Название:Огни ночного города
Пейринг:Том/Билл
Предупреждение:твинцест,описание постельных сцен
Статус:закончен



POV Том

Я шел по людной улице ночного Берлина. Не смотря на поздний час, город и не думал замереть хоть на минуту. Наоборот, жизнь только начиналась.
Толпа абсолютно незнакомых людей обтекала меня со всех сторон, равнодушные взгляды скользили по моему лицу, надежно спрятанному под темными очками. Этим миллионам живых существ не было до нас никакого дела.
Я огляделся вокруг себя поверх людских голов.
Неоновые вывески, уличные фонари, фары дорогих машин, витрины бутиков, переливающиеся ярким блеском под лейблами мировых домов мод, горящие электрическим светом окна небоскребов… Огни большого города. Когда-то, почти три года назад, они поймали нас в свои сети, помнишь?
…Йост вывез нас из Лойтше на запись нашей первой песни, на которую потом планировали снимать клип. Первый раз мы с тобой ночевали в отеле одни, без мамы и отчима. Было немного одиноко, хотелось к своей семье, под отчий кров. Тогда мы еще не думали, что совсем скоро гостиничные номера станут нашим родным домом.
Мы стояли на балконе и смотрели на улицу. Была глубокая ночь, но от волнения мы оба не могли уснуть. Мне казалось, что в груди лопаются пузырьки колы, от счастья, от предвкушения исполнения наших желаний. Это то, к чему мы так стремились – дорога на большую сцену.
Ты оперся руками о перила и посмотрел вниз. Я последовал твоему примеру и почувствовал, как замирает сердце. Двенадцатый этаж.
Прямо под нами раскинулась черная пропасть города, в которой мелькали все те же огни. Из-за поглотившей их темноты они казались отдельными существами, не прикрепленными к домам и машинам.
У наших ног словно раскинулась отдельная галактика с миллионами беспрестанно движущихся звезд.
- Том, - Тихонько позвал ты, не отвлекаясь от созерцания этой бездонной пропасти. – Я и не знал, что ночной город – это так красиво.
Я посмотрел на твое восхищенное лицо, наполовину прикрытое длинной челкой, потом перевел взгляд обратно на эти прекрасные, манящие огни.
- Видишь эти огни? – продолжал ты. – Огни большого города… С их помощью исполнятся все наши мечты. С их помощью мы совсем скоро станем знаменитыми…
Ты был прав. Ты был чертовски прав, братик.
Эти огни, манящие, зовущие, вызывающие восхищение и трепет. Они поглотили нас, привязали к себе, подчинили. Мы попали в эти сети, в которые до нас попали миллионы людей из провинции. Окунувшись в сумасшедшую городскую жизнь, мы больше не могли ее оставить.
Наша жизнь заиграла новыми цветами и красками, освещаемая этими самыми коварными огнями, которые поработили нас в первый же вечер. Жизнь кипела круглыми сутками, открывая подросткам из пригорода невиданные ранее способы развлечения.
Сначала мы восхищались этой вседозволенностью, жизнью вдали от родителей и запретов. Крики фанатов сводили нас с ума, головокружительный успех окрылял.
Но чем ярче становилась наша карьера, тем тусклее становилась наша жизнь. Развлечения, которые когда-то казались нам такими захватывающими, потеряли свои вкус.
Ночные клубы, after-party, чилл-ауты, алкоголь, наркотики, секс на одну ночь… Все это уже давно приелось, давно наскучило.
Мы так быстро устали от этого, так быстро потеряли способность радоваться новому клубу или ресторану. Иногда мне казалось, что мы больше не можем чувствовать. В наших сердцах не осталось ничего кроме скуки. А так хотелось эмоций.
И мы с тобой пустились на поиски новых ощущений. Мы не стеснялись ничего, падая все ниже и ниже по моральной лестнице. Мы готовы были на все, только бы испытать хоть какие-то эмоции, только бы почувствовать что-то еще кроме скуки.
Секс… С парнями, с девушками, групповуха… Наручники, плетки… В самых неожиданных местах, в самое неподходящее время…
Наркотики… Нюхали, кололи и глотали все, что запрещено законом. Нам отбивало память, мы блевали прямо на танцполе, отрубались за барной стойкой…
Магазины… Мы могли позволить себе все… Мы покупали что угодно и кого угодно.
Мы перепробовали все. Мы готовы были на все, чтобы исчезло это чувство пресыщенности, чтобы испытать что-то новое.
Мы ведь даже насиловали, да, братишка?... И нам ведь совсем не стыдно. Просто хотелось новых эмоций.
Может, в этих вечных попытках разнообразить свою жизнь, мы когда-нибудь дойдем даже до убийства… Я не удивлюсь, если будет так.
