Название:Исскуственный мир.
Пейринг:Том/Билл
Предупреждение:твинцест.
Статус:закончен



Глава I

-Господи, ты просто как ребёнок! Сколько раз уже мы об этом говорили? - Том вздохнул и посмотрел на меня уставшим взглядом, - ты прекрасно понимаешь, что, разорвав контракт, мы много потеряем. Мы потеряем больше, чем имеем. Йост всё продумал наперёд, да и к тому же большая часть прав на песни перекуплена продюсерами. Ты готов остаться ни с чем? Сомневаюсь в этом. Если бы мы умели ещё что-то, кроме музыки - другое дело, но детство кончается, и мы должны уметь себя защитить... - Я невольно засмеялся:

-Ты говоришь, как мама.

-И правильно, хотя... Я сам нередко задумываюсь над тем, что и ты. Было бы и, правда, здорово, если бы мы ни от кого не зависели, и были свободны, как ветер, просто иногда я так от этого устаю, что автоматом цитирую взрослых. Не думай, что я сошел с ума. Просто всё, что я сказал - горькая правда. Мы не можем освободиться. Ещё два года мучений, вот только выдержим ли мы их?

-Вот именно, что не выдержим, я не выдержу, не могу больше так! - Я стукнул кулаком по стене.

-Ну и что ты предлагаешь?

-Надо придумать что-то. В первую очередь получить обратно права на наши песни, а потом... - Я уставился в потолок.

-Вот именно, что "потом"? И ты опять говоришь глупости. Как мы сможем уговорить Дэйва продать нам права? Если скажем, что хотим обратно получить свои песни, он рассмеётся в лицо и выставит за каждую песню такую цену, как мы получили за все песни в общем. Он никогда не пойдёт на это.

-Да... Йост действительно не дурак, просчитал все наши хода наперёд. Но я обязательно что-то придумаю, просто пока не знаю что.

-А пока не знаешь "что" - иди спать! - Том лениво спихнул меня со своей кровати на пол.

-Ай, - пятая точка болела, - ну и засранец ты!

-Да-да... - Я понял, что мои слова отправились в пустоту, так как Том уже отключился. Оставалось лишь отправляться к себе, вот только спать мне совершенно не хотелось.

Я зашел в номер и плюхнулся на кровать. Слава Богу, что после завтрашней фото сессии и интервью, есть целая неделя, чтобы подумать, как выкрутиться из всего этого. Я не раз злился на себя за то, что подписал этот идиотский контракт, но такого напора мятежности во мне ещё никогда не возникало. Появилось чёткое желание всё бросить, но тут Том был прав: "А что потом?" Вернуться в школу? Нет, лучше умереть. Но надо определённо что-то менять. Жаль, что ребята не поймут, но хорошо, что Том меня понимает. Без поддержки брата, я бы вообще не смог.

Мысли в голове путались. От части хотелось плакать, но я же не девчонка, в конце концов. Я сильный, я справлюсь с этим. Мне только нужно время. Немного времени, и я обязательно придумаю, как сделать нашу с братом жизнь такой, как в наших мечтах, ведь и мечты у нас одни на двоих. Вот только сделать выбор сам я вряд ли смогу. Что бы я не придумал, мне нужна поддержка брата. Ладно, завтра тяжелый день и мне надо бы спать, но я не могу. Чёрт, что значит "не могу"? Должен спать, значит должен! Я перевернулся на бок. В тело вдавилось что-то твёрдое. Я ойкнул и достал из-под тонкого одеяла mp3шник брата.

-Том был у меня в номере? Интересно когда и зачем? - Спросил я у пустоты, хотя мне это не показалось слишком важным, и я решил извлечь пользу из сложившейся ситуации. Слегка опасаясь, что на меня обрушится ненавистный реп, я одел наушники, оказавшиеся очень удобными. Да, Том не стал бы пользоваться ерундой. При всей своей неаккуратности, он очень переборчив и придирчив. К примеру, малейшая деталь во внешности или поведении девушки, может в его глазах навсегда поставить на такой особе крест. И никаких отношений или контактов с его стороны не последует. Да, таков мой братик. Ему подавай только самые сливки.

Я выбрал функцию "Случайный выбор" и, зажмурив глаза, нажал на плэй. Зазвучавший трек заставил меня удивлённо посмотреть на дисплей плеера: "POD - Eternal" В жизни не подумал бы, что Том слушает эту, уважаемую мной, группу. К тому же песня, звучащая в данный момент была инструментальной. Потрясающее сочетание акустической и соло гитар. Я перевернулся на спину и устремил взгляд в окно. Сначала я вглядывался в очертания деревьев в лунном свете, но, постепенно вслушиваясь в звуки музыки, окутавшей меня, словно невидимой пеленой, я смотрел уже сквозь весь мир. Песня поглотила меня всего без остатка. Звук гитары брал за душу, цеплял за живое. То заставлял сердце биться быстрее, поражая извилистой и сложной мелодией не малого диапазона, то, сосредотачиваясь на одном звуке и опевая его, взвывал, принуждая душу ныть. Мне стало тяжело. Песня психологически очень тяжела, но мне нравилось это. Нравилось мучить себя этими не выносимыми и в тот же момент неповторимо прекрасными звуками. Звуками сладкими, как мёд и горькими, как слёзы. Что же тебя так привлекало в этой боли, Том? Хотя глупый вопрос, наверняка то же, что и меня, ведь мы близнецы. Дальнейшие мысли сплелись паутиной, переплетаясь со сном. И, спустя мгновение, я погрузился в объятия Морфея.

-Аааааа!.. - Было дико больно, что-то сильно надавило на спину.

-Вставай, соня. - Это что-то, оказавшееся моим старшим братом, подпрыгнуло на мне.

-Том, ты совсем с ума сошел? - Сквозь боль выпалил я, - слезь с меня немедленно! - Том сполз на край кровати, - ей Богу, когда-то я тебе такое утро устрою, что ты всю дальнейшую жизнь будешь дрожать, каждый раз засыпая.

-Да-да-да. И содрогаться при произнесении кем-либо зловещего имени Билл Каулитц. - Том прыснул и моментально получил от меня не сильный удар вслепую, но удачный - в солнечное сплетение.

-Ай... - Том согнулся от боли, на этот раз смеялся я, хотя мне было его немного жалко, но пусть знает, как надо мной прикалываться.

В комнату постучали.

-Да, - я уже знал, что это моя визажистка Наташа. Как всегда пунктуальна донельзя.

-Билл... - Начала она с улыбкой, которая постепенно сползла с её лица, - ты в зеркало смотрел? Что за синяки под глазами? - Уже с укором изрекла девушка.

-Я... Ну... - Честно говоря, я не знал, что ответить. Натали была единственным человеком в составе нашего персонала, кому было позволено общаться с нами наравне. Почему? Наверно потому, что она так подала себя ещё с самого начала работы у нас. В принципе надо отдать ей должное. Она молодец, приехала из Украины, и нашла себе весьма высокооплачиваемую работу. А возможно это просто потому, что она не выпендривается, так как большинство девушек её возраста, а именно восемнадцати лет, она просто общается.

-Ладно, можешь ничего не говорить. Знаю, опять не спал пол ночи. Значит бегом в ванную, если не хочешь выглядеть подобным образом на глазах у всей Германии и не только, что не безопасно для вашей популярности. А я минут через тридцать приду, что бы довести твой внешний вид до максимально приличного состояния. - С этими словами Натали вышла из номера, оставив нас с Томом в размышлениях.

-Да, не перестаю поражаться этой леди. Всегда настроена на работу, но, тем не менее, никогда не занудничает и не надоедает. - Высказал своё мнение мой брат. Что касается меня, то мои мысли были сосредоточены на одном слове, сказанном Натали, слове "популярность". В тот момент, когда оно было произнесено, в голове будто щёлкнул какой-то невидимый выключатель, и загорелась лампочка. Вот она! Причина, которую я искал.

-Билл... Эу... Младший Каулитц! Где ты витаешь? - Том вопросительно смотрел на меня, не понимая, что такого интересного я углядел на потолке. Лёгкий его подзатыльник, и я уже вернулся в реальный мир.

-Том, я знаю, что нам нужно, что бы Дэйв согласился продать нам права на песни.

-И что же за гениальная мысль тебя посетила? - Том скептическим взглядом окинул моё, полное вдохновения, лицо.

-Недавно я заходил на какой-то Фан-сайт, посвящённый группе. Люди там говорили о песнях, ведь не все, как мы привыкли, кидаются лишь на нашу внешность. Так вот, не малое количество поклонников, читая на обложке диска об авторах, разочаровываются. Улавливаешь о чём я?

-Я понял всё, но к чему ты это? - Том всё с таким же интересом смотрел на меня, а я уже просто подпрыгивал на месте от одной только мысли, что всё, пришедшее мне в голову вполне можно провернуть.

