Название:Кто ты...
Пейринг:Том/Билл
Предупреждение:твинцест.
Статус:закончен




Сигареты все скурены, пустая бутылка из-под коньяка одиноко перекатывается по пустынной комнате, а ветер треплет твои вороньи волосы, красиво спадающие по острым плечам. Именно такую картину я увидел, войдя в твою комнату. Я почти забыл, как ты выглядишь, почти забыл, как волшебно пахнут ванилью и орехом твои волосы, когда ты с радостным криком обнимал меня, стоило нам расстаться более чем на час. А сейчас…я вернулся, брат.
Улыбаюсь себе под нос и почти бесшумно прохожу на середину залитой ночью комнаты, попутно миновав опустошенную бутылку и пару окурков на полу, которые так небрежно бросил. Странно, но раньше ты был аккуратнее. Неужели ты так изменился за эти два года, братишка?
Останавливаюсь и всматриваюсь в родной силуэт. Ты вызываешь во мне странные чувства. Ты и сам очень странный. Ты – отражение меня, но то ли я искажен, то ли ты так не хочешь быть моим зеркалом. Так или иначе, но мы разные. Между нами практически нет внешнего сходства, а ведь мы близнецы. Ты очень хрупок, почти невесом, твои черты более утонченные, как и весь ты сам. Иногда я благодарен тебе за это, ведь жить с точной копией самого себя пресно и серо, а жить и видеть тебя таким, каким мог бы стать и я сам – достаточно экзотично. Ты неповторим, брат. Так же, как и я. В этом наше с тобой сходство.
Кажется, ты до сих пор не заметил моего присутствия, судя по твоей неподвижной фигуре. Ты так похож сейчас на статую, очень изящную и необыкновенную для этого мира, сделанную небесным мастером. То, что ты живой человек, выдает лишь легкое шевеление твоих пальцев, на которых я почему-то не замечаю привычного маникюра. Это уже по-настоящему странно, ведь я знаю, насколько важна для тебя эта частичка протеста окружающему миру, твое самовыражение. Неужели и эта привычка покинула тебя? Билл, я тебя не узнаю.
Я скольжу взглядом по твоей спине, очерчиваю узоры по плечам и понимаю, насколько сильно я по тебе скучал. Брат, мне так тебя не хватало, хоть я и сам бросил вас. Нет, не бросил, просто ушел на время. Да-да, именно так…
Ты еще не чувствуешь меня? Не ощущаешь здесь, в твоей обители? Ну же, обернись, ведь я пришел…
- Эй, - негромко говорю тебе в спину.
Говорю, и жду, что сейчас ты обернешься, в твоих глазах отразится радостное изумление, и в следующую секунду и в следующую секунду я почувствую твое родное тепло в своих руках. Но ты медлишь. И меня это, честно говоря, немного пугает, сам не знаю, почему. Чего ты ждешь, Билл?!
Я стою в легком смятении, и только думаю подойти к тебе самому, как ты медленно разворачиваешься в мою сторону, а потом поднимаешь глаза, и я окаменеваю.
Вместо теплых, шоколадных омутов на меня смотрят две холодных, пронизывающих иглами льдинки. Этот ужасающий холод не только в твоем взгляде. Твои глаза теперь пугают, а не завораживают, как прежде. Я стою, не в силах пошевелиться, и с нескрываемым изумлением разглядываю нового тебя. Ты носишь линзы? Зачем, ведь у тебя идеальное зрение. Почему теперь я вижу перед собой ледяные серые айсберги, а не заволакивающие спокойствием и теплом твои родные глаза? И почему такой холод, у меня же сейчас пар изо рта повалит…
Ты разглядываешь меня так…безразлично?
- Здравствуй, Томас.
Томас? Это что-то совсем не твое…
- Ты не рад мне? – вопросительно вскидываю брови.
- Я не ожидал твоего приезда, - холодно, высокомерно.
- А я так ждал встречи с тобой, братишка, - я немного шокирован твоим поведением, но все же расплываюсь в улыбке. – Все-таки два года…
- Именно, - обрываешь меня, - два года.
- Билл, да что с тобой такое? Я стою здесь, как идиот, жду, когда ты пошире раскроешь свои..кхм…немного изменившиеся глаза и, наконец, увидишь меня, своего брата!! Не видел тебя два года... Я не узнаю своего брата!
- А у тебя есть брат? Познакомишь?
Резко, как пушечный выстрел. От такого хода слов я впадаю в ступор и лишь тупо смотрю в твои ледяные глаза и такое же лицо. Ты без макияжа… Черт, где же мой брат?!
- У тебя с головой все норм? – цежу сквозь зубы.
- Да. Все просто превосходно, - никаких эмоций, глаза куда-то сквозь меня. – Кстати, пока тебя не было, многое изменилось.
- Это я уже заметил…
Ты никак не реагируешь на мое ехидство, мне кажется, что твое лицо теперь непробиваемо эмоциями. Оно будто из воска. Я чувствую себя очень неуютно, да еще и этот холод, пробирающийся через открытое позади тебя окно. Да как же ты живешь в таком морозильнике?
Мне хочется спрятаться от твоего тяжелого, пустого для меня взгляда, или крепко зажмурить глаза, а потом открыть, и увидеть перед собой прежнего, улыбчивого Билла, называющего меня просто Том. Но ты все так же изображаешь из себя неприступную скалу, и я не придумываю ничего лучше, как самому подойти и крепко обнять тебя.
Боже, какой же ты холодный!
Ты даже не обнял меня в ответ, ты просто стоял, упираясь взглядом в стену. Я даже не слышу биения твоего сердца, как раньше. Билл, кем ты стал, жив ли мой Билл??
Отстраняюсь и осторожно смотрю на тебя. Ноль эмоций. Ты даже не отвечаешь мне взглядом, отчего я теряюсь еще больше.
- Билл, что случилось? Ты ведешь себя…
- Как, Томас? – мне показалось, или в твоих глаза что-то блеснуло?
- Не как раньше…да и что еще за Томас?! Брат я тебе или кто?!
- Не знаю… - нет, показалось…
- Объясни…Что с тобой произошло?
- Ничего, Томас. Время идет – все меняется, и я в том числе. – Говоришь будто не со мной.
- Тебе не идут эти изменения. Тогда почему я так не изменился? Почему я безумно скучал по своему брату, а он по мне – нет?!
- Это твоя жизнь, и ты вправе делать с ней все, что хочешь. Я в ней не хозяин.
- Ошибаешься, братишка. Это наша жизнь, понимаешь, наша! - я уже почти кричу…
- Нет нас, Томас. Есть ты. Есть я.
После этих слов, каждое из которых резануло меня по ушам, сердцу и рукам, которые безвольно опустились вдоль тела, ты огибаешь меня и выходишь из насквозь промерзшей комнаты, оставляя меня совсем одного. Опустошенного и убитого…
очень надеюсь на ваше мнение...надо ли продолжать??
Опции Дoбавить кoммeнтарий