Часто по вечерам, устав от вспышек камер и приевшихся развлечений, я запирался в ванной дорогого номера самого лучшего отеля в городе и резал руки. Впивался лезвием в светлую кожу, наблюдая, как кровь выступает красивыми каплями по линии пореза. Я делал это только с одной целью – доказать самому себе, что могу еще хоть что-то чувствовать. Пусть даже боль. Главное, что я чувствую.
А всего два дня назад, когда я уже отчаялся найти что-то неизведанное в этой жизни, судьба подкинула нам веселую идею.
Мы тусовались в каком-то клубе. Не помню, в каком, они уже давно стали для нас на одно лицо. Затащив двух девчонок в чилл-аут, мы начали самозабвенно заниматься с ними сексом на двух диванах, стоящих в углу. Ты сдавленно постанывал, пока стройная блондинка насаживалась на тебя сверху. Ты любил быть снизу. Я хрипло дышал, лежа на своей девушке. И в какой-то момент наши взгляды встретились, два взгляда абсолютно одинаковых карих глаз.
На мгновение, на какую-то долю секунды мне показалось, что я имею тебя, что ты стонешь и смотришь в мое лицо, находясь подо мной. И хотя это наваждение быстро прошло, я не отрывал взгляда от тебя. Твои приоткрытые в тихих стонах губы… твои карие глаза, обрамленные короткими, но такими пышными ресницами… легкий румянец на щеках… нежная кожа…
Один лишь твой вид подарил мне такой оргазм, которого я не испытывал уже давно. И у тебя было то же самое, ведь ты тоже смотрел на меня все это время.
Это было так ново для нас, братишка. Твинцест - такое тонкое извращение, такой строгий запрет со стороны общества. Те самые неизведанные эмоции, которые мы давно ищем.
После этого случая мы взглянули друг на друга по другому. Почему только два дня назад я заметил, какой ты сексуальный и соблазнительный? Ты столько лет был рядом со мной, а я этого не видел.
А вчера, когда ты стоял в гримерке у зеркала, я подошел к тебе и обнял сзади за пояс. У тебя такая горячая кожа, такая тонкая талия, такой манящий запах… Закрыв глаза, ты откинул голову мне на плечо, и я коснулся губами твоей шеи.
Это было неповторимо. Так запретно. Так неправильно. Так сладко…
И вот сейчас я шел по оживленной улице в сторону нашего отеля. Я возвращался из секс-шопа, в кармане лежала только что купленная смазка. Ты еще не знал о моих намерениях, но я уверен – ты догадываешься. И ты тоже хочешь этого.
Новых ощущений, новых эмоций.
По пути к отелю я все разглядывал то, что лишило нас обычной жизни. То, что дало нам наши мечты, отобрав простые радости, которые мы по глупости не ценили раньше. То, по чьей вине я сейчас собирался трахнуть родного брата-близнеца. То, что сломило нас.
Огни большого города.
Они освещали дорогу красивым машинам, зазывали покупателей в дорогие магазины, светили, блестели, переливались, губили жизни и души… Смеялись над этой безвольной толпой, попавшей в их сети.
Я вернулся в отель, поднялся по лестнице, проигнорировав лифт, чтобы продлить предвкушение нашей с тобой ночи. Я подошел к твоему номеру и толкнул дверь.
Ты стоял около большого окна, прижавшись лбом к стеклу, и смотрел на эти огни внизу. Ты, как и я, понимал, что они погубили нас, разбив наши светлые мечты и надежды, но все так же не мог оторвать от них взгляда. Они не отпускали нас. Они манили, притягивали, не оставляли шансов на спасение.
- Том? – Ты даже не обернулся, услышав звук захлопнувшейся двери. – Я ждал тебя.
Я подошел к тебе сзади и обнял, как вчера в гримерке. А потом мой взгляд упал на вид за окном. Огни ночного Берлина, подобно отражениям звезд в небе, сияли из темной пропасти города. Мы не видели земли, поэтому казалось, что там нет дна. Бездонная пропасть с миллионами манящих огней. И мы на краю.
А как не упасть? Как удержаться?
Спасения нет, ты знаешь это. Рано или поздно мы упадем. Скорее рано, учитывая наш образ жизни.
Но эти огни даже не вспомнят о нас, они не прекратят свое существование, продолжат зазывать в свои сети других молодых и наивных мечтателей.
Мы все – просто жертвы огромного мегаполиса, живущего своей отдельной жизнью. Люди думают, что управляют городом, но это не так. Мы все давно находимся под властью этих манящих огней.