-Эмм... Давай так, я схожу в душ, и подумаю, как бы это тебе объяснить, и мысли разложу по полочкам и вероятность быть убитым Натали, сократится. - Том засмеялся и кивнул мне, я же быстрым шагом отправился в душ.

С мыслью о том, что надо бы окончательно проснуться, я предпочёл тёплому душу холодный. Тело пробрало лёгкой дрожью, я поморщился, но решил, что сейчас не время греться, и, хотя чувствовал себя немного не комфортно, открыл синий кран ещё больше.

Спустя пять минут, я почувствовал свежую бодрость, наполнившую меня. Я вышел из душа. Том с закрытыми глазами лежал на моей кровати и слушал плеер, его лицо было расслабленно, но какие-то весьма серьёзные мысли, начертанные на нём, читались. Хотя возможно, увидеть это, дано было лишь мне. Я решил пока его не будоражить и принялся одеваться. Ничего особо праздничного сегодня не планировалось. Поэтому я оделся, как всегда. А над макияжем работать предстоит уже не мне, а Натали.

К тому, моменту, как я оделся и вытер голову полотенцем, Том уже сидел на кровати, молча, наблюдая за мной.

-Ты, наконец, объяснишь мне, что такого особенного родилось в твоей голове? - Сказал он.

-Да, слушай. - Я набрал в лёгкие побольше воздуха, чтобы высказать всё, что придумал. - Как я уже сказал, люди хотят видеть в "звёздных близнецах" творческих личностей. Нам надо найти какую-то Богом забытую деревню, где мы известны, но не настолько популярны. Когда найдём подходящий пример, завалимся к Дэйву, и выскажем своё "фэ" по этому поводу, а затем предъявим ему результаты заранее проведенного голосования. Нет сомнений, что большая часть будет не довольна тем, что песни не наши. Но! Я так же заметил, что среди фанатов ходит слух о том, что песни наши, но права на них перекуплены. И, если Дэйв публично признается в том, что песни наши, то рейтинг повысится. Но ведь люди не дурные, и на всякий случай, надо будет "фиктивно" подписать документы, о возвращении прав за маленькую цену. А потом вроде как продать их обратно. Ведь для тех людей, которым они продаются, важна далеко не та пресса, которая важна нам. У них все планки гораздо выше, и они смогут выкрутить это, как им удобно. Да даже просто рассказать в своих кругах о том, что всё делалось лишь для нашей популярности. Вот только покупка нами прав будет совсем не фиктивной, как мы скажем Йосту, а самой, что не есть настоящей. И, поверь, из-за того, что мы никогда не смели и виду подать, что мы чем-то не довольны, я уверен, Дэйв ничего не заподозрит. - Я выдохнул, гордо поправляя рукой волосы. Теперь оставалось лишь ждать вердикта Тома. Хоть и принято считать, что фронтменом группы являюсь я, на самом деле, большинство решений принимает именно мой брат. Он очень любит повалять дурака, но когда речь идёт о чём-то серьёзном, он сто раз подумает, прежде чем сделать какой-либо шаг. Это как раз то, чего мне не хватает. Я сначала делаю - потом думаю, наверно многие мои беды именно из-за этого. С детства я был избалован, а теперь, когда мой братик ещё и исправляет все мои ошибки - я вообще разучился делать что-либо серьёзное сам. Иногда я реагирую на брата, как на маленького ребёнка, порой он именно так себя и ведёт, что потом только головная боль из-за него, но так бывает не в глобального значения вещах. Но, в конечном счёте, у меня без Тома ни на что духу не хватит. Так что моя жизнь - мой небольшой фик, а бетит его мой старший братик. И сейчас мне оставалось лишь ждать его ответа. Хотя почему-то на этот раз мне казалось, что я всё равно отвоюю победу, даже если Том будет против. Слишком долго я мечтал о такой возможности, и, когда она, наконец, появилась - я не собираюсь отступать. Только вот с Томом мне будет легче.

-Идейка не плохая, - он улыбнулся, но вёл себя довольно спокойно, что меня разочаровало. Как бы там ни было, я был уверен, что Том от этого придёт в восторг. А если ему что-то по душе, он очень бурно реагирует, но в этот раз он был спокоен, как удав, - вот только если ты успеешь за неделю всё это провернуть...

-Я? - Меня это дико удивило и возмутило не меньше. Всегда и всё вместе, а тут вдруг по отдельности? Том помедлил секунду, но потом, сверкнув глазами, сказал:

-Прости, мы. - Том ухмыльнулся, как-то это было странно. - Так вот. Если ты и, правда, настроен на всё это, то нам нужно не медля заняться деталями. Если помнишь, до поездки в Америку осталась неделя, за это время надо бы успеть.

-Хорошо, я сегодня же вечером зайду на сайт и всё решу. - Я улыбнулся, - Вот только...

-Что?

-Страна... - Я не подумал о самом главном. - Какую страну мы выберем? - Я вопросительно смотрел на своего близнеца. В этот момент в дверь снова постучали, и снова не было сомнений в том, что это Наташа. Уже пришло время для последних приготовлений перед сегодняшним выходом в люди. - Входи. - Натали молча вошла в комнату. Она никогда не мешает нам с Томом разговаривать. Что от неё скрывать? Она даже к Йосту относится так же, как и мы. Я уже, задумавшись, сидел на стуле, Натали приводила в порядок мои волосы, перед тем, как приступить к макияжу, хотя в её обязанности это не входило.

-Том, надо придумать срочно, ты прав. Если предъявить результат опроса как раз, когда мы приедем в Штаты, то концерты сорвутся, а я именно этого хочу.

-Подожди, кто сказал, что концертов в Штатах не будет? - Том поднял на меня взгляд, до этого изучающий замусоленные скейтера на своих ногах.

-Я не хочу выступать на большой сцене, не являясь самим собой. Я уже говорил тебе об этом. - Том попытался что-то возразить, но я посмотрел на него полным радости взглядом. Однажды мы поспорили с ним на желание, и я выиграл. И он знал, что это оно и есть, моё желание. А уговор дороже денег и Том не имел права нарушать его. Я сказал, что моё желание - выступить на большой сцене в США только тогда, когда я достигну чего-то без Дэйва и остальных продюсеров, нагло командующих нами. - Вот только где же найти страну, в которой мы не популярны? - Я снова терялся, задавая себе этот вопрос.

-Такой просто нет, - довольным и одновременно разочарованным тоном сказал мой братик. И в этот момент снова ожила Натали:

-Ребята, позволите сказать?

-Да, конечно. - Зевая, сказал Том.

-У меня на Родине, вы не популярны. - Она сказала это совершенно спокойно, не отвлекаясь от работы над моей причёской. У нас же с Томом одновременно вытянулись лица. Ещё миг мёртвой тишины и мы, повернувшись друг к другу, хором сказали:

-Украина!
Глава II

Трудно было всю эту неделю. Если бы не Том, я бы не справился. Опрос провели, и результаты были именно такими, как я и ожидал. Всё шло по плану. И сейчас я стоял с небольшой по объему папкой в руках, на этаже Нью-Йоркского отеля, перед номером Дэйва. Осталось только дождаться брата. Он опаздывал уже на пять минут, а Йост во всём любит точность и пунктуальность. Я уже начинал злиться, мало того, что разговор с Дэйвом предстоит напряженный, так он ещё и лишний раз наорёт на нас.
В кармане завибрировал мобильный, я уже приготовился наорать на брата, но разочаровался, так как мне, всего лишь, пришло смс. По мере прочтения текста, написанного Томом, моё лицо вытягивалось, а глаза наливались кровью. Содержание сообщения было примерно таким: "Сам всё расскажешь Дэйву, у меня важные дела. Удачи". Я собирался сделать что-то, закричать, запустить мобильник в окно, найти и убить брата, заплакать или убежать, но пока я соображал, двери номера, в который мне предстояло войти - распахнулись, и на пороге возник наш продюсер.
-И почему ты здесь торчишь? Или ты ожидаешь, что я услышу, как ты силой мысли стучишься в дверь? - Раздраженно изрёк Йост. Собрав страх, но с какой-то дрожью в голосе я попытался ответить:
-Я... Тома ждал, но он не сможет прийти.
-Так заходи сам, какая разница? - Всё ещё раздраженно и с каким-то удивлением, - ты же говорил, что именно тебе что-то пришло в голову.
-Да, да. - Я вошел в номер следом за Дэйвом. А вот это он зря: "Какая разница". Знал бы Дэйв, каково мне без брата, попадись он мне только. Но не знает и, слава Богу, не узнает. Не хватало Йосту ещё такой радости - видеть, как я нервничаю.
-Садись, - он указал на кресло, - только всё быстро и чётко, у меня мало времени. - Да, вероятно наш командир опаздывает на встречу с кем-то, кто организует наш концерт, жаль только, что его не будет. Я ухмыльнулся.
Дэйв изучал содержимое папки, над которым мы так долго старались. Я верил, что он отменит концерт, и мигом погонит нас в... Кажется Киев... "Надо бы поучить географию" - констатировал внутренний голос, но я его отогнал. Сейчас не до нравоучений.
Нам очень повезло, что в Украине ещё и наш альбом в рейтингах на последних местах. Хм, странно, что я этому радуюсь, в другой ситуации расстроился бы до ужаса. Плюсом было то, что Йосту все эти формальности были очень важны. И ради популярности он готов на всё. Но! Есть одна деталь, сейчас мы не где-нибудь, а в Америке, и это может помешать моей задумке. Дэйв конечно до сумасшествия много внимания уделяет рейтингу, но не настолько. Именно этого я и боялся. Боялся, что нам придётся выступать здесь. В этот момент мне показалось, что я вообще зря всё это затеял, и он только рассмеётся мне в лицо на то, что я посчитал какую-то деревню важнее большой сцены. Йост откинул бумаги и посмотрел на меня серьёзным взглядом.
-Хм, а вы отчасти правы... - Я чуть не подавился собственной слюной, - более того, надо немедля дать в Украине концерт! - Наверно в этот момент я выглядел просто потрясающе, хотя отвисшая челюсть вряд ли красит человека, - С песнями мы всё решим в мгновенье ока. Только немного головной боли всё-таки будет, формальности тоже имеют значение, но некоторое время и правда будет лучше, если официально они будут на ваших с Томом именах. - Я просто не знал что сказать, Дэйв так загорелся, что мне показалось - я сплю. - Подумай только, наверняка все зудят о том, что вам важна только популярность, и поэтому вы не ездите по менее выделяющимся странам! А, провернув такой PR-трюк, мы именно эту популярность и заработаем. Все будут говорить о том, как кумиры любят своих фанов, а отказ от концерта в США нам только пользу принесёт... - В этот момент Йост устремил взгляд куда-то вверх, покидая реальный мир, и замер. Спустя пару секунд, он вернулся в сознание:
-Иди и скажи ребятам, что мы едем в... Кажется Киев? - Я еле сдержался, чтобы не заржать. - А меня не трогать, сейчас буду продумывать дальнейшие действия. Я свяжусь с вами, как только улажу все формальности. - Я вышел из номера, направляясь к себе. Я всё ещё дрожал, страх не исчез, и мне не верилось, что Дэйв так быстро согласился. Неужели мне это удалось? И всё правда будет так, как я запланировал? Я уже подошел к своей комнате, но обнаружил полоску света, пробивающуюся из-под дверей Тома. Ну, всё! Ему конец. Я набрал в лёгкие побольше воздуха, и резко распахнул дверь.
Том сидел в кресле, как всегда в наушниках, он меня не услышал. Я помедлил секунду, после чего схватил подушку, валявшуюся на полу возле кровати, и запустил ею в брата. Точное попадание и Том моментально швыряет этой же подушкой в меня, не разочаровывая своей меткостью.
-Том, я там чуть не обделался! - Подлетая к брату, заорал я.
-Что ж ты не купил Памперсы? - Засмеялся брат, пытаясь встать с кресла, но я толкнул его обратно.
-Не смешно, - возмутился я и навалился на Тома, но он умудрился из-под меня выскользнуть, и уже я сидел на кресле, а он, смеясь, отскочил на середину комнаты:
-Да, да, детка испугалась!
-Сам ты детка! - На этот раз резким удачным движением подрываюсь с кресла и валю Тома на пол. Далее последовала совершенно детская драка. И если поначалу я злился, то, когда мы оба выбелись из сил, и легли на спины, я смеялся с не менее искренним восторгом, чем мой братец. Пара минут отдышки, после чего Том опомнился:
-Так, что сказал Дэйв? - Я открыл рот, чтобы порадовать близнеца, но у него зазвонил мобильный.
-Да, - Том, сосредоточившись, резко сел на полу, - когда?.. Хорошо. - Он нажал на отбой и сверкнул улыбающимися глазами.
-Йост? - Спросил я, почему-то немного нервничая. Том кивнул. - Что?
-Самолёт через три часа.
Странно, обычно в самолёте я дико нервничаю - ненавижу перелёты, а сейчас я мирно дремлю, пытаясь абстрагироваться от сложившейся вокруг меня ситуации. Перед вылетом мы очень много сил потратили на сборы. Сил и нервов. Было немного странно, что всё действительно так вот быстро изменилось, просто повернулось в ту сторону, в которую было выгодно мне. Так же странно было, что никто ничего не заподозрил, только вот объяснять Густаву с Георгом всё приходилось по три раза, ведь мы с Томом давно всё запланировали, а вот сразу понять, почему такой резкий переход и изменение плана, наверно и мне было бы тяжело. Хотя, сколько сил мы не тратили, два Г всё равно ничего не поняли, пока Йост не сказал одну гениальную фразу: "Это выгодно группе, больше дело не обсуждается". С того момента, как он изрёк эти слова, покой вернулся ко мне и к Тому. Мыслить о том, что будет дальше, мне не хотелось. Я боялся того, что откроет нам эта страна, боялся того, что будет после нашего приезда туда, а об отъезде из Украины мне подумать просто страшно было. Один единственный, но огромный недостаток: я не продумал того, что мы будем делать дальше. Ладно, допустим права у нас на руках, но каково будет выражение лица Дэйва, когда мы откажемся подписывать бумаги о возвращении прав... Убить нас? Да нет, до этого он ещё не дошел, да и кто мы такие, чтобы его величество пачкали об нас руки. Просто отношения будут испорчены навсегда, а Дэйв найдет, как заставить нас продать права обратно. Просто поставит в такое положение, что у нас не будет иного выхода, как всё подписать и сидеть смирно до восемнадцатилетия, а потом пойте птички в подворотне, если не продлите контракт с сиром Дэвидом. От этой мысли, сопровождаемой изображениями фантазии из своего будущего, я проснулся полностью. Так и знал, как только увидел Дэйва впервые, появилось чувство, что этот человек будет сниться мне в страшных снах.