PWP 29 марта 2008 г. 16:21:10 [ постоянная ссылка ]
Я остался стоять как баран, посреди заледеневшей комнаты, ощущая внутри себя такой же ветер, что гулял вокруг меня. Что это вообще было? В голове роится миллион вопросов, ни на один нет ответа, и каждый из них связан с твоим именем. Почему? Зачем? За что?
Слышу, как внизу захлопнулась дверь. Ну вот, теперь ты ушел не только из комнаты, но и из дома вообще. Похоже, ты убегаешь от меня. Что ж, твое право. Искать тебя, бежать следом? Нет, я не буду, потому что знаю, что это лишнее. Ты верен своей гордости, равно как и я. Но только я умею побеждать ее, а ты по ходу еще не научился, значит, и мне нет смысла пытаться что-то делать. Ты вернешься. Я в этом уверен, просто тебе нужно время разобраться в себе. Хотя и мне, честно говоря, тоже…
Черт, как же так! Я не видел твоих глаз два года, два долгих, тянувшихся липкой лентой, года. Я мчался к тебе в надежде быть согретым твоей лучезарной улыбкой, забыться в долгом разговоре с тобой за бокалом нашего любимого коллекционного шампанского. Мы с тобой гурманы, этого у нас не отнимешь. Но один твой взгляд леденящих душу глаз и всего лишь пара фраз – и я потерян, растоптан, но внешне все так же невозмутим и силен. Я не понимаю, что вызвало в тебе такие перемены? Что случилось, пока меня не было? Почему такая холодность? Ведь я же твой брат…
У меня тупой ступор. Я просто стою, вытянувшись по стойке смирно, и задумчиво тереблю языком свой пирсинг. Наверное, не нужно было приезжать…или…
Так ты из-за этого так себя ведешь? Потому что я уехал, да? Но…ведь это же глупо… Я же вернулся! Нет, нет, я точно ничего не понимаю…
Мне нужно успокоиться…мне нужна выпивка. Выхожу из твоей комнаты, так и не закрыв окно, похоже ты полюбил холод, раз стоял перед его распахнутыми створками в легенькой маячке с короткими рукавами. Оказываясь в прихожей, замечаю, что ты оставил свою…куртку?! В шоке замираю. Смотрю на вешалку с широко раскрытым ртом. На ней висит всего одна чисто черная куртка. Куда делся твой необъятный гардероб? Ты же всегда ценил разнообразие во всем, однотонная жизнь пугала тебя, поэтому ты всегда стремился сделать так, чтобы каждый прожитый тобою день не был похожим на предыдущий, и всегда втягивал меня в это, на что я не всегда реагировал с бурным восторгом, потому что порой твой энтузиазм надоедал. Ты мог скакать с места на место, заражая своей жизнерадостностью почти всех вокруг, даже вечно угрюмого, замкнутого в себе Густава.
Распахиваю дверцы кухонного шкафа, достаю из его глубин неначатую бутылку виски. Спасибо что хоть спиртное ты оставил на прежнем месте, а то я уж ожидал найти там банку кофе. Поспешно отвинчиваю крышку, отбрасываю ее куда-то в сторону, она звонко ударяется о графин позади меня. Стаканы мне сейчас не нужны, к черту прелюдию! Делаю большой глоток, жидкость обдирает мое горло, а потом разливается теплом по всему телу. Ммммм…. Вот это я называю успокоительное… Вытряхиваю последние капли, горечи напитка почти не чувствуется, только приятное чувство единения с этим коричневым пойлом… Хотя нет, с божественным напитком. Именно!!!
Ах, это неповторимое чувство невесомости, и в космос летать не надо! Вот я парю по некогда родному дому… только в нем почему-то нет тебя. Боже, нам с тобой надо поговорить… Я должен объяснить, что я не виноват, должен сказать тебе все, как есть, прояснить некоторые моменты нашей…нет, теперь уже моей жизни, ведь ты запретил говорить мне слово «мы». Пускай будет так, как ты хочешь. Сейчас я готов идти на уступки. Но это только сейчас, может быть потому, что в моей крови играет дружище виски??
Почти наощупь пробираясь по темному дому, я кожей чувствую холод, идущий из твоей комнаты. Ненавижу холод. Потому что из-за него становится неуютно. Потому что он поглотил моего брата, оставив лишь пустой манекен, который бросил меня здесь, не видя два года. И сейчас я злюсь на холод, настойчиво пробирающийся под самые кости. На заплетающихся ногах бегу в твою комнату…
Ветер почти рвет легкие занавески на огромном окне, а по всей комнате разлетелись какие-то листочки, куча разорванных бумаг. Недоуменно оглядываюсь по сторонам, следя за бумажным вихрем. Легким взмахом руки ловлю один из листков, смотрю на него, но ничего не вижу. Темно. Свет включать не хочется, поэтому лезу рукой в карман своих джинс. В такие моменты я проклинаю свой стиль!! Тщетно пытаюсь найти зажигалку…есть! Выуживаю ее, негромкий щелчок, и комната уже не так темна…
Опции Дoбавить кoммeнтарий

PWP 29 марта 2008 г. 16:24:34 [ постоянная ссылка ]
Разглаживаю смятый лист, мутным взглядом замечаю какие-то надписи. Почерк явно твой… Ничего не могу разглядеть, глаза отчаянно отказываются фокусироваться на неровных строчках. Бью себя по голове, от этого все двоится еще сильнее…
Через некоторое время мне удается сосредоточить взгляд.
На листе бесконечное количество раз написана всего лишь одна фраза. И почему-то на английском.
I hate.
Это все? А я-то думал, что найду там твои переживания, может быть стихи, или страницы разорванного дневника. А тут всего лишь одна фраза, короткая, не до жути мне непонятная. Кого ты так возненавидел, братишка? И зачем тебе нужны было из-за этого исписывать столько листков. Ведь на всех одно и то же.
Полностью погрузившись в свои размышления я не заметил, как зажигалка невыносимо нагрелась и стала обжигать пальцы. Внезапно в окно влетел резкий порыв ветра, пламя в руке потухло, а листок, который я сжимал в руке, стремительно вырвался из моих пальцев и полетел в распахнутое тобою окно…
- Черт тебя побрал бы, с**а!!! – ору я, и бегу следом за листком. Пьяный мозг соображает очень плохо, а точнее, не соображает вообще, поэтому я плюю на еще сотню таких же листков, окружающих меня, и тупо бегу именно за этим. Потому что мне нужен именно он!
Срываюсь с места настолько быстро, насколько мне позволяет мое состояние, и бегу следом за белоснежным листком, в темноте промерзнувшей комнаты напоминающий очень большую бабочку. О нет, он вылетает за окно!! Нет, постой, я верну тебя!! Подожди…
Чьи-то руки схватывают меня, когда я уже наполовину вылетел из этого окна следом за листочком, канувшим в ночь. Я отчаянно вырываюсь, колочу руками по подоконнику, что-то невнятно бормочу, сам не понимаю смысла, но чувствую, что сказать это просто должен. Руки все так же сдерживают меня, не давая сорваться вниз. Я на миг замираю, и в ту же секунду меня отпускают.
- Я бы посоветовал тебе умыться, Томас. Ты пьян.
Билли…это твой голос!!! Это твои руки не дали мне упасть! Братишкааа!!!
- Билл!!!
Резко разворачиваюсь, чудом устояв на слабых ногах, в надежде увидеть твое лицо, пускай холодное, как и твой голос, как и твои глаза, но ТВОЕ. Но тебя уже нет… Ты наверное не хочешь меня видеть в таком виде…или вообще??
Почти моментально трезвею от вновь нахлынувших мрачных мыслей, и угрюмо плетусь в свою комнату.
Опции Дoбавить кoммeнтарий

PWP 29 марта 2008 г. 16:24:56 [ постоянная ссылка ]
Билл.
Первая мысль, посетившая мою голову, стоило мне открыть глаза и поморщиться от яркого света. На миг мне показалось, что все это приснилось, что сейчас я позову, и в комнату влетит мой младший брат, мой Билли, и скажет…
- Томас, забери свои вещи из моей комнаты.
Резко, до хруста в шее, поворачиваю голову в твою сторону. Ты стоишь в дверях, на лице все то же каменное выражения, глаза цвета айсберг, взгляд куда-то в окно. Какое на хрен окно?! Билл, я же здесь!!!
- Х..хорошо, - слегка хриплю спросонья. – Хорошо, Билл, я сейчас заберу.
- Чем скорее, тем лучше, - отрезаешь ты еще кусок моей души и швыряешь все в то же окно, в которое направлен твой взгляд.
Исчезаешь из проема так быстро, что я даже не успеваю понять, что ты ушел. Такое чувство, что у меня было видение. Ужас какой-то…возвращение домой…к брату…к тебе, Билл.
Ха, я настолько перебрал вчера, что даже не удосужился раздеться. Только футболку стянул. А может и правильно сделал, ведь теперь в этом доме царит невероятный холод…
Поднимаюсь с кровати, слегка встряхиваю головой, отчего дреды разлетаются во все стороны и мягко бьют меня по плечам. Ну что ж, Билл, раз тебе настолько неприятен не только я, но и все, что со мной связано, даже мои вещи, будь по-твоему. Я заберу их. И сам уберусь.
Горько, невероятно горько. Медленно, будто растягивая время, шагаю в твою комнату. От нее уже издалека веет холодом. Непроизвольно ежусь, кожа покрывается мурашками, становится неуютно. Открываю ледяную дверь. Чувствую себя мальчиком Каем, из сказки про Снежную Королеву. Хотя нет, моя роль скорее напоминает Герду. Это ты Кай. Только кто поселил в твоем сердце этот осколок??
Стоило мне зайти, как ты тут же скрываешься в ванной. От кого ты бежишь? От меня? Или от себя самого? Ты же брат, я чувствую, что ты не можешь так просто отгородить себя от меня, я просто это знаю.
Прохожу в комнату. Все листы уже убраны, и теперь аккуратной стопкой лежат на твоем столе. А моя сумка сиротливо лежит возле твоей кровати, на том же месте, куда я ее бросил вчера. Ты даже не притронулся к ней. Подхожу к ней, только протягиваю руки, как взгляд падает на твою тумбочку.
Куда ты дел НАШИ фотографии?? Ты же не мог уснуть, не посмотрев лишний раз на нас маленьких, держащихся за руки, и сидящих на низеньких красный качелях. Тех, что когда-то стояли в нашем саду. Тех, что ты так любил. На тумбочке идеально пусто. Я бы даже сказал, слишком пусто. Что все это значит? Ты совсем решил вычеркнуть меня из своей жизни?
Слышу скрип двери за спиной, и следом едва различимый испуганный вздох. Очевидно, ты решил, что я уже ушел, потому что я не издал ни звука, ошеломленно смотря на пустую тумбочку. Вдруг меня взяла невероятная злость, я резко развернулся к тебе, желая наткнуться на перепуганный белый взгляд, но вместо этого снова вижу ледяные глаза мимо меня. Нет уж, хватит…
Подбегаю к тебе, хватаю за плечи, не обращая внимания на то, что чересчур сильно сжал руки, выдыхаю тебе прямо в лицо:
- Посмотри на меня.
Молчишь. Ни звука, ни единого жеста, ты даже не вздрогнул. Сейчас ты так похож на сломанную куклу, пустые глаза, упорно не желающие смотреть на меня, бездвижное тело под моими руками, сдавливающими твои хрупкие плечи. Ты будто из камня.
- Билл, посмотри на меня! – слегка повышаю голос.
- Отпусти… - почти без эмоций, едва различимо.
- Черт бы тебя побрал, немедленно взгляни на меня!!!
Резко вскидываешь свои ресницы, обдавая меня ледяным душем. Ловлю твой первый на меня взгляд, создаю зрительный контакт. Безотрывно смотрю в твои новые глаза, пытаясь найти в них что-то от прежнего Билла. Ничего. Пусто. Только…мне показалось, или у тебя в глазах блеснули слезы?
Нет, не показалось. По твоей бледной щеке скатилась хрустальная слезинка, оставляя за собой мерцающий след. Твое тело вдруг начало мелко трястись, ты, будто испугавшись этой дрожи, судорожно втянул воздух, и попытался закрыть глаза, но я остановил тебя.
- Нет, Билл, прошу тебя…
- Опусти меня… - шепчешь ты сквозь зубы.
- Билли, братишка…я умоляю, успокойся, не плачь, я рядом, я вернулся…
- Поздно…слишком…отпусти…не надо, - повторяешь, как молитву.
- Билл, не бойся меня…
- ОТПУСТИ!
- Билл, я прошу…
- Я СКАЗАЛ, ОТПУСТИ МЕНЯ, ТОМАС!!!!
Ты взрываешься криком, который эхом раздается по пустому дому. Тебя всего трясет, я потрясен, ты, воспользовавшись моим замешательством, вырываешься у меня из рук, и молниеносно выбегаешь из комнаты. Снова.
Нет, я не буду за тобой бежать! Прячься от меня, если тебе это нужно. Не смотри мне в глаза, если это вызывает лишь отвращение, которое я почувствовал в твоей истеричной дрожи. Делай, что хочешь!!
Со злости, захлестнувшей меня, бью кулаками стену, отчего с нее падает фотография нашей матери. Черт возьми, мне обидно, ты очень разозлил и ранил меня, братец! В чем я провинился? Что с тобой произошло?! Как бы мне хотелось все эти вопросы задать тебе, но нет, сейчас я не могу себе этого позволить, теперь нет. Ты плюнул мне в душу, и размазал все это внутри, оставив противный склизкий след. А мне просто больно. По-человечески больно. Потому что ты мой брат. И я люблю тебя.
Все, решено. Я уйду из твоей жизни, ты отлично дал понять мне, что хочешь этого. Через два дня наш с тобой день рождения, так что это будет моим тебе подарком. Ты не откажешься, я уверен.
Хватаю свою сумку и опрометчиво выбегаю из твоей до омерзения холодной комнаты. Хорошо, что я не разобрал вчера свои вещи, два моих чемодана так и остались в холле, так что забегать в свою комнату не вижу смысла. Превосходно.
Шумно сбегаю по лестнице, чуть не наворачиваюсь на последней ступеньке, хватаю с вешалки свою куртку, игнорируя твое присутствие в гостиной. Ты куришь, сидя на корточках у кофейного столика, я этого не вижу, но спиной чувствую. Надеваю куртку на голое тело, футболку я оставил в комнате, а возвращаться не буду, хочется как можно скорее убежать из этого дома, из твоего ледяного замка. И от самого короля.
Ну, вот и все.
Закидываю сумку на плечо, беру в руки чемоданы. Где-то в глубине души чувствую шевеление, говорящее мне о том, что нужно обнять тебя на прощанье. Но я не буду. Потому что ты снова отшатнешься, или же забьешься в новой истерике, будто бы к тебе прикасается прокаженный. Я просто уйду, Билл. И ты меня больше никогда не увидишь.
Но и просто так я не могу покинуть этот дом. Не глядя на тебя, бросаю коротко через плечо:
- Прощай.
Ничего мне не отвечаешь, я и не ожидал этого, хотя где-то очень глубоко надеялся. Ну что ж, значит так должно быть. Это твой выбор, братишка.
Громкий хлопок дверью, и ты остался один, брат. Наедине, со своей тишиной и проклятым холодом.
Опции Дoбавить кoммeнтарий