Я аккуратно убрал твои черные волосы с шеи и осторожно поцеловал. Ты откинул голову мне на плечо, приглашая продолжать действия. Чуть приоткрыв губы, я втянул твою нежную кожу, вырвал легкий стон, скорее даже просто вздох.
Ты повернул голову и поцеловал в губы. Мы не спешили углублять поцелуй, хотели подарить друг другу немного того тепла, которого так не хватало в чужом, большом городе.
Ты поднял руку и, скинув на пол мою кепку и повязку, распустил тяжелый хвост из дред по плечам, зарываясь в них пальцами.
Потом ты приоткрыл ротик, и я приник туда языком. Ты встретил меня металлическим привкусом пирсинга и теплым яблочным дыханием. Я ласкал твои десна, зубки, небо. Через некоторое время я убрал свой язык, чуть засосал твою нижнюю губу и спустился поцелуем на подбородок, потом на шею.
Ты гладил меня руками по бедрам, пока мои ладони нежно касались твоего паха. Я стянул с тебя футболку, снял свою, благополучно закинув их на другой конец комнаты. Потом я взялся за твой ремень, а ты пытался нашарить мой, тебе было неудобно, ведь я все так же стоял сзади. Но мы и не думали развернуться, мы оба хотели видеть эти ночные огни в пропасти за окном, так легко и надежно поймавшие нас в свои сети.
Наконец мы оба избавились от джинсов и боксеров, я покрывал поцелуями твою спину и плечи. Ты отзывался стонами на каждое прикосновение, выгибал спину. Я обвел языком контуры твоей татуировки на затылке, придерживая ладонью длинные волосы.
Ты уперся руками в стекло, расставив пошире ноги.
Намек понят, братишка.
Я достал смазку, выдавил ее на пальцы и начал мягко тебя растягивать. У нас ведь уже был секс с парнями, так что я мог действовать уверенно. Я уже знал, какую точку нужно затронуть, чтобы сорвать с твоих губ громкий сладкий стон.
Я в тебе уже тремя пальцами, и ты двигаешься мне навстречу. Но я хочу немного потянуть время, довести нас до высшей точки возбуждения, поэтому продолжаю покрывать твою спину поцелуями.
Наконец, я кончаю растяжку. А потом вхожу в тебя.
То, что я ощутил не передать словами. Мне никогда, слышишь, никогда еще не было так хорошо. Внутри тебя так узко, так тепло…
Чувство неправильности и извращенности того, что мы делаем, возносило нас на небесные высоты. Мы в едином ритме двигались друг другу навстречу, отдаваясь и принимая. Ты громко застонал, насаживаясь на меня сильнее, отчего запотело стекло около твоего лица.
Я обхватил одной рукой твой член, начиная дрочить, другой рукой крепко обнял тебя, прижимаясь всем телом. Ускоряя и ускоряя наши движения, я открыл глаза.
Ты сделал то же самое, я знаю.
Наши тела резко напряглись, а потом мы оба кончили. Я в тебя, ты в мою руку.
Но на пике оргазма, на вершине наслаждения, мы смотрели только на эту бездонную пропасть. Сейчас мы на самом краю. А, может, уже падаем.
А эти огни большого города смотрели на нас и смеялись, но были все так же прекрасны, манили с той же силой, что и три года назад. И мы все так же не могли оторвать от них взгляда.
Я вышел из тебя и, сделав несколько шагов, упал на мягкую холодную кровать. Бросив последний взгляд на неоновый свет за окном, ты лег рядом со мной, прижавшись всем телом.
Когда-то я верил, что смогу уберечь тебя от всех бед этого мира, ведь ты был младше, и я нес за тебя ответственность.
Извини, братик, я не справился. Я сам подтолкнул тебя к краю пропасти.
Словно услышав мои мысли, ты нежно поцеловал меня в шею и погладил ладонью по щеке.
- А знаешь, - прошептал ты. – Мне очень понравилось.
- Мне тоже, - Я поцеловал твою ладонь.
Сейчас я очень отчетливо понял, что это не последняя наша ночь.
Да, это неправильно, многие осудят это, попытаются запретить нам. Но не поэтому ли мы собираемся продолжать?
Такое тонкое извращение…
Но сейчас ты так близок мне. Ты всегда был для меня самым дорогим человеком на свете, но теперь ты стал в сто раз мне дороже.
Я еще не знал, что именно испытываю к тебе: простую братскую любовь или любовь к парню. Я знал только, что ты рядом, и я никогда тебя не отпущу.
Быть может, вместе мы сможем удержаться на краю этой бездонной пропасти ночного мегаполиса, со всеми его соблазнами и развлечениями. Сможем противостоять манящей, гипнотизирующей силе прекрасных ночных огней большого города.

THE END