Я осмотрелся вокруг, все спали, кроме Тома. Как всегда в наушниках. Хоть его глаза были закрыты, я прекрасно знал, что он парит в мире непонятного мне репа, но совсем не спит. Я улыбнулся. Сейчас на его лице начертаны те же эмоции, которые прозрачной кистью были нанесены неделю назад, когда мы были ещё не так близки к переменам. Когда было не поздно повернуть всё назад, выкинуть эту идею из головы и остаться на всю жизнь с так и не расправившимися крыльями. Но нет, я не буду жалеть. Ещё давно брат научил меня даже в самом плохом, находить хорошее. Если поступаешь ради чего-то самым неразумным путём - видеть цель и достигать её. Если не удалось и жалеешь - слабак, если же удалось, но что-то ты всё же потерял, жалеть не стоит, ведь ты получил то, чего хотел, пусть оно даже оказалось не таким, как хотелось, но жалеть - это для неудачников. Почему-то сейчас очень ярко вспомнилась та ситуация.
Произошло это зимой, нам было по двенадцать лет, Том очень не хотел в школу. Да и к тому же меня всё время обижали старшеклассники, а мама прекрасно знала, что если болеет один из нас, другой непременно с ним, до последнего "апчхи". Тогда Том, и, правда, немного приболел, естественно я точно так же, как и старший брат, отсиживался дома. Когда Тому стало лучше, в школе как раз начались контрольные. Мы вполне смогли бы к ним подготовится, но нам нужно было ещё немного времени. Настолько разленились, что не хотелось трудиться. И в отсутствие родителей, мой братец, приняв горячую ванну, выбежал на улицу, и простоял там пол часа. После чего ни о какой школе и речи не было в течении двух грядущих недель. Но за всё время болезни он ни разу даже не заикнулся о том, что не стоило этого делать. Хоть болел он тяжело, а на совести остались не самые приятные эмоции, но он всё равно добился того, чего хотел, а именно избавил нас от контрольных и издёвок старших парней.
И сейчас это чудо, столько для меня всегда делавшее, мирно сопело рядом. Том поморщился, чуть зажмурив глаза - значит, всё же дремал. Я снова улыбнулся. Интересно, и что же сейчас в твоих мыслях, братик? Что видят твои шоколадные глаза, спрятанные под этими длинными ресницами, что не даёт улыбнуться твоим красивым губам? Всё же что-то мешает тебе расслабиться. Я попытался окинуть брата взглядом не близнеца, который чувствует каждый вдох, а постороннего человека - ничего не вышло. Это моя родная кровинка, частичка меня, которую я порой чувствую лучше, чем себя самого. Тома сейчас что-то беспокоило, а вернее он находился в напряжении. Вдруг что-то невидимое протянуло мою руку, и я коснулся щеки брата, он снова вздрогнул, но, спустя миг, расслабился. И снова это вызвало у меня улыбку. Я положил ладонь на руку брата, сжимающую плеер, опустил голову на его плечо и заснул.
“Господи, как тут холодно! Покажите мне придурка, которому пришло в голову сюда лететь!” - Заныл внутренний голос. Мда, к сожалению, блестящей личностью, которую посетила эта, без сомнения, гениальная мысль, являлся я. Как только мы вышли из самолёта, я поёжился от холода. А сейчас я благодарил Бога за то, что еду в тёплой машине, и лишь смотрю на эти холодные, затянутые туманом улицы. Йост сказал, что нас разместят в центре города, в отеле, носящем название своей страны. Как же хорошо, что практически никто ещё не знает, что мы приехали в Киев, хотя, глядя на графики нашей здесь популярности, не так страшно, как скажем во Франции или в России. Добирались мы достаточно долго, всю дорогу в машине витало самое обычное настроение всегда присутствующее во время переездов куда-либо. Анекдоты, приколы, дым от сигарет. Том находился в очень приподнятом настроении, было такое впечатление, что всё, что я чувствовал во время полёта, лишь показалось мне. Сейчас уже я сидел в задумчивости. Я прокручивал в голове варианты дальнейших шагов. Радовал лишь один факт: не знаю, почему я так делал, вероятно, подсознательно, но большую часть полученных за всё время существования группы денег, я копил. Мне самому это казалось странным. Вроде и ни в чём себе не отказывал, но не сорил деньгами. Сейчас это было очень кстати. Не помню, как это называется, но при преждевременном разрыве контракта с нас сдирается не маленькая сумма. Том сказал, что тоже поступал аналогично, не удивительно, мы часто, не сговариваясь, поступаем одинаково. Значит, от Дэйва мы избавиться сможем. Это уже плюс. Оставалось всего ничего - жить дальше. На секунду я представил себе жизнь без Токио Отель. За эти годы группа стала для меня всем, заменяя собой свободу. Я, правда, не смогу жить без музыки, мне очень хотелось бы продолжить карьеру музыканта, но не в таких условиях. Господи, а всё лишь потому, что мы ещё дети. Сколько рок групп существует без продюсера, или продюсером является кто-то из состава этой же группы. Если бы и нам было так легко пробиться. Тогда раз, два, три - и ты уже сам себе Йост. Но это действительно мало возможно, а вернее почти нереально.
За всеми этими мыслями я не заметил, как мы приехали к своему очередному временному месту жительства. Отель возвышался над большой площадью, как я понимаю - центральной площадью города. Когда мы поднялись в номера, у меня возникло желание увидеть всё это сверху. Окна моей комнаты выходили как раз на площадь. Как только я вошел в свой номер, первым делом раздвинул шторы. Город был залит огнями, на секунду показалось, что это огромный мега полис, улица была похожа на Бродвей. Я не думал, что здесь может быть так... Не то чтобы красиво, просто как везде. Я ожидал чего-то простого, пусть даже деревенского, но только не такого обычного и приевшегося. Что ж, Киев меня разочаровал. Я закрыл шторы и посмотрел на большую двуспальную кровать. Меня так и тянуло на неё. "Ну, и? чего стоим, кого ждём?" - Вновь проснулся внутренний голос. Эх, если бы спать приходилось не в одиночестве. Кровать на меня одного великовата... Хотя я люблю большие кровати, мне надо много места. Эта мысль сопровождалась улыбкой. Я приблизился к кровати, намереваясь уйти в сон, но не успел я лечь, как телефон завибрировал. Чёрт! Кому сейчас я мог понадобиться? Нет, я ушел в астрал, меня нет, достучитесь только завтра. Я не стал брать трубку, и моментально уснул.
Нет, это невозможно. Пол часа и снова звонок. От того, чтобы выругаться жестким немецким матом, меня сдержало только одно - высветившееся имя на дисплее.
-Том, ну почему ночью, а? - Спросил я, садясь на кровати.
-Бииилл, спаси меня... Аа, уйди, - из трубки послышался крик брата, а с заднего плана доносился женский смех. Он что один не справляется?
-Том, тебе нечего делать?
-Билл, приди ко мне пожааа... Фу, силиконовые! Отвяжись... - Что-то тут не так, ладно, но если он поставит меня в дурацкое положение, я его убью. Я нажал на отбой, натянул джинсы и отправился в соседний номер.
Открыв дверь, я увидел нечто поражающее. На кровати лежал мой старший брат, над ним нависло что-то, чей возраст явно превышал двадцать. Том был пьян и из последних сил пытался оттолкнуть это что-то, вот только у него плохо выходило.
-Эй, девушка, - девушка? Я наверно пошутил, - слезьте с него немедленно, - странно это звучало и нелепо. При виде меня она брякнула что-то, как не странно по Французски, и, слетев с Тома, выбежала из номера.
-Ну и как прикажешь это понимать? - Я смотрел на полуживого близнеца с недоумением, - когда ты успел? Мы здесь всего пару часов...
-Билли, я не хотел, - еле проговорил он, - просто... Она была в очках, я выпил внизу в баре, Софи сказала, что приехала из Франции недавно... Но я не знал, что она такая старая, и вообще, она буквально ворвалась в номер, я её не приглашал, - ели связно объяснил он. Да, странно для моего брата оправдание "Я не хотел" в постельных приключениях.