PWP 29 марта 2008 г. 16:25:21 [ постоянная ссылка ]
Такси приехало на удивление быстро, шофер помог мне загрузить мой багаж, я попросил его довезти меня до любой приличной гостиницы, мне было все равно куда ехать, главное чтобы подальше от места, когда-то называвшегося моим домом.
Смотрю в тонированное стекло машины, за ним мелькают такие знакомые улицы, парки, скверы. Вся моя жизнь. Наше с тобой детство…
Чувствую, как к горлу подкатывает противный комок. Нет, Томми, парни не плачут, а ты ведь у нас настоящий парень! Нельзя, даже из-за тебя… С трудом проглатываю ком и зажмуриваю глаза, чтобы ни одна слезинка не упала. А на стекло начинают одна за другой падать прозрачные капли. Небо плачет за меня. Да, поплачь, тебе можно…
Сам того не хочу, но снова погружаюсь в пучину своих размышлений о тебе. Будет не так-то просто забыть о брате-близнеце. Особенно о таком, как ты.
Я не заслужил такого наказания. Да, признаю, я оставил тебя и группу. Я уехал прочь, но так было нужно. Так было нужно для меня, для группы! Я допустил ужасную ошибку…



Это случилось два с половиной года назад. Популярность нашей группы превзошла все границы, это был бешеный успех! Каждый наш новый трек тут же взлетал на вершины мировых хит-парадов, награждение за награждением, съемки клипов, интервью, поклонницы. Все это опьяняло и кружило голову. Ты излучал счастье, мы с тобой оба были безгранично счастливы. У нас было все: богатство, девушки, мы ни в чем себе не отказывали.
Единственное, что омрачало твою радость, тот факт, что ты был одинок. Целых три года у тебя никого не было, когда ты в первый раз признался в этом в интервью, журналистка была слегка в шоке, но ты тогда очень мило и смущенно улыбнулся, и она тут же растаяла, а на следующий день заголовки газет запестрели новой сенсацией. Я тогда впервые задумался о том, почему ты одинок. Вокруг тебя вертелось столько красивых девушек, никто бы не устоял перед ними, но ни на одну ты даже не смотрел. Ты ждал чего-то большего, идеала, совершенства. Мне этого не было нужно. Я не витал над облаками, а брал вполне земные дары. Мне не важны были, как для тебя, нежные руки девушки или разговоры при свечах. Большая грудь, упругая задница и длинные ноги – главные критерии. Я пользовал их. Менял, как презервативы. И все они мне отдавались, без лишних вопросов, ни одна не сопротивлялась. А ты был не таким. Как-то раз я спросил тебя, почему же ты еще не нашел свою единственную, неужели тебе не надоело быть одному?
- Мне и тебя хватает, Томми, ты самый близкий мой человек, - улыбнулся ты.
Я тогда пошутил, сказав, что замуж тебя все равно не возьму, а ты снова улыбнулся и опустил глаза.
А мне тебя не хватало, Билл. Да, ты был моим братом, моей душой, лучшим другом. Но быть с тобою всегда и везде я тоже не мог. Мы и так почти постоянно были вместе: на концертах, фотоссесиях, на различных передачах. Мы даже иногда номер один в гостинице заказывали, это случалось, когда ты особенно уставал от всего вокруг или же у тебя было очень плохое настроение. Тогда мы просиживали ночи напролет, болтали о всякой чепухе, прикалывались над Жорой и Густом, хамили Йоста. Было очень здорово. Но мой организм требовал баб, много баб. Секс стал моей второй жизнью, даже в группе я прослыл этаким мачо. Фанатам это понравилось, и тогда Йост наказал мне поддерживаться этого образа, так что почти в каждом интервью мелькали мои красочные описания очередного секса с фанаткой. Ты очень тихо сидел во время таких интервью, задумчиво теребил свои браслеты и иногда улыбался.
Опции Дoбавить кoммeнтарий

