - и не говорила бы, что не буду смотреть фильм с плохим концом просто потому, что мне и в жизни этого хватает.

В четверг будет конференция. Статья уже давно готова, и презентация готова.
Только я не готова.