-Хм, если ты перешел на тридцатилетних, то, по крайней мере, выбирал бы не таких хищниц, - хихикнул я.
-Не издевайся, перестань, я итак боюсь, что она вернётся...
-Ладно, тебе проспаться надо, всё, и постарайся больше не попадать в такие ситуации, - я открыл дверь.
-Не уходи...
-Том, всё, спокойной ночи. - Я вышел и закрыл дверь, мне вслед отправился крик, содержащий моё имя, но я так хочу спать, что мне не до выслушивания бреда, несущегося нетрезвым братом.
Я вошел в комнату и сразу плюхнулся на кровать. "Наконец-то я посплю" - пронеслось в голове. Мобильный я сразу отключил. Уже закрыл глаза и почувствовал, как проваливаюсь в сон. Даже выключить свет сил не было. Ещё секунда... Чёрт! Открылась дверь:
-Билл, - уже успокоившимся голосом сказал мой брат, - пожалуйста, не оставляй меня сегодня, она опять припрётся... - Я посмотрел на брата, еле сдерживая выражения, так как слов уже не осталось. Его лицо было мокрым - умылся, вот от чего казалось, что он немного протрезвел. В глазах была усталость, а в голосе беспокойство. Секунду помедлив, и изобразив на лице мысль "Ладно, куда я от тебя денусь...", я молча подвинулся. Том улыбнулся, и изящно, будто случайно задев рукой выключатель, погасил свет. Я не видел, но чувствовал эту незабываемую, обаятельную и нежную, как весенний луч солнца улыбку. Ничего говорить не хотелось. Том лёг рядом, я повернулся к нему спиной, но это не плохо. Сколько раз засыпал с девушкой в постели, и никогда не поворачивался спиной - они мне никто, а Тому я доверяю, только Тому. Я улыбнулся, в голове пронеслась мысль: "солнце спряталось за облаками, но мне не темно, потому что ты рядом и освещаешь этот мир своей тёплой улыбкой". Том будто почувствовал мои эмоции и обнял сзади. Я вздрогнул, но спустя миг мне стало так тепло и хорошо, что я только прижался к брату. Всё-таки, мне не пришлось сегодня спать на этой кровати одному... И это замечательно. Сон навалился моментально. И на меня и на Тома. И я знал, что сон будет сказочно приятным, ведь рядом со мной засыпает самый близкий и родной мне человек.
Солнечный свет струился сквозь полупрозрачную бежевую занавеску, поддуваемую ветром. Он заполнил всю комнату, наполняя её теплом и радостью. Светло коричневые стены казались почти кремовыми. Ещё рано, вставать не скоро, можно немного подремать, но сейчас хотелось насладиться этой красотой. Почему-то чувствовалось, что сегодня будет мой день. Рука брата приятно грела талию, он со мной, всегда и сегодня, а сегодня будет и его день тоже. Я повернулся к Тому лицом, знаю - он не спит точно так же, как и я. Его карие глаза были спрятаны под нежными веками и густыми, пушистыми ресницами, но эти глаза улыбались, а уголки губ были еле заметно приподняты. Я тоже улыбался. Улыбался и смотрел на это чудо. Так странно, описывать собственного брата в мыслях именно так, и не менее странно видеть Тома таким нежным, беззащитным. Сейчас маска наигранности и особой позы снята, она ждёт появления зрителей, пока рядом с братом лишь я, ему незачем прятаться. И сейчас всё выглядело до невозможности мило. Эта комната, свет солнца, который в этот миг стал ещё ярче и лучами блуждал по дредам Тома, тепло от его руки и сам он. Я не стал нарушать эту тишину, осторожно, чтобы не спугнуть витающий в воздухе аромат нежности, положил руку на шею брата, близко к щеке, и закрыл глаза. Теперь оставалось лишь ровное дыхание в унисон. И так бы впасть в вечность, но... Время не остановишь, и всякой сказке приходит конец. Вот только если научиться улавливать миг и жить им столько, сколько он длится, мир становится прекраснее и светлее для того, кто владеет способностью жить секундой. И в душе появляется надежда на то, что однажды ты произнесёшь, попросишь: "Остановись, мгновенье, ты прекрасно" - и оно застынет. Казалось и сейчас оно замерло, но так лишь казалось, до того момента в моей жизни далеко, но я верю в то, что он наступит, ведь я уже учусь жить мигом, не смотря ни на что.
В который раз сегодня я засыпаю? Правда, не совсем, дремлю. Но всё же... Время бежит так незаметно и мне не хочется просыпаться, но что поделать?
Звонок телефона - на этот раз ожил мобильник брата. Том моментально подорвался и поднял с пола выпавший из кармана телефон, оставляя мёрзнуть мою талию, ещё секунду назад, гретую рукой.
-Да, - совершенно бодрым голосом отвечает мой брат, - когда? Дэйв, ты шутишь или издеваешься? - Я немного очнулся ото сна. Какой бред пришел в голову нашему Йосту? - Хорошо, что я могу сказать, через пол часа. - После этой фразы мои глаза округлились:
-Том, что он опять хочет?
-Через пол часа интервью и картинная публичная подпись бумаг с признанием Йоста народу в том, что песни наши... - Том радовался, но было видно, что ему было хорошо в этой большой кроватке, и никуда ехать он не хотел.
-Господи, я же только проснулся... - Начал я, желая изложить тираду о том, как я выгляжу и сколько всего мне надо сделать со своим внешним видом.
-Да, да, только не скули, - Том встряхнул головой и зевнул, - звонишь Натали, и она в момент приводит тебя в порядок, а после... - В глазах у него появился чертенячий огонёк, - нам предстоит долгая дорога к осуществлению желаний! - Вот сейчас я чувствовал, что брат меня полностью поддерживает, чего тогда, когда я ему лишь рассказал о своём плане, и в помине не было.
-Том, я могу спросить? - Чего-то я не понимал.
-Нет, даже не думай, - он картинно приложил ладонь ко лбу и прыснул, - ну что тебе?
-Почему ты меня тогда бросил? Знал ведь, что мне тяжело было принять решение и сделать такой серьёзный шаг, ты прекрасно знал и чувствовал, как я боюсь разговора с Дэйвом.
-Билл, - Том задумался и замер, но спустя миг продолжил, - ты никогда не был уверен в себе. Я давно заметил, что все твои идеи вступают в жизнь лишь после моего одобрения...
-Так и есть, без тебя ничего бы и не было, я просто...
-Подожди, - Том немного разозлился, - не перебивай старших. - Ох уж мне это его "старших". - В тебе рождаются идеи, просто с детства так получилось, что мы делали всё и всегда вместе. Не сердись, да я знаю, ты не сердишься, ведь где-то в глубине души ты уже понял то, что я сейчас скажу. - Он сделал паузу. - Я хотел показать тебе, что ты можешь делать что-то сам. Ты далеко не так беспомощен, как тебе кажется. Глупая черта себя жалеть. Это пора убрать из твоего характера.
-Том, но зачем? С тобой мне было бы легче... - Я посмотрел на него удивлённо, хотя я очень хорошо понял, что Том хотел и сделал так, как было лучше. Он потихоньку встал и направился к двери.
-Никогда не ищи лёгких путей, зато теперь ты знаешь, что того, что мы имеем на данный момент, ты добился сам. - Он вышел из комнаты, оставив меня в размышлениях. А ведь он прав. Ладно, пора собираться, мне ещё предстоит много сегодня сделать.
С этими мыслями я направился в душ.
Глава III
Это похоже на какое-то дежавю. Совсем недавно я точно так же пытался проснуться и собрать все мысли, что бы делать какие-то серьёзные ходы, используя в качестве будильника холодный душ. Но на этот раз я решил побаловать себя теплом. Хотя времени было не много, я всегда делал, и буду делать всё так, как хочу! Да, с некоторыми вещами мне приходится смириться, но я тоже могу поставить условия, которые людям будет не удобно не исполнить. Ха, а ведь Дэйв без нас - ничто. Именно поэтому он создал такие условия контракта, потому что знает - если мы от него уйдём, ему конец. Таких как мы, ему больше не найти. Он может найти кого угодно, но Токио Отель - единственные в своём роде. И это, правда, так.