PWP 29 марта 2008 г. 16:26:22 [ постоянная ссылка ]
Фанатки, прознав о том, что я вовсе не прочь переспать почти с любой из них, толпами скапливались у отелей, в которых мы останавливались, открыто предлагали себя во время раздачи автографов, рисовали плакаты с недвусмысленными предложениями. Меня это порядком заводило. Уже стоя на сцене и лениво поглядывая на низ из-под козырька своей кепки, я выбирал себе симпатичную фанаточку с большими булками, а после концерта просил одного из телохранителей провести ее ко мне в гримерку. Иногда я брал их прямо там, но в большинстве случаев я давал им особую бумажку, за счет которой они попадали ко мне в номер, где и начиналось главное веселье. На следующее утро ты шутливо жаловался мне на надоевшие тебе стоны, доносившиеся из-за стены, ведь мы с тобой всегда брали соседние номера.
В тот день мы с группой отмечали окончание нашего тура Zimmer 483. Все были невероятно рады и огорчены одновременно. Рады – потому что зверски устали трястись в автобусах по миру, огорчены, потому что понимали, как нам будет не хватать того адреналина, что играл в крови во время выступлений. Мы замутили мега-вечеринку. Сняли на всю ночь чумовой клуб, в котором отрывались не по-детски. Было очень много спиртного, даже слишком много. Даже Густав нажрался в тот день так, что Саки почти волок на себе нашего неповторимого барабанщика. Что уж говорить обо мне… Так, как тогда, я не пил ни разу в жизни. После последней опрокинутой рюмки мой мозг не соображал вообще. Ты тогда пытался остановить меня, говорил: «Томми, не стоит столько пить, ты же совсем невменяем!» А я тогда пропустил твои слова мимо ушей и пошел развлекаться на танцпол, где зажигали просто охренительные телочки. Забрался на сцену, станцевал с одной из них стриптиз. Ты лишь поглядывал на меня из-за столика в углу, странно, но в тот вечер ты предпочел одиночество. Потом все помню смутно… Вроде бы спустился вниз, ко мне подошла приятная брюнеточка, оказавшаяся нашей фанаткой, попросила автограф, я расписался у нее на груди, на животике… Дальше поволок ее на второй этаж, в VIP-зал. Подошел к мини-бару, долго искал там виски…нашел… Мы выпили…звон разбитых об паркет бокалов…вот она падает на пол от моего грубого толчка, кричит от боли…обрывки ее одежды летят в сторону...грубые укусы за шею…губы все в крови…нечеловеческий крик, а потом тишина…я хриплю над обездвиженным телом…
Я изнасиловал ее. Перешел границу. Когда я слез с нее, она все еще была без сознания. По ее телу медленно расплывались синяки от моих ударов. По щекам из закрытых глаз струились слезы. А между ног лужа размазанной багровой крови…
От осознания совершенного меня вырвало прямо на пол. Алкоголь почти сразу испарился из головы. Испугавшись, я в спешке натянул одежду и выбежал оттуда, бросив ее одну…
Ты ничего не знал. Я никому не рассказал о том, что натворил. Две недели прожил в страхе, боясь того, что об этом станет известно. А потом мне пришел конверт с видеокассетой, на которой была запись того вечера…
Меня всего трясло, когда я просматривал это. Я действительно был слишком жесток. Оказывается, это была дочка одного из наших спонсоров, по иронии судьбы оказавшаяся нашей фанаткой. Папочка провел ее на нашу закрытую вечеринку, а потом подвернулся я. Она рассчитывала на нежный секс со мной, ведь я был у нее первым… Потому прихватила с собой мини камеру… Пока я копался в баре, незаметно установила ее на столике, нажала на запись… Глупая девчонка надеялась потом показать это своим подругам, таким же фанаткам, но все пошло не по ее планам…
Клэр – так ее звали – решила отомстить за себя, а заодно и приковать к себе знаменитого Тома Каулитца. Обладая таким компроматом, она могла растоптать меня и группу. Но она сделала умнее. Отослав мне всего лишь копию, оригинал она оставила у себя. Грозясь связями отца, она начала свой шантаж. У меня было два выбора: плюнуть на чокнутую девицу, к тому же и несовершеннолетнюю,допустить попадание записи в прессу, тем самым поставив крест на группе. Но я не мог, я просто не имел права так делать. Это был бы позор, удар для тебя, ведь музыка была твоей жизнью, ты бы просто погиб без нее. Поэтому я выбрал второе. Я покинул группу, просто исчез из жизни ребят и из твоей тоже, оставив лишь записку с пожеланием удачи и советом найти нового гитариста. А сам уехал с Клэр в Швецию. Она приковала меня к себе, и хотя с той ночи я вызывал у нее лишь отвращение и ненависть, она пользовалась мной. У нас был секс, она просто помешалась на этом. Но не было ни одной нежной ночи. Каждый раз она заставляла меня бить ее, как тогда, будто напоминая о произошедшем. И получала от этого удовольствие. А я сходил с ума, глядя на нее. А потом она забеременела. Не знаю, рад ли я был. Я не любил ее, нет, но мысль о том, что внутри нее живет часть меня, вызывала какие-то теплые чувства. Я начал заботиться о ней, но она решила иначе. Клэр стала пропадать, возвращалась домой обкуренная, пьяная, вся в синяках. Я пытался образумить ее, запирал дома, но стоило ей напомнить о пленке, и я становился бессильным. Козыри были у нее, я был лишь игрушкой. Однажды Клэр пропала на неделю. Она была на пятом месяце. А вернулась под кайфом, и с безумной улыбкой сообщила мне о том, что потеряла ребенка. Оказалось, что какие-то подонки изнасиловали ее. Снова…
От бессилия я просто упал на пол и зарыдал. Я почти полюбил эту девушку, я всем сердцем любил своего не родившегося ребенка. А она стояла надо мной и хохотала, измывалась. Тогда и лопнуло мое терпение. Я вскочил на ноги, отпихнул эту безумную наркоманку и бросился на поиски этой чертовой кассеты, уничтожившей мою жизнь. Я перерыл весь дом, а, найдя, растоптал ее в крошку, а остатки сжег. Клэр лишь сидела на полу и улыбалась, а по ее щекам текли слезы. Она потеряла и меня.
Да, я подонок. Я сломал эту девочку, загубил ее жизнь. Но она убила две жизни. Мою и моего ребенка.
Я уехал от Клэр, бросив ее на произвол судьбы. Теперь я был свободен. Не знаю, жива ли она, быть может, она покончила с собой в тот же день. Я больше ничего не знаю о ее жизни.
Мне пора было возвращаться. За те два года, что меня не было, я ни разу не позвонил тебе, сам сменил номер, чтобы не причинять тебе большую боль, ты ведь не должен был знать, насколько низко я пал. Я знал, что вы почему-то так и не нашли мне замену, что группа распалась, Йост завел какой-то новый проект. О тебе я почти ничего не знал. Равно как и о Георге с Густавом. Я совершил столько ошибок, что не знал, как дальше жить. Но одно я знал точно: я должен вернуться, просто обязан. Вернуться к тебе, чтобы больше никогда не бросить, братишка.
Но все повернулось иначе…
Опции Дoбавить кoммeнтарий

PWP 29 марта 2008 г. 16:29:03 [ постоянная ссылка ]
- Эй, молодой человек, с вами все в порядке? – помахал перед моим носом таксист.
- А? Что? – я встряхнул головой, гоня от себя воспоминания.
- Приехали, - расплывается тот в улыбке.
- Ах, сейчас я заплачу, минуточку…
Роюсь в сумке, ища бумажник. Найдя, протягиваю ему пару купюр, тот с довольной ухмылкой забирает их, а потом просит расписаться на одной из них. Немного удивляюсь тому, что я еще не забыт и быстро черкаю почти забытый завиток протянутой им ручкой.
- Пожалуйста, - протягиваю.
- Спасибо, парень. Моя дочь будет рада. Она очень переживала, когда вы это…ну распались. Ты, ей, кстати, больше всех нравился. Зря вы так, чего ж вам не игралось?
- Эм…так получилось…обстоятельства… - еле выдавливаю из себя, а в груди мучительно сжимается сердце.
- Эх, жаль…хорошую музыку играли, - вздыхает мужик. - Ладно, удачи тебе!
- Спасибо, вам тоже.
Выбираюсь из машины с грузом в области сердца, резко прибавившим в весе. Вытаскиваю из багажника свою поклажу, и бреду в отель.
Быстренько заказав номер, отправляюсь наверх. На лифте ехать не хочется, восемь этажей совсем нетяжело. Тащу за собой чемоданы, они глухо стучат о покрытые ковровыми дорожками ступеньки. Немного вожусь с замком, открывается дверь, и я вхожу в свой новый «дом».



Я проспал до девяти вечера, нервы дали знать о себе, после всех событий захотелось спать, так что стоило мне войти в номер, как я тут же свалился на широкую кровать, забив на свой багаж.
Открываю глаза и вижу перед собой до боли знакомый гостиничный номер, что сразу навевает воспоминания о группе. Какой же я все-таки идиот… Неудивительно, что Билл так изменился, наверное, он возненавидел меня за мое исчезновение. Билли, я же не смогу без тебя! Пускай сейчас боль умело режет ножами мое сердце, пускай мне горько, но я все равно не могу… Ты же не знаешь всего, что со мной произошло. А если бы узнал… Я бы стал тебе еще противнее, да?
Ну вот почему, почему я думаю только о тебе? Почему мне даже не хочется забыться в очередной девушке… А смогу ли я когда-нибудь вновь приблизиться к одной из них? Теперь я боюсь сам себя…
Черт…если я сейчас же что-то не сделаю, я просто утону в собственных мыслях. Голова разрывается. А ведь здесь неподалеку есть неплохой клуб…раньше мы с парнями часто там зависали. А что, неплохая идея! Вот только в клубах я не был с того самого вечера.
Бодренько спрыгиваю с кровати, и бегу в ванную. Нужно как можно скорее расслабиться…любым путем. Оперативно скидываю с себя пыльную от дороги одежду и забираюсь под сильные струи душа. Как же приятно! Вода смывает с меня грязь, темное прошлое, слезы, воспоминания о тебе. Она скользит по плечам, по спине, дарит потрясающую ласку, на которую никто не способен. Разве что ты… Брррр!!!! Прочь такие мысли, что же такое-то….
Недовольно встряхиваю головой, брызги летят во все стороны. Выключаю душ и голышом шлепаю в номер, не обращая внимания на льющуюся с меня воду, оставляя за собой мокрую дорожку. Я так люблю. И мне не страшно, что кто-то может войти, ведь я в хорошей форме и мне нечего скрывать. Что естественно, то не безобразно!
Распахиваю свои чемоданы и в раздумье, что надеть, накручиваю на палец дредину. Останавливаю свой выбор черной футболке с кучей непонятных мне рисунков, серых джинсах и любимой черной кепке. Ну держись, Том возвращается. К черту тебя, Билл! Ты сам отрекся от меня…
Опции Дoбавить кoммeнтарий

PWP 29 марта 2008 г. 16:30:15 [ постоянная ссылка ]
К клубу я подхожу своей коронной походкой вразвалочку, издалека замечая ленивым взглядом большие неоновые огни, слепящие глаз.
По мере приближения к входу замечаю, как вытягивается лицо у нашего старого знакомого, охранника клуба, Самми. Вы когда-нибудь видели тюленя? Так вот Самми похож на ооочень большого тюленя. Даже не смотря на его внушительные размеры, он не выглядит грозно, наоборот, при взгляде на него мне всегда хочется улыбаться. Вот и сейчас, глядя на его ошеломленную физиономию, расплываюсь в широкой улыбке.
- То..Т-том Каулитц??? – выдавливает он.
- Собственной персоной, - усмехаюсь я и жму его широкую лапу. – Пропустишь по старой дружбе?
- Так ты же…вроде как…тьфу, черт! – похоже, мое появление для него как явление Христа народу. – Да конечно же проходи, в чем вопрос! Ой…то есть, - Самми принимает стандартное выражение лица а-ля «вы прошли контроль». – Добро пожаловать в наш клуб, мистер Каулитц, приятного времяпровождения.
- Спасибо, старина, - хлопаю его по плечу, слегка приподнимаясь на цыпочки, и вхожу в распахнутую передо мной огромную дверь.
Я почти забыл, как это клево! Когда за тобой закрывается дверь, и ты проваливаешься в атмосферу всеобщего веселья и оглушающей музыки. Улыбаюсь кончиками губ и проталкиваюсь в центр толпы, уже чувствуя на себе заинтересованные взгляды девушек. Боже, как их много! Выбирай любую, прямо как в старые времена. А раньше ты мне помогал с выбором. Когда я присматривал себе девушку, ты показывал мне на другую, и твой выбор всегда приходился мне по душе и не только. Блин, вот опять… Когда же я перестану думать о тебе? Это уже становится смешно…
Решительно просачиваюсь к бару, чтобы заказать себе выпить. Надеюсь, что алкоголь поможет мне забыться, хотя бы ненадолго. А бармен здесь уже другой…
- Здравствуйте, что желаете? – угодливо интересуется он.
- Мартини с водкой, двойную порцию, - то, что нужно!
- Подождите пару минут, - говорит парень и поворачивается к своим бутылкам, что-то увлеченно там шурует, и вот передо мной стоит бокал с напитком. Оперативно, ничего не скажешь!
- Ваш заказ.
Благодарю его и губами припадаю к холодному стеклу. Горькая жидкость льется мне в рот, принося наслаждение. Теперь-то я точно выкурю тебя из своих мыслей, Билл.
Потягиваю мартини, краем глаза наблюдая за тусовкой. Здесь почти ничего не изменилось, танцпол, как всегда, переполнен, куча красивых девушек, трущихся своими задницами об уже возбужденных парней, парочка лузеров, одиноко топчущихся с краю танцующей толпы, море алкоголя и приторный запах дорогих сигарет. Будто бы и не уезжал никуда. Только не хватает парней и тебя…
- Томми, неужели это ты?
Передо мной стоишь ТЫ!!
- Что за… - ошалело трясу головой, силясь прогнать видение.
- Томми, ты что, не узнал меня? – надуваешь ты губки.
- Билл??? – хлопаю я глазами, не веря самому себе.
- Что? Билл?? Ха-ха-ха!!! – заливается глюк громким смехом. Что мне подлили в это мартини?!
- Какого хрена здесь происходит?! – выкрикиваю я, и смех резко обрывается.
- Томми, милый, это же я, Амелия!
- Амелия?? – недоверчиво смотрю я на нее, и только сейчас замечаю, что у глюка не твой нос, да и глаза не такие светящиеся, губы тоньше и не такой красивой формы.
- Ну да! – снова смеется она. – А ты что, с Биллом меня перепутал? Ха, ну это неудивительно. Видишь ли, я заметила, что мне очень идет его стиль, ну вот, результаты ты видишь налицо, - широко улыбается Амелия.
- Да уж, не ожидал, - я еще поражен, но смотрю на нее другими глазами. И как я мог перепутать ее с тобой?!
- Где ты был столько времени? Все думали, что ты умер…
- Жив-здоров, как видишь, - усмехаюсь я. – А где был, там меня уже нет. Тут, я смотрю, многое изменилось.
- Да нет, - жеманно жмет плечами Амелия и кокетливо поглядывает на меня. – Разве что тебя очень не хватало…я так соскучилась, Томми…
Ну вот, у меня снова глюки. Мне кажется, что это шепчешь ты, а не она. Резко зажмуриваюсь и тут же открываю глаза, и вновь вижу перед собой Амелию, тянущуюся к моим губам. Ее рука уже поглаживает мою ногу, слегка царапая острыми коготками шершавую ткань. Внезапно меня начинает мутить, страстное дыхание Амелии уже ощущается на моих губах, и я сильно отталкиваю ее от себя. Слышу недовольный взвизг.
- Томми, ты что? – обиженно хлопает она густо намалеванными глазками.
- Прости, мне нехорошо. Увидимся, - коротко бросаю я, и убегаю от нее.
Меня прошиб холодный пот, чувствую себя, как в лихорадке. Что же такое происходит? С каких это пор ты так много места занимаешь в моей голове? Почему я не могу выкинуть тебя оттуда, как ты выкинул меня из твоего дома? Раньше я накинулся бы на эту чертову Амелию, не раздумывая ни секунды, затащил бы ее в темный угол и оттрахал бы за милую душу! Но сегодня она вызвала у меня лишь сильнейшее отвращение. Что со мной происходит?!
Опции Дoбавить кoммeнтарий

PWP 29 марта 2008 г. 16:30:39 [ постоянная ссылка ]
Нахожу свободный столик в углу и опустошенно плюхаюсь на широкий кремовый диван, закрывая глаза. Сейчас мне хочется обнять тебя. Почувствовать тебя в своих руках, пусть холодного и вовсе не похожего на себя, но все же моего брата. Я действительно зависим от тебя, Билл. Не знаю, называется ли это братской любовью, связью близнецов или как-то еще, но ты мне нужен, просто необходим. Как же я буду жить?
- Том?
Открываю глаза и вижу перед собой нашего басиста. Это правда он?!
Возле моего столика стоит Георг, но его почти невозможно узнать. Коротко стриженые волосы покрашены в белый цвет, под губой красуется пирсинг, одет он во все светлое, на ногах лакированные ботинки из крокодиловой кожи. А где Георг?!
- Георг? – недоверчиво спрашиваю я.
- Том, братан! Где же ты был столько времени! – восклицает Георг и кидается на меня с удушающими объятиями. От него пахнет дорогим одеколоном.
- У меня были проблемы. Черт возьми, ты так изменился!
- А ты вот совсем нет, - Георг так искренне рад меня видеть, что весь прямо светится. Он падает на диван рядом со мной, закуривает сигарету и весь в нетерпении впивается в меня взглядом. – Куда ты пропал, Том? Мы все были так шокированы твоим исчезновением…
- Я был шокирован не меньше вашего, поверь, - горько усмехаюсь я. – У меня были большие проблемы, большего я сказать пока не могу, прости. Но так было лучше для всех.
- Лучше? – вскидывает брови Георг. – Не сказал бы. Группа распалась после твоего исчезновения. Мы были растеряны и не знали, что делать. Йост кинул нас, мы остались без всего. Мы искали тебя, повсюду, Билл поднял на уши всю полицию Германии.
- Да неужели? – язвительно спрашиваю я. – Что ж он тогда так «обрадовался» моему возвращению, что даже не обнял меня??
- Он ушел в себя после того, как ты пропал, - грустно опустил глаза Георг.
- Что ты имеешь ввиду? – насторожился я.
- Понимаешь…ему было очень плохо без тебя. Он лишился самого близкого человека. Сначала он впал в истерику, плакал целыми днями, мы его успокаивали, как могли. О новом гитаристе Билл и слышать не хотел. Ему нужен был только его брат. Йосту надоело его упрямство, и он разорвал контракт с нами. Мы все были в отчаянии, не знали, что делать, как быть дальше, ведь группа была для нас всем, а для Билла особенно, ты же знаешь…
- Знаю, - тихо говорю я.
- Ну, так вот, - вздыхает Георг и делает глубокую затяжку. – Мы остались ни с чем, продолжая твои поиски, но все было напрасно. Пресса просто разрывалась. Они преследовали нас повсюду, иногда это переходило все границы. Билл был сам не свой. Он не мог поверить, что ты так просто мог бросить нас всех, твердил, что с тобой что-то случилось, что он чувствует это, что он просто обязан тебя найти. Так прошло три месяца. Билл каждый день ждал новости о тебе, целыми днями ходил с зажатым в руке телефоном, просматривал каждый выпуск новостей, в надежде узнать хоть что-то о тебе. Он уже готов был принять любую правду о тебе. Мы не знали, как помочь ему. Густав пытался отвлечь его, мы почти всегда были рядом, но Билл нас словно не замечал. Он краситься даже перестал, отказывался от еды, мы в него все силком впихивали.
Я жадно ловлю каждое слово Георга, затаив дыхание.
- Мы думали, что Билл сойдет с ума. Он себе вены резал, мы его еле с того света вытащили. Нам всем было тяжело смотреть на то, как Билл погибает. А потом он будто память потерял. Больше мы не слышали от него твое имя, в прессе писали, что ты умер, мы подозревали, что это Билл дал им такую информацию.
- Зачем? – сдавленно прошептал я.
- Наверное, он пытался забыть тебя. Он обозлился на все, что напоминало ему о тебе. Выкинул все твои оставшиеся вещи, все ваши фотографии, все. Мы были в шоке. Мы не злились на тебя, Том, нет. Мы очень волновались. Мы потеряли не потрясающего гитариста, а лучшего друга. А Билл родного брата. Что нам оставалось делать? Группу было уже не вернуть, Билл перестал писать песни, да и никто не хотел браться за нас в таком составе. Поэтому каждый занялся своим делом. Густ уехал в Англию, учиться. Я теперь занимаюсь преподавательством,учу молодых ребят игре на гитаре, у меня есть своя школа. А Билл… Билл сначала ничего не хотел. Он целыми днями бродил по городу, иногда пропадал ночами. Я не останавливал его, понимая, что ему это нужно. Он очень изменился. Стал замкнутым. Твердым. Даже линзы зачем-то купил, ты, наверное, уже видел, да?
- Да, это его изменение я уже приметил…
- Потом он занялся проектированием. Точнее дизайнерством. Он выпустил серию одежды, в готическом стиле. Том, если бы ты знал, насколько эти вещи мрачные…я такого в жизни не видел!
- Билл никогда не был белым и пушистым мальчиком. Внешне, по крайней мере, - бормочу я.
- Да, но не до такой же степени! Он отрекся от внешнего мира. Я уже не узнавал своего друга, Том. Вот такая история, - грустно улыбается Жора.
- Прости меня, я не думал, что все обернется так, - шепчу я, а по щеке скатывается слеза.
- Я-то уже давно тебя простил, Том. Ты не у меня должен просить прощения, а у своего брата. Чтобы у тебя там не случилось, ты не должен был так поступать, хотя бы с ним.
- Он никогда больше не примет меня. Я потерял его, - уже почти рыдаю…
- Никогда не поздно все возвращать, Том, - утешающее хлопает меня по плечу Георг. – Запомни это. Билл любит тебя, не смотря ни на что.
- Нет, теперь он меня ненавидит, я знаю, я видел!
- Он просто хочет показать тебе, как ему было больно без тебя. Все только в твоих руках, Том.
- Спасибо, тебе, огромное спасибо, Георг! – я смотрю на друга благодарными глазами.
- С возвращением, дружище, - улыбается он.
Опции Дoбавить кoммeнтарий