Тёплые струйки стекали по телу, ласкали каждый миллиметр, я наслаждался этими нежными прикосновениями капель воды, всё же не так часто я себе позволяю насладиться теплом. Теплом... Вот если бы и в душе было так тепло, как снаружи. А как может быть тепло, если нет любви в сердце? С девушкой, которую, казалось, любил, я расстался уже месяц назад. Как не странно - боль утихла быстро. Из-за чего было переживать, если она любила не меня, а моё громкое имя, славу и картинку? Она не знала, какой я на самом деле, да ей и не было интересно знать. У неё было только желание скорее рассказать всему миру о том, что она встречается с солистом знаменитой группы. Желание, которое я старался отбить до последнего момента. Чёрт, я ненавижу себя за то, что я такой… Плохой? Нет, хотя возможно, но дело не в этом. Ненавижу за славу, за то, что я выбрал этот путь, за то, что каждый мой вдох отслеживает пресса. Но я не могу ненавидеть то, из-за чего я выбрал этот путь. А выбрал я его из-за нашей с Томом мечты - дарить людям музыку, передавать чувства, боль, радость. Пронизывать сердца и души теми эмоциями, которые наполняют нас, и воспроизводить эти сказочные звуки, которые заставляют человека меняться. Музыка это всё для меня. Это моя жизнь. Вот только если мы сможем вспорхнуть, если нас никто не будет держать, если мы сами сможем жить не оставляя музыку - мы будем правда счастливы и наши мечты осуществятся. И, наконец, до этого остался один единственный шаг, главное не оступиться. Тогда и жизнь будет иной. Мы сможем быть такими, какими являемся на самом деле. И тогда, наверно придёт та самая настоящая любовь, взамен которой человек, подаривший её мне, ничего не потребует. Я лишь точно так же подарю свою любовь, и тогда испытаю настоящее счастье. А сейчас на душе холодно, в сердце полно свежих ран, от измен и лжи. И наверно лишь небесный ангел способен оживить меня, и наполнить душу и сердце теплом вновь.
Я услышал, как дверь в номер открылась, и сквозь шум воды послышались голоса Наташи и Тома. Выключил воду, обмотался полотенцем и вышел из душа. Мне стоило только появиться на глазах у своей визажистки, как на меня сразу обрушилась лавина упрёков:
-Билл! Господи, тебе же сказали пол часа! Ты надо мной издеваешься? Или решил отсеивать административный персонал, ставя в экстремальное положение и проверяя работоспособность на скорости? - Натали подлетела ко мне и толкнула на стул. - Мне нужно сходить за кремами для твоей физиономии, у тебя две минуты, что бы вытереться и одеться. - Она направилась быстрым шагом к двери, но стоя на пороге, обернулась, - кстати, добро пожаловать на мою Родину. - Она улыбнулась и скрылась за дверью. Только после её исчезновения я заметил Тома, валяющегося на моей кровати и истерично смеющегося до слёз.
-Придурок, что ты ржешь? - Я тоже засмеялся, от этого моя фраза потеряла интонацию извержения злости. Можно было бы по возникать и по возмущаться, но я предпочёл привести себя в порядок. Опять таки, особого парада пока не намечалось, да ведь мы и не в Голливуде, что бы особо наряжаться. Я подошел к своей дорожной сумке, которая стояла возле кровати, Том уже утихомирился и стал молча за мной наблюдать. На смену полотенцу пришли нижнее бельё и джинсы, из футболок я хотел выбрать полосатую, но вдруг на глаза попалась чёрная футболка с изображением "Green Day". Господи, как она сюда попала? Я не одевал её уже, Бог знает, сколько времени... Хотя возможно это и к лучшему, так как я пришел к выводу, что сейчас одену именно её. Как только я был готов к тому, что бы подвергнуться Наташиной работе, она тут же постучала в дверь. Всегда и всё у неё, как в аптеке. Мне бы так.
-Ну, что? Готов? - Я кивнул, - тогда садись на стул. - С малым возмущением сказала Натали, будто я итак должен был молниеносно оказаться там.
С причёской она управилась довольно быстро, теперь принялась меня красить.
-Мне стоит потребовать доплату за то, что ты никак не найдёшь себе нового парикмахера, а я при исполнении его обязанностей. И чем тебе не понравилась Элиза? - С удивлением, но, не отвлекаясь от дела, спросила Натали.
-Она делала все, как попало, а главное - долго. - Зевая, ответил я, - просто относилась к ряду девушек, которых волнует то, что они работают у знаменитости, а не что нужно качественно исполнять свою работу. Кстати, я просто думал, что тебе будет тяжело... Но, как я вижу, ты ведь достаточно быстро и хорошо делаешь причёски?
-У меня тётя парикмахер, когда я была помладше, ещё жила здесь, в Украине, часто сидела у неё на роботе и, как-никак наблюдая, училась.
-Значит решено? Будешь и моим парикмахером официально. За стандартную плату.
-Хорошо. - Натали снова принялась за работу. Том всё это время лежал на кровати, подперев голову руками. Странно было, что он вообще находился в номере. Обычно, как только я принимался за свой макияж, он не выдерживал и пяти минут, психовал и уходил. А тут... Может ему нравилась Натали? Да нет, он на неё и не смотрел совсем. Его взгляд был направлен в окно, а иногда скользил по мне. При этом у меня внутри что-то чуть сжималось, щекоча в животе. Я всегда чувствую на себе взгляд, а тем более взгляд брата. Когда наши взгляды столкнулись, Том улыбнулся и снова отвернулся к окну. Будто ждал того, что я поймаю взгляд и отвечу взаимным. Я тоже улыбнулся.
Как только меня довели до должного вида идола, зазвонил мобильный.
-Билл, через пять минут, чтобы все были в машине. И Наташа тоже - у нас нет переводчика. - Серьёзным и строгим голосом изрёк Дэйв.
-Хорошо, спускаемся. - Наверно мои слова отправлялись в пустоту, так как Йост уже отсоединился.
-Уже идти? - Спросил оживший Том.
-Да, вот только... Натали, ты сможешь за пять минут собраться и ехать с нами? Нам нужна твоя помощь, как переводчика, ты ведь справишься? - Натали, на миг, сосредоточившись, ничего не спрашивая, сказала:
-Да, заодно и вспомню родной язык.
-Разве ты не ездила сюда в отпуск? - Удивлённо спросил Том.
-Ездила, но у нас не говорят на украинском языке в... Как бы это сказать... В простонародье. Гораздо чаще можно встретить людей, говорящих по-русски, а вот официальный язык в стране - украинский. - Сказала девушка, уже выходя за двери. Мы с Томом ничего не поняли, интересно было, почему здесь не говорят на родном языке. Словно прочитав мои мысли, брат сказал:
-Кажется это что-то связанное с этим... - Том задумался, - Ну, как его... А! С Советским... Союзом! - Словно озарение на него нашло, и он засиял. В голове пронеслись смутные воспоминания из школьного курса истории, но, спустя минуту, я проснулся, понимая, что надо спускаться к остальным. Сейчас в нашей жизни должен произойти решающий момент. Решающий многое. И, если всё пройдёт хорошо, то мы будем ещё ближе к мечте.
Вечно бодрые, Густав с Георгом, в машине просто спали. Я этого не ожидал. Дэйв от этого зрелища в восторге явно не был, и, когда спустились мы - начал вещать о предстоящих действиях с достаточной громкостью, чтобы два Г разлепили веки. Йост рассказывал всё то, что и всегда. Заученные фразы, немного нового. Всё как всегда. Дэйв держался уверенно, так как и не предполагал, что права к нему просто не вернутся. Он может нас заставить, но для этого придётся приложить усилий, а он привык, что всё идёт как по маслу. Но не на этот раз, не на этот. Только вот если оттянуть момент открытия истины для него - было бы ещё лучше. Надеюсь, что это как-то можно оттянуть. За грядущие дни ничего особо глобального произойти не должно, но всё же будет не до этого. На днях концерт, а потом снова домой. Там и решу, что делать дальше. Что-то сюжет моей жизни застрял на месте, нужно поскорее избавиться от Йоста, избавиться и идти вперёд, к мечте, тогда смогу... Я посмотрел на, как всегда ушедшего в музыку брата ...Нет, сможем! Сможем вдохнуть свободу, а вдвоём мы добьёмся всего, пусть даже против нас будет весь мир.