PWP 29 марта 2008 г. 16:33:57 [ постоянная ссылка ]
Все-таки раньше я недооценивал Георга, часто прикалывался над ним. Только сейчас осознаю, насколько же я был неправ. Он оказался очень хорошим другом, вселил в меня надежу на то, что прежнего Билла возможно вернуть. Мы с Георгом еще долго проболтали, он рассказал мне о своей жизни, о том, насколько успешно у него получается быть преподавателем. Я рад за него. Рад, что он смог выкарабкаться после моего предательства.
В отель возвращаюсь под утро, но сна ни в одном глазу, даже после долгой беседы. Выхожу на балкон, игнорируя холод, с ногами забираюсь в кресло, так кстати поставленное там и задумчиво смотрю на восходящее солнце. Не верю, что больше никогда не встречу рассвет вместе с тобой, Билл. Просто не верю, потому что такая реальность не может быть правдой. Реальность, где мой брат ненавидит меня, где он желает, чтобы я навсегда исчез из его жизни. Реальность, в которой я один. Как и ты.
После рассказа Георга у меня внутри все перевернулось. И как я мог причинить всем столько боли и мучений? Кто я после этого, кто теперь ты? Кем ты стал из-за меня, Билл, ты уже даже не человек, а кукла с пустым взглядом, живущая за счет неведомого мне механизма. Кукла, изготовленная моими стараниями. Я не хотел такой жизни ни для кого. Я всего лишь желал сделать всем легче, уберечь от позора и страданий. Но этим и обрек тебя и ребят на такие трудности.
Смотрю на солнце, уже наполовину показавшееся из-за горизонта, а перед глазами стоишь ты. Точнее, вас двое. Улыбчивый, родной брат-близнец Билли и холодный, высеченный из камня новый Билл. Прошлое и жестокое настоящее. Как же вернуть первого и уничтожить второго? Что я должен сделать и должен ли что-то вообще?
Мне нужно дать тебе время. Чтобы ты осознал, что я жив, что я вернулся. Я не буду преследовать тебя, ведь этим я сделаю только хуже. Ты сам найдешь себя, Билл.
Яркий луч бьет по глазам, и я вздрагиваю. Все в той же позе сижу на балконе, ноги неприятно затекли, солнце уже совсем поднялось, пока я был увлечен своими мыслями. За последние годы я привык постоянно жить в своих размышлениях, большая часть которых занята тобой. Почему? Я не знаю. Да и не хочу знать…
На онемевших ногах добираюсь до постели и валюсь на нее, не стянув одежды. Скоро это уже войдет в привычку. Но я слишком изнеможен сегодняшним днем, чтобы сейчас подняться и раздеться. Мне бы только чуть-чуть поспать…


Мне снишься ты. Я понимаю, что это сон, потому что в нем ты прежний. Потому что ты смотришь на меня темными омутами, в которых я растворяюсь. Потому что в нем ты зовешь меня «Томми». А потом… А потом подходишь и очень нежно целуешь, едва прикасаясь своими мягкими губами к моим…
С громким вздохом распахиваю глаза, гоня прочь сладкое видение. Даже во снах ты со мной. Нет, нет, Билл, я не должен думать о тебе ТАК. Потому что это лишнее, никому это не надо. Это всего лишь сон, я должен забыть его и больше никогда не вспоминать. Это слишком странно. Я идиот! А ты мой брат.
Вскакиваю с кровати, трясу головой, а потом громко кричу на весь номер:
- Ты мой БРАТ!!!
Кому и что я пытаюсь доказать? Что вообще со мной происходит? Наверное, я просто схожу с ума…
Через день наш с тобой день рождения. Нам исполняется 20 лет. Ха, что-то вроде юбилея, круглая дата и все такое… Я должен придумать тебе подарок, что-то, что освежило бы твою память, чтобы ты вспомнил своего брата и убил свою ненависть к нему.
Решение приходит почти мгновенно. Опрометью бегу к своей сумке и ищу там бумажник. Найдя, перерываю кучу кредиток, ненужных мне бумажек и нахожу ЕЕ. Нашу с тобой фотографию, которую я всегда ношу с собой, вещь, которая греет меня. На ней совмещено наше с тобой детство и время, когда-то бывшее настоящим. Фотография красиво делится на две половинки, на первой из которых – ты и я, еще совсем маленькие, нам всего лишь по пять лет, сидим на огромном красном покрывале, взявшись за руки, и смотрим очень серьезными глазами друг на друга, будто говоря: «Я всегда буду рядом!». Грустно улыбаюсь. Мои глаза тогда не врали. Так почему я не сдержал своего обещания? На второй половинке мы уже взрослые, нам почти 18 лет, у тебя на голове нет привычного шухера, волосы аккуратно выпрямлены. Мы обнимаем друг друга, прижимаясь щеками, а в глазах столько радости, что кажется, будто сейчас от нас пойдет свет. Я до сих пор чувствую тепло твоей щеки. Ты тогда крепко обнял меня за талию почему-то, а я сжал твое плечо. Мама умилялась, делая эту фотографию, а мы лишь радостно улыбались в объектив. И эти улыбки были не наклеенными, как на обложках журналов и бесчисленных постерах, а самыми искренними, настоящими, живыми.
Это должно вдохнуть в тебя жизнь, просто обязано. Только надо немного над этим поработать…
Опции Дoбавить кoммeнтарий

PWP 29 марта 2008 г. 16:34:53 [ постоянная ссылка ]
Быстро перекусив гостиничными тостами, бегу в фотосалон. Там заказываю увеличение этой фотографии, легкую корректировку и небольшую надпись снизу «Я больше никогда не оставлю тебя одного». Потом выбираю потрясающей красоты черную рамку с золотым обрамлением – тебе точно понравится! – и расплачиваюсь автографом и несколькими купюрами. Теперь все. Теперь ждать и надеяться, что это поможет.
Так…осталась маленькая деталь. Нужно решить, где мы отметим наш день рождения и как сделать так, чтобы ты туда пришел…
Шагаю по улице, ничего не замечая вокруг, полностью погружен в свои мысли. Вдруг слышу оглушающий визг, потом топот десятка ног, и вот я окружен кучкой девчонок.
- Это же Том, Том Каулитц!!! – визжит одна из них.
- Ты правда Том? – недоверчиво прищуривается другая.
- Нет, блин, кривда, - недовольно бурчу я.
- Девочки, это он!!!
- ААААААА!!!!!!!
Они накидываются на меня, тянут за футболку, канюча автограф. Одна даже сдернула с меня кепку, и прижимает ее к груди как честно добытый трофей.
- Эй, девочки, полегче! – восклицаю я. – Отдай мою кепку! И не надо истерить, сейчас я всем распишусь, где хотите, только не надо на мне виснуть…
- Да, да! Томми, распишись вот здесь…
Одна особо бойкая девчонка поднимает свою кофточку, предоставив моему обозрению абсолютно голую грудь. Что ж, привычное зрелище. Обреченно вздыхаю, беру у нее протянутую губную помаду отвратительно розового цвета и щедро малюю на левой груди. Она пищит от удовольствия, а потом чмокает меня щеку. Непроизвольно морщусь, мне снова противно.
Так, вроде немного осталось. Ко мне подходит совсем маленькая девчушка, отчаянно краснея, протягивает блокнотик и черную ручку. Ну хоть одна не заставила расписываться на своем теле, а то меня точно вырвало бы. Расписываюсь, захлопываю блокнот, только собираюсь отдать его, как мой взгляд падает на обложку. На ней твоя фотография. Но не вырезанная из журнала и не напечатанная на принтере. Обычная, настоящая фотография. Но дело не в этом. На ней ты сидишь под светом фонаря, на скамейке, обняв колени, и кажется, плачешь. Твои глаза еще темны, не то, что сейчас. Я шокировано поднимаю взгляд на девчонку.
- Откуда у тебя это? – спрашиваю осипшим голосом.
- Я…это… - она жутко стесняется, густо заливаясь красным цветом. – Эту фотографию я сделала сама…
- Когда?
- Год назад…я не следила…это получилось случайно! – она оправдывается передо мной? Зачем? – Я шла по парку, а потом услышала всхлипы…увидела парня и поняла, что это Билл…он не видел меня. Я понимаю, ему было плохо, поэтому не стала подходить, а просто сфотографировала…
- Можешь отдать мне это? – вопросительно вскидываю брови.
- Что? – испуганно выдыхает она. – Но…она очень дорога мне…
- Взамен я приглашу тебя к нам домой и позволю фотографировать столько, сколько захочешь, - сам не верю своим словам, но попробовать стоит! – Подумай.
- Правда?? – она мне тоже не верит…
- Правда, - улыбаюсь как можно правдоподобнее. – Одна фотография взамен на день с братьями Каулитц, как тебе?
Ее подруги слушают нас, затаив дыхание. Девочка еще не верит, но у нее в глазах уже появился знакомый мне блеск. В твоих глазах я видел такой же, когда нам предложили подписать контракт. Ты до конца не верил свалившемуся счастью, но был до безумия ошеломлен и рад.
- Я согласна, - выдыхает девочка, дрожащими руками отдирает фото и протягивает его мне.
- Вот и славненько, - ослепительно улыбаюсь ей. – Оставь мне свой номер, я позвоню тебе и скажу, куда и когда нужно будет прийти.
Она срывающимся от волнения голосом диктует мне свой номер, который я заношу в свою записную книжку.
- Как тебя зовут?
- Айрен…
- Хорошо, Айрен, жди звонка! – подмигиваю ей.
- Том, а мы??? – взвывают остальные девчонки.
- Сорри, дамы, но на всех места не хватит. В другой раз!
- Но…
- Всем до свидания!!!
Пока они снова не зацапали меня в свои цепкие ручонки, срываюсь с места и быстро убегаю. Ффухх!! Как же странно и тяжело возвращаться к прежней жизни…
Опции Дoбавить кoммeнтарий

PWP 29 марта 2008 г. 16:36:27 [ постоянная ссылка ]
Прислоняюсь к стене какого-то магазинчика, чтобы перевести дыхание. Достаю добытую фотографию и жадно впиваюсь в нее взглядом. Боже…какой же ты здесь маленький и беззащитный! Брошенный мною… Что мне придется сделать, чтобы ты простил меня? И сможешь ли ты меня простить. Я смотрю на твое сгорбленное изображение, и почти вижу, как по бледной щечке скатывается слеза, почти слышу, как ты шепчешь мое имя, как рвано выдыхаешь в ночь всю свою боль. И все эти страдания из-за меня. Я такой эгоист. Я ведь за свою задницу больше боялся, убегая с Клэр. Но и тебя хотел уберечь. Не получилось…
Чувствую, как с ресницы падает слеза. Нет, я не имею права плакать…
Бережно кладу фотографию карман, глубоко втягиваю ноздрями прохладный воздух. Так. Нужно отвлечься и подумать о дне рождения.
А что думать? Закажу клуб на всю ночь, приглашу туда наших старых друзей, Георга, свою старую компанию позову. А тебя я приглашу сам. Я уже даже знаю, как.
Роюсь в карманах. Где-то точно должна быть ручка… Ага! Достаю ручку, выуживаю из кармана фото. И пишу следующее, высовывая язык от усердия:
«Билли!
Я не прошу простить меня, потому что знаю, что не заслужил этого. Но не откажи мне в одном. Приди, пожалуйста, в наш клуб, первого числа, к десяти. Я буду ждать тебя там. Я больше не уеду, брат, и не позволю тебе страдать так. Я буду рядом, братишка.
Твой Том»
Придирчиво перечитываю написанное. Слишком много я… Ты поймешь, я уверен. Теперь нужно отнести это тебе.
На такси мне ехать не хотелось, поэтому путь до твоего дома проделываю пешком. Я не собираюсь отдавать тебе лично, потому что ты не примешь это из моих рук. Я просто положу это у порога и уйду. А дальше решать тебе.
Подхожу к твоему дому и поднимаю наверх голову. Окна в твоей комнате по-прежнему распахнуты. Зачем ты морозишь свое жилище? Разве тебе так хорошо, жить в вечном холоде? Грустно вздыхаю, поднимаюсь на твое крыльцо. Присаживаюсь на корточки и осторожно пропихиваю под дверь фото с надписью. Надеюсь, ты заметишь.
Отхожу и снова смотрю на твое окно. На миг мне кажется, будто там мелькнули черные волосы, но в следующую секунду понимаю, что это всего лишь мое воображение. Наверняка тебя нет дома. Ты не представляешь, как я по тебе соскучился.
Что-то дергает меня и я, до конца не понимая, что творю, подбегаю к твоей двери и прислоняюсь ней губами. Холодное дерево под губами, но это дверь твоего дома. Я даже чувствую твой запах, как животное, как чокнутый зверь втягиваю воздух. Прижимаюсь к двери всем телом.
- Что ты здесь делаешь? – раздается голос за спиной.
От неожиданности отпрыгиваю от двери, и оборачиваюсь, сталкиваясь с тобой взглядом. Ты вздрагиваешь от этого столкновения и поспешно отводишь глаза. Чувствую непреодолимое желание обнять тебя…
- Я…я…тут кое-что принес тебе, - слегка заикаюсь от волнения.
- Мне ничего не нужно, - возражаешь ты, но в твоем голосе я чувствую…испуг?? Ты меня боишься??
- Билл, прошу тебя, взгляни, это очень важно. Надеюсь, ты придешь!
- Что?? – непонимающе переспрашиваешь ты.
- Все потом! До скорой встречи, Билли!!
Сбегаю с крыльца, с трудом подавив в себе желание крепко обнять тебя, и поспешно удаляюсь, пока ты не прочел письмо и ничего не понял. Мне не нужны твои возражения. Мне нужен ты. Уже почти заворачиваю за угол соседского дома, как слышу громкое:
- Томас!!
Ты выкрикнул это с возмущением, а в твоем голосе я явно слышу твое несогласие.
- Я не приду, ты понял?! НЕ приду!!!
Нет. Ничего не хочу слышать. Ты должен прийти, Билл, просто обязан. Слегка улыбаюсь тому, что ты показал хоть какие-то, но эмоции, и иду в клуб, договариваться о вечеринке.
Опции Дoбавить кoммeнтарий

PWP 29 марта 2008 г. 16:37:36 [ постоянная ссылка ]
Наконец-то сижу в своем номере и потягиваю виски. Я чертовски устал.
Владелец клуба принял меня с распростертыми объятиями. Мне удалось очень быстро договориться с ним, Алекс Райхель оказался хорошим мужиком. Мы с ним даже пригубили по бокальчику дорогого белого вина. Я белое вино не люблю в принципе, но это мне понравилось. Надо будет такое же купить…
Потом я встретился с Георгом, обговорил с ним список приглашенных. Мы позвонили Густаву, оказалось, что он вернулся в Германию, и тоже пригласили его. Густав был очень удивлен, но согласился приехать. Отлично. Tokio Hotel в старом составе.
Не знаю, придешь ли ты. На это остается только надеяться. Ты ведь ничего мне не должен, ты вправе поступать так, как хочешь. Но ты ведь мой близнец. Моя душа. Мой брат.
Сегодня мне показалось, что ты перепугался меня. Почему? Я что, так ужасен?
Все. Не хочу пока ни о чем думать. Все завтра.
Я. Хочу. Спать.