Каналом, в студию которого мы ехали, оказался единственный украинский музыкальный канал, где транслировались наши клипы. На остальных о группе Токио Отель никто и не заикался. Меня это не то, чтобы удивило, но я не знал, что мы настолько попали в точку при выборе страны. В голове пронеслась мысль о том, что надо бы поработать над раскруткой, которая была моментально прервана внутренним голосом: "Раскруткой чего, если кое-кто настроен на распад группы?" - я до сих пор мыслю, как фронтмен ТХ, хотя пока я им и являюсь, но лишь формально, внутренне я уже далеко от этой неволи, но жизнь без группы и музыки это, правда, начало конца для меня... Для меня или для нас? Мой взгляд, уже в который раз, скользнул по дремлющему брату. Том гораздо больше окунулся в славу, гораздо больше привык к ней, гораздо больше ей радовался, и гораздо более важное место эта слава занимала в его жизни, чем в моей. Но тут мне вспомнилось, как он говорил о том, что мне пора научиться принимать решения самому. Нет, я никогда не сделаю так, как будет не приятно брату. Хотя сейчас я чувствовал, что даже если группа распадётся, Том не станет сильно переживать, он переживёт это, и наверно даже легче, чем я. Он сумеет найти в жизни что-то не менее, а возможно даже более важное, чем популярность. А может он только создаёт иллюзию того, что знаменитость для него стала таким наркотиком? Что-то не заполнимое часто читается в его глазах, этих грустных карих, притягивающих, словно магнит, глазах. Опять-таки, увидеть это позволено не всем, да и то, Том тщательно старается спрятать это даже от меня, хотя сам прекрасно понимает, что это бесполезно, я дышу, так же как и он, моё сердце бьётся в унисон с его, и врать друг другу для нас всё равно, что врать самим себе.
Машина резко затормозила.
-Всё, приехали, - Йост окинул всех нас, до невозможности вялых, серьёзным взглядом, - всё заучено, вам не впервые, всё должно пройти, как по маслу, особенно это касается наших юных авторов. - Он посмотрел на нас с Томом и вышел из машины.
Здание было не высоким, из-за него ярко светило солнце и било в глаза, хоть на улице было и не жарко. Меня пробрало лёгкой дрожью, впрочем, как и остальных, только Натали чувствовала себя совершенно уверено, даже больше чем обычно. Мы вошли в здание, Дэйв сразу же стал с кем-то разговаривать, после чего подошел к нам.
-Начало через пять минут, всё как мы и предполагали, маленькая студия, небольшое количество фанатов, два отдельных интервью. Первое в офисе с моим участием, и участием Каулитцов, - с каких это пор он называет нас с Томом по фамилии? - А второе, как всегда - ваше мыло перед фанатами. Кстати, Наташа, - он повернулся к нашей помощнице, - переводчик нашелся, так что возьми машину, и пусть Хенрик отвезёт тебя в отель. - Девушка только коротко кивнула и удалилась.
Ко мне подошел Том и с улыбкой, легонько ткнув меня в живот, сказал:
-Ну что, момент истины? - Я посмотрел ему в глаза слегка обеспокоенным взглядом, я действительно долго ждал этого мига, - Да не бойся, вот увидишь, ты и не заметишь, как всё будет сделано, это наш день, - он подмигнул мне и я улыбнулся. Хотел что-то ответить, но в дверях напротив появился Дэйв, и кивком позвал нас с братом.
Никакого момента истины я не ощутил. Том оказался прав, это было простой формальностью. Натянутая улыбка у небольшого количества присутствующих, подпись на бумагах и красноречивый трёп Дэйва. Да, усвоенный мозгами тот факт, что наши песни наконец-то отданы нам. Прямо, как дети, отданные родителям. Появилось некоторое спокойствие, когда знаешь, что больше не придётся заморачиваться о том, что за спинами говорят о том, что мы - бездарный проект. Но никакого события делать из этого не хотелось, пора научиться относиться ко всему проще. И, тем не менее, настроение поднялось, а с души ушла тяжесть.
Дэйв сказал, что перерыв между интервью будет буквально в пять минут. Хотя возможно это и к лучшему, скорее отстреляемся - скорее поедем узнавать, в каком клубе нам предстоит дать концерт, так как собрать стадион здесь пока нереально. Хотя я никогда не запоминал названий клубов, но мне и не это важно, важна обстановка, акустика и размер зала. По расчётам нашего гениального продюсера, после выхода интервью в свет, моментально раскупят все билеты, Киев, и не только, будет шуметь о нас, а число фанатов возрастёт, как только будут улажены формальности с трансляцией нашего творчества через более распространённые каналы. И снова нам на руку желание Йоста быть не просто популярными, а достигать популярности везде без исключений. По этому поводу я тоже не нервничал, всегда, как только о нас ветер подует, знающая часть подростков несётся на крыльях того, что они называют любовью, скупать билеты на концерты, интервью и прочее. Оставалось только откатать ещё одно интервью сегодня и парочку в дальнейшие дни, там уже, как Дэйв скажет.
В дверях уже с другой стороны появился наш переводчик:
-Токио Отель, вперёд, в студию. - Я задумался только об одном - когда они успели проинформировать, хоть и не большое, но приличное количество прессы и фанов? Ах да, я же никогда не увлекался формальностями, для этого и существует Дэйв. Внутренний голос запел: "И ты хочешь отказаться от человека, который решает все мелкие проблемки." Да, без Дэйва было бы и правда тяжело, но если надо будет, я со всем справлюсь, другое дело, что не будет для чего стараться, но я, наконец, понял, как мне важна свобода, и я любой ценой получу её. Нормальную жизнь обычного человека, пусть я даже потеряю то, к чему так привык за это время, а пока мне предстоит дарить радость фанам, пока я ещё солист их любимой группы.
Мы прошли в ту дверь, за которой только что скрылся наш переводчик. Небольшое количество фанатов, но, оправдывая качеством - кричащих, зал тоже не большой, но вполне нормальный, и диванчик посреди помещения, рядом с ним два кресла, в которых и располагались журналист и переводчик. Снова натянутая улыбка, но уже более искренняя. Мы проходим к дивану, я иду за Томом и одновременно являюсь последним в нашей великолепной четвёрке. Ребята паровозиком с лева на право уселись на трёхместное сидение, оставляя мне любимое место - бортик. Всегда люблю сидеть на бортике, находясь выше всех, и обязательно болтаю ногой, наверно это нервное.
Я приблизился к заветному месту и принялся на него забираться. Но миг, неосторожное движение, и, соскользнув по гладкой кожаной обивке, я падаю на сидящего рядом Тома. Мне всё показалось, как в замедленной съемке. Вздохнувший и охнувший в унисон зал, удивлённые лица представителей прессы и само моё падение. Том каким-то образом умудрился поменять своё положение "закинув ногу сидя вразвалочку" и подхватить меня под бок так, что я оказался лицом к нему. Мы успели столкнуться взглядами, после чего равновесие снова меня покинуло, и я свалился на него, оказавшись с братом в обнимку. Я моментально поднял голову и снова поймал его взгляд, немного удивлённый, но приятно удивлённый. Я не мог пошевелиться, хотя наверно только для меня всё показалось таким растянутым. Меня заворожил взгляд брата, я не знал, что сказать, это было неловко. Всё спас смех. Сначала негромкий смех Тома, потом и всех остальных, у меня на лице итак была улыбка, что и спасло положение, наконец, я выдавил из себя еле слышное "Прости", и взобрался на многострадальное место. Моя неловкость ни к чему плохому не привела, даже Дэйв вряд ли о чём-то таком заикнётся, это скорее выглядело смешно и мило, если не знать, как воспринимал всё происходящее я.
Глава IV

Я проснулся от вибрации телефона. Господи, неужели даже после концерта я нормально не отдохну? И не подумаю даже смотреть на дисплей, меня нет, я сплю. Вся прошедшая неделя прошла на ура, и я, исполнив своё обещание самому себе - напился. Сейчас еле соображаю и очень даже рад этому. Я перевернулся на спину и почувствовал, как в боку покалывает. Да, засну я, как же. Часы показывали шесть вечера, за окном смеркалось. Гулять со всеми до утра было лишним. Да и Том, придурок, пихнул меня в местную речку с каким-то странным названием то ли на Г, толи на Д. Волосы были всё ещё мокрыми и слипшимися, от разбавленных речной водой, средств для стайлинга. Я дико хочу домой, но Дэйв приказал седеть в этой деревне ещё пол недели. Видите ли, ему мало тех интервью, которые мы успели дать, да и нужно сделать вид, что нам здесь очень понравилось. В прочем, как всегда и везде. Не хочу я делать вид, что мне нравится этот скучный блестящий город! Не хочу! Я хочу домой, плюнуть на эту славу и на всех вместе взятых. Сейчас я зол даже на брата. Хочу спокойно пожить нормальной жизнью! Почему я в свои шестнадцать, обязан мыслить на все двадцать пять?! В конце концов, я ребёнок, я хочу почувствовать, наконец, то детство, которое у меня было отнято. Эта моя мысль была прервана открывшейся дверью и Томом, благодаря которому она и открылась.
-Что тебе? - Раздраженно попытался выговорить я.
-Чего мы такие злые? - Парировал брат, ухмыльнувшись, - Неужели я не могу просто зайти к брату с надеждой на поддержку в случае плохого настроения? - Том тоже не был трезв, но не настолько, насколько я.
-Уходи, тебя что, девочка отшила? - Еле связно проговорил я, наверно всё-таки слишком много выпил.
-Билл, успокойся... - Начал Том, но я резко подорвался, и как не странно, хоть и с лёгким пошатыванием, но устоял на ногах.
-Какая поддержка? Ты надо мной всю неделю издевался! Когда я нервничал, ты меня поддержал?
-Билл... - Том подошел ко мне.
-Перестань, - вот тут я потерял последние остатки здравого смысла, - как я могу нормально реагировать на брата, который эгоистично требует и ничего не даёт взамен? Ты ведь даже с днём Святого Валентина в этом году меня не поздравил! - Том посмотрел на меня ошарашенным взглядом, наверно странно в июне было вспоминать о зимнем празднике.
-Билл, ты пьян, - брат схватил меня за плечи, но я вырвался
-Оставь, - быстрым шагом покидаю номер, сейчас я хочу побыть один. Наверно это всё хмель, кружащий мне голову, но ничего хорошего мне не вспоминалось, только обиды. Захотелось глотнуть свежего воздуха, уйти куда-то в незнакомом городе, неважно куда, но я чувствую, что если я уйду сейчас, то мне станет легче. Я вышел из отеля. Внутренний голос сонно спросил: "Ну и куда мы идём?" Да... Куда... Мне самому было интересно. Хотя, куда-куда? Прямо!
Холодный воздух дохнул в лицо, мне было безразлично, куда идти, лишь бы подальше от всего и всех. На меня нашел полный депресняк. Вот так, откуда ни возьмись, за пять минут, из пустоты. Мне просто всё надоело, я снова засомневался в правильности всего того, что я делаю. За всё то время, пока существовало ТХ, популярность стала неотъёмлемой частью группы, и сохранить бэнд без неё невозможно. Но мне этого очень бы хотелось. Сейчас появилось желание не расставаться с группой, но всё же получить свободу... Размечтался и обнаглел. И группу ему подавай, и свободу, а что ещё?
Снова зазвонил мобильный.
Нет, я сейчас ничего и никого не хочу. Нажал на отбой и выключил телефон.
Я шел по незнакомой улице вверх и попал на очередную площадь. Господи, мне бы сейчас в какое-то тихое место, где никого нет, где нет шума и такого огромного количества машин. Я решил свернуть на право и оказался на каком-то не широком спуске. Это уже лучше. Я спускался вниз по улице, мысли куда-то испарились, и я просто наслаждался свежим воздухом. Посередине этого спуска стояла церковь, она очень красиво выглядела на фоне красного неба, купол её блестел, отсвечивая солнечные лучи, бьющие отражением прямо мне в глаза, я поморщился, но, как не странно, меня это не раздражало. Я стоял замерший, и смотрел на эту красоту. Через пару минут, я поймал себя на том, что просто стою и улыбаюсь. Мне вспомнились те времена, когда мы с семьёй ездили в Америку. Нам с Томом было всего по пять лет, и я это помню. Когда мы гуляли на одной из таких вот улочек, заброшенных, выглядящих старинными, словно из прошлого... Теперь уже позапрошлого века, однажды мы с ним потерялись, тогда тоже был такой же красивый закат, как и сейчас. Вот только тогда небо было чище. И наша жизнь была чище, проще, наивнее, невиннее. Сейчас же на небе собирались тучки. Не большие, полупрозрачные тучки, я оторвал взгляд от этого сказочно-красивого неба с мыслью, что Тому здесь непременно бы понравилось. Он гораздо менее сентиментален, чем я, но я знаю, чувствую, что он помнит тот день, когда мы потерялись в Лос-Анджелесе. Помнит, как мне было страшно, как я плакал и боялся, а ему приходилось меня успокаивать, и только ему удавалось заставить меня поверить в то, что страхи пройдут, и всё будет хорошо.
Я поднялся по лестнице вверх и увидел большое здание, перед которым было приличных размеров пространство, покрытое густой зелёной травой. Тут гуляли люди, но их было не много. Это радовало, наконец-то хоть в одном уголке мира нет той суеты, которая вечно меня преследует. Я присел на землю и осмотрелся по сторонам. Маленькие дети, бегающие по этой траве, их льющийся звонкий смех, наполненный восторгом от свежего воздуха, пахнущего беззаботностью, свободой и счастьем. Их улыбающиеся родители, неторопливо следующие за своими чадами и с волнением наблюдающие, чтобы малыши не оступились. Жизнь, свет, лёгкость, свобода... Это то, чего мне никогда не хватало. Я лишь мог выливать боль в грустных песнях, которые воспринимали по-своему, сравнивая со своей болью, тысячи таких же подростков, как и я. Из-за мечты, которая всё равно была будто отражена в кривом зеркале, и так и не сбылась, по причине появившегося искусственно изогнутого стекла, искажающего всё, что попадалось на пути. Мечта сбылась, но не та мечта, которая родилась в нас, четверых мальчишках, любящих музыку. Детство было светлым лишь до того момента, пока мы не стали знаменитыми, хотя в первое время, нам казалось, что эта слава - всё для нас. Будто это и есть наш воздух, будто именно это и была наша мечта. Но потом пришлось открыть глаза и осознать, что повернуть всё в другое направление не так легко, порой даже сложнее, чем всё достигнутое на данный момент. И теперь я здесь, в незнакомом городе лежал на траве с закрытыми глазами, и хотел уйти от всего, что меня окружает. У меня это почти получалось, но мысли о желанной свободе никак не хотели покидать меня. Не укладывалось в голове, как Густав и Георг могут мириться со всем этим. И как мой собственный брат променял душу на популярность.
На лицо что-то капнуло, я поморщился и открыл глаза. Эти, недавно еле заметные серые облака, превратились над головой в тёмные грозовые тучи, заслоняя собой солнце и небо. Вот так и наше желание быть знаменитыми перекрыло мечту дарить людям музыку просто так. Я встал и решил пройтись ещё немного под этим дождём. Может хоть он смоет с моей души боль и тяжесть? Я решил спускаться по этой улице дальше. Спуск была довольно длинным, и весьма крутым. Но я не спешил. Я лишь шел с мыслями о том, что всё плохо, и я не знаю, как выкручиваться из сложившейся ситуации.
Минут через пятнадцать, я заметил, что уже насквозь промок, а маленький летний дождик, превратился в ливень, казалось изо рта идёт пар при слабом дыхании. Мне было холодно и меня трусило. Я заболею, и Дэйв меня убьёт. Ну и пусть! Если даже собственный брат меня почти не поддерживает, эгоистично требуя лишь, чтобы ему было хорошо и удобно. И он не подумает о том, где я, что со мной. За эту неделю, как только наша популярность стала возрастать и в Украине, он словно забыл о том, что мы собирались, наконец, сделать. На днях вообще сказал: "Билл, может бросить всё это? Зачем? У нас есть всё, всё и все" Сказал мой близнец, хватая за талию первую попавшуюся блондинку, и увёл её в номер. Как может хотеться жить после того, что даже самый близкий человек не хочет понять тебя и поддержать, помочь хотя бы морально? Если бы он только вспомнил обо мне, сказал, что был не прав, намекнул бы хотя бы, что хочет мне помочь, и настроен на то, что всё у нас выйдет, я простил бы ему всё, но куда уж тут! Он скорее проведёт ночь с очередной грудастой барышней, чем поддержит собственного брата.
Засунул руки в карманы и наткнулся на мобильник. Надо бы его включить, а то Йост и правда подумает, что меня похитила банда сутенёров.
Не успел я включить телефон, как он завибрировал от нереально большого количества входящих смс-ок. Пришедшее с незнакомых номеров я удалил сразу, тогда остались пять: Три от Дэвида, одна от Густава и одна от Тома.
Сообщения Дэйва были переполнены нецензурностями, я моментально ответил, что со мной всё в норме и скоро он сможет лично выразить всё, что обо мне думает. Смс от Гуси меня чуть удивила. По его словам, Том дико переживает, и, обидевшись, заперся в комнате. Чего по его сообщению не скажешь, он отделался фразой: "Жду тебя в своём номере". Тоже мне, хозяин моей жизни, нет, прошло то время, когда я, спотыкаясь, нёсся делать всё, как скажет брат, "он же у нас старший..." Как надоело это всё. Я купил в каком-то ларьке маленькую бутылку дешевого вина и отхлебнул не сильно алкогольной, но всё же греющей и вкусной жидкости. Наверно не стоило, я итак не был трезв, но сейчас мне плевать. И не буду спешить, тем более что я даже не знаю, где нахожусь. Придётся на английском спрашивать у прохожих, благо, я его хорошо знаю. А может заблудиться? Мало ли, так будет лучше. Не хочу опять показывать брату, что я до сих пор не самостоятельный.
Эту мысль перебила очередное смс от Тома. "Ну что ещё?" Пронеслось в голове. Ответ на этот вопрос, я прочёл в сообщении: "Капли воска со свечи на ладонь кажутся холоднее слёз, текущих по щекам. Вот только страшно оттого, что зажженная для тебя, нет, для нас свеча догорит, и ты не увидишь её пламя". Глаза у меня были на лбу, первая мысль: Он что, спятил? Меня удивило то, что он написал вообще, но написать такое! Это было не похоже на него, да и написать подобное брату! Но, чёрт возьми, он попал куда-то в глубь меня. Такое впечатление было, будто я именно это и хотел от него услышать. Только вот со слышанием пока проблемы. Но, тем не менее, меня всё это как-то дико зацепило. Захотелось скорее увидеть Тома, почувствовать, что он рядом. Просто знать, что он со мной. И всё. Сейчас в моей жизни переломный момент, и мне очень нужен брат, который понимает меня лучше всех. Я уже не думаю, я бегу, бегу сквозь этот дождь вверх по улице, на меня смотрят удивлёнными взглядами прохожие, но мне всё равно, ведь Том меня ждёт. Дыхание сбилось, мне тяжело бежать, я очень быстро устаю. Но мне плевать на всё и на всех, мне холодно. Лишь бы скорее оказаться рядом с братом, чтобы ощутить его тепло. Да, возможно это бред, но сейчас я пьян, пьян горячим вином и ледяным дождём, и сейчас я лишь несусь в этот чёртов многоэтажный отель, только бы скорее увидеть Тома при свете пламени этой свечи. Мне ведь предстоит объясняться с Дэйвом? Нет, сейчас все пойдут к чёрту, я только хочу увидеть брата.
Наконец прибегаю к гостинице, пытаюсь перевести дыхание, в горле першит, словно песок сыпется с каждым вдохом. Навстречу ко мне подходит один из телохранителей.
-Всё со мной нормально, пойди к Йосту и скажи, что я в норме, устал и пошел спать. - Не дожидаясь ответа, захожу в отель и, вызвав лифт, сажусь в него. Ещё вчера мне казалось, что эти десять этажей пролетают в миг, сейчас же, каждый будто вечность длится. Когда двери, наконец, открылись, я попытался прошмыгнуть к двери брата так, чтобы меня никто не заметил, уж больно красиво я выглядел: весь мокрый, шатающийся благодаря алкоголю, ударившему мне в голову, и запыхавшийся, оттого, что чуть ли не по интуиции, нашел дорогу обратно с впечатляющей скоростью. Я огляделся по сторонам и, обнаружив, что никого нет на этаже, юркнул в незапертую дверь Тома.
Я не сразу обратил на него внимание, так как в комнате было темно. Когда же я сосредоточил... Нет, попытался сосредоточить взгляд на Томе, в голове пронеслась мысль, что я напился до глюков. Всё так, как он сказал. Одна свеча на столе, почти догоревшая до конца, Том, сидящий на полу, рядом со столом. Блики от пламени хорошо освещают его. Он сидит, облокотив руку на колено так, что ладонь свисает над полом, тыльная сторона которой немного блестит, блестит и лицо Тома. В другой руке у него начатая бутылка с вином, точно таким же, как и то, что пил я меньше часа назад. Том пьян, но не на много сильнее меня, хоть и достаточно для того, чтобы написать мне подобное сообщение. Он поднимает на меня взгляд и, прикладывая палец к губам, что бы я ничего не говорил, просит сохранить тишину. После этого жеста, Том медленно, улыбаясь, встаёт, берёт какой-то яркий не бо