Бабах!! Ну вот, еще один…
- Георг! – разочарованно тяну я.
- Блин, я не знаю, где ты их покупал, но эти чертовы шары лопаются один за другим! – злится Жора. – Я тут не при чем!
- Нам так не хватит шаров, крокодилья твоя харя, - ворчу я и тянусь к заметно уменьшившейся кучке красных не надутых шариков.
- Сам ты крокодил! – обижается друг и пуляет в меня лопнувшим шариком. Промахивается, и попадает в пустой бокал на барной стойке. Бокал поворачивается на своей тоненькой ножке, подкатывается к самому краю и исчезает из поля зрения, издав прощальный звон.
- Вот опять… - вздыхаю я.
- Сам разбирайся со своими шарами! – вопит Георг. – А я пойду позвоню Густу, что-то он задерживается…
Георг шумно спрыгивает со стула и выходит из клуба, что-то недовольно бурча себе под нос. Я только усмехаюсь. Все равно осталось немного. А это была неплохая идея: завесить стену на сцене черным шелком и сделать на ней из красных шаров наш старый логотип. Только пока мы с Жорой пыхтели над этим делом, он умудрился полопать половину шариков.
Аккуратно вешаю последний шарик и отхожу назад, любуясь своей работой. Выглядит неплохо. Ну вот, почти все готово к нашей с тобой вечеринке, братик. Смотрю на часы. Пять вечера. Отлично. Времени еще много, скоро привезут спиртное и закуски. Довольно насвистывая, выхожу из клуба, на ходу закуривая.
Солнце ярко бьет по глазам, я недовольно прищуриваюсь от его назойливого света. В поисках Георга обвожу взглядом улицу, и останавливаю его на знакомой до боли фигуре. Спиной ко мне стоит Густав, одетый в аккуратный серый костюмчик, с волосами до плеч, забранными в не менее аккуратный хвост. Первое мое желание – разоржаться. Но тут же в голову приходит, что я не видел его целых два года, поэтому смех застревает где-то в горле, а вместо него чувствую лишь огромное желание увидеть лицо бывшего барабанщика.
- Густ! – кричу, что есть сил.
Густав слегка вздрагивает, нерешительно оборачивается, и я вижу ничуть не изменившееся лицо. Даже очки старые…
- Каулитц-старший! – восклицает Густав, широко улыбаясь. Затем подходит ко мне, как-то чересчур сдержанно, и протягивает ладонь для рукопожатия. Господи, чему его в этом университете научили?!
- Густ, ты че?! – возмущаюсь я. – И это так ты приветствуешь друга, которого не видел несколько лет?! Что за фигня??
- Прости, - добродушно улыбается Густав и легко обнимает меня, хлопая по спине.
- Другой разговор! – смеюсь я.
- Не думал, что увижу тебя когда-нибудь, - серьезнеет Густав. – Но я рад твоему возвращению, Том.
- Спасибо, дружище. Если бы все были рады так…
- Ты про Билла? – перебивает он. – Знаешь, Том, ты виноват, признай это…
- Я и не отрицаю, - слегка раздражаюсь.
- Подожди злиться, я же просто говорю тебе, а не упрекаю. Просто хочу сказать тебе, что Билл, конечно, перебарщивает со своей обидой, но в целом, он прав. Сам подумай, каково было бы тебе, окажись ты на его месте?
- Я бы умер, - не задумываясь, отвечаю я.
- А он выжил. И адаптировался. Нашел способ жить в этом мире без тебя, понимаешь??
- Не слишком ли жестокий способ, а, Густ?!
- Зато пригодный для существования, - возражает Густав. – А что касается тебя…я рад, что с тобой все в порядке. Очень, поверь! Но видеть, как два моих лучших друга, а тем более братья, тупо игнорируют друг друга…
- Не я его игнорирую, а он меня! – как они не понимают??
- Том! – с укоризной говорит Густав, и я затыкаюсь. – Я всего лишь хочу сказать, что вы должны помириться. И надеюсь, сегодняшняя вечеринка вам в этом поможет. А мы с Георгом присмотрим за вами обоими, чтоб не натворили чего.
- Знаешь, Густ, тебе б психологом быть, - бурчу я.
- Если ты не в курсе, то я учусь на психологическом факультете, - ухмыляется Густ.
Опции Дoбавить кoммeнтарий

PWP 29 марта 2008 г. 16:39:32 [ постоянная ссылка ]
Густав, наверное, изменился меньше всех нас. Остался таким же рассудительным, сдержанным парнем, разве что чересчур правильным. Ну ничего, мы над ним еще поработаем…
Нервно поглядываю на часы. Осталось всего ничего – какие-то жалкие полчаса, и ты придешь. Или не придешь… Даже думать боюсь об этом.
Время тянется как липучая жвачка, такое ощущение, что кто-то специально замедлил его ход, чтобы мои нервные клетки сдохли все до единой. Густав с Георгом носятся по клубу, проверяя, все ли пришли, и подгоняя медлительных официантов. Я сижу в самом углу и нервно тереблю край твоей любимой белой футболки. Раньше ты всегда просил меня одевать именно ее, если мы собирались на какое-то торжество. Надеюсь, ты не изменил этому своему вкусу…
Девять часов, пятьдесят шесть минут тридцать четыре секунды. Закуриваю сигарету, которую по счету, уже не помню. Черт возьми, Билл, я ведь жду тебя!!!
Десять ровно. Все…сердцебиения нет…
Устало роняю голову на руки, давя в себе сильное желание разнести все вокруг. Ты не пришел. Ты всегда был пунктуален, Билл, а это означает, что сегодняшний вечер будет праздником для одного.
Неожиданно слышу радостные возгласы Георга и Густава и резко оборачиваюсь в ту сторону. Они кого-то старательно обнимают, но чтобы знать, кто это, мне нужно видеть. Я кожей, всем своим нутром чувствую, что это ты.
Срываюсь с насиженного места и стремглав бегу к тебе, еле сдерживая громкий победоносный вопль. Ты пришел! Да, да, да!!! Ты все же не смог устоять, братишка!!
- Билл!!! – ору я, проталкиваясь сквозь кучу людей.
На меня оборачиваются сияющие Густ и Жора, улыбаясь во все тридцать два зуба. Подбегаю к ним и замираю.
Мой взгляд просто впивается в тебя. Боже…ты великолепен!! Ты так красив сегодня! Наверное, это ненормально, что я так думаю про своего брата. Но это же факт! Ты стоишь передо мной, слегка неуверенно засунув одну руку в карман черных джинс, на которых нет привычных и милых сердцу цепей и побрякушек. Твои волосы распрямлены и аккуратно уложены, отдавая волшебным блеском. Угольно черная, слегка свободная рубашка, выгодно подчеркивает твою стройную фигуру. На шее всего лишь одна металлическая цепочка, на конце которой висит большой крест. Ногти по-прежнему без маникюра. Ты такой мужественный, пугающе мрачный, что я непроизвольно ежусь. Но даже таким ты мне нравишься…что я сказал?!
Ты старательно смотришь мимо меня.
- Я рад, что ты пришел, брат, - неуверенно улыбаюсь я и протягиваю руку для приветствия. На объятия ты вряд ли согласишься…
- Счастлив за тебя, - холодно произносишь ты, продолжая изучать собравшийся народ.
- Эээ…ребят, мы пойдем…не будем вам мешать! Увидимся! – переглядываются Георг с Густавом и незаметно скрываются в толпе, оставив нас одних. Мысленно благодарю их и снова поворачиваюсь к тебе.
- Может, выпьем? – предлагаю я.
- А может не стоит?
- Все же наш день рождения, Билл…
- Твой. Твой день рождения, Томас, - теперь ты изучаешь бар позади меня.
- Хорошо, мой, - соглашаюсь с тобой, не желая спорить. – Выпьем за на…за меня, это ведь совсем нетрудно.
- Знаешь, если ты меня позвал только за этим, то не стоило. Выпить я могу дома, у меня большой запас алкоголя.
- Нет, Билл, не только за этим. Я хотел поговорить с тобой…
- Насколько я помню, мы уже все обсудили.
- Нет. Боже, Билл, тебе что, так сложно поговорить со мной?! Я не прошу невозможного. Всего один разговор.
Выжидательно смотрю в твои ледяные глаза, пытаясь уловить в них твои настоящие эмоции, но ты умело прячешь их от меня. Мысленно молю небеса, чтобы ты не отказал мне…
- Хорошо, - наконец произносишь ты. – Всего один разговор. И ты навсегда исчезнешь из моей жизни.
- Возможно, после нашего разговора тебе этого не захочется, - говорю я.
- Я верен своим желаниям.
Еле сдерживаюсь от того, чтобы не возразить тебе, но вовремя прикусываю язык, зная, что сейчас это лишнее. Я благодарен тебе уже за то, что ты просто согласился. Дальше все будет зависеть только от меня…
- Сядем за столик? – киваю я на облюбованное тихое местечко в углу, где сам сидел пару минут назад.
- Нет, поговорим снаружи, - возражаешь ты.
- Ок, снаружи, так снаружи…
Покорно следую за тобой, пристально всматриваясь в худощавую спину. Ты быстро выходишь из клуба, оставляя позади приятную атмосферу тепла и громкой музыки, и ведешь меня в уличный холод, который ты так полюбил.
Опции Дoбавить кoммeнтарий

PWP 29 марта 2008 г. 16:41:07 [ постоянная ссылка ]
Мы заворачиваем за здание клуба и оказываемся на заднем дворе.