Это цитата сообщения LiveVoda Оригинальное сообщение
Прасковья Ивановна Жемчугова
Прасковья Ивановна Жемчугова 1768-1803
Мало кто знает, что появление на Сухаревской площади в Москве огромного здания, в котором теперь располагается институт скорой помощи имени Склифосовского, обязано замечательной крепостной актрисе графа Николая Петровича Шереметева — Параше Жемчуговой.
У графов Шереметевых был самый лучший крепостной театр своего времени. Любительскими спектаклями Шереметевы увлекались давно. «Представился покойному отцу моему случай завести начально маленький театр, — вспоминал Николай Петрович Шереметев, — к чему способствовала уже довольно заведенная прежде музыкальная капель. Набраны были из служащих в доме способнейшие люди, приучены к театральным действиям и играны сперва небольшие пьесы».
1 февраля 1765 года для Екатерины II в «Фонтанном доме» Шереметевых в Петербурге был дан любительский спектакль — французская комедия «Женившийся философ, или Стыдливый муж», сочиненная Нерико де Туша, и другая малая комедия прозой — «Нравы веков».
В 1768 году после смерти жены П. Б. Шереметев переехал в Москву в усадьбу Кусково. Совершенно особое место в Кускове занимали театры, их было несколько: «домашний» — в хоромах, «турецкий киоск» и «воздушный театр» — в парке, «закрытый» или «старый театр» — в одном из красивейших уголков парка — Гае. На их сцене играли дворовые крепостные актеры и музыканты. Устроителем спектаклей был сын крепостного графского управителя Василий Вороблевский.
П. Б. Шереметев так распоряжался по поводу обучения актеров: "Открыв нового тенора с отличным голосом, который бы представлял актера, учить петь у итальянца, играть у русского, кланяться и руками прилично".
Для обучения театральному искусству П. Б. Шереметев отбирал из крепостных наиболее способных мальчиков и девочек. Родственнице Шереметевых княгине Марфе Михайловне Долгорукой было поручено обучение будущих актрис.
Среди девочек, предназначенных для обучения, оказалась и семилетняя Параша Ковалева, у которой были утонченные, не крестьянские манеры. Девочек обучали грамоте, пению, танцам, «умению держать себя». Отец Параши —Иван Степанович Ковалев — был крепостным кузнецом и крепко «зашибал», имя его встречается в списке наказанных «за неисправность и вино».
29 июня 1779 года Параша впервые появилась на сцене усадебного театра. Ей еще не исполнилось 11 лет. Первой ролью Параши была выходная роль служанки в опере Гретри «Испытание дружбы». В то время она продолжала жить с отцом, занималась домашними работами и всячески развивала свой голос, не только в театре, но и в поле и в сельском хороводе.
В 1780 году Параше впервые поручили главную роль в опере Саккини «Колония, или Новое селение». Она спела партию Белинды. Сюжет оперы был посвящен любовной теме. Губернатор Фонтальб и Белинда полюбили друг друга, но Фонтальбу сообщили, что возлюбленная изменила ему. Возмущенный Фонтальб решает жениться на садовнице Марине. А оклеветанная Белинда в отчаянии решает покинуть остров на лодке. Но в самый последний момент выясняется, что Белинда не виновата. Фонтальб возвращает ее, и все заканчивается всеобщим примирением.
Параша превосходно исполнила эту роль, покорив зрителей прекрасным лирическим сопрано и умением держать себя на сцене. Хотя трудно себе представить, как в действительности двенадцатилетняя девочка справилась с ролью любящей и страдающей героини. Однако, по свидетельству современников, Параша Ковалева имела огромный успех.
Именно тогда Параша впервые вышла на сцену под фамилией Жемчугова. Шереметев решил дать своим актрисам новые, «не мужицкие», более благозвучные фамилии, по названиям драгоценных камней. Таким образом на сцене появились Изумрудовы, Яхонтовы, Бирюзовы.
[375x500]
Возможно, в ее сценическом успехе сыграл свою роль и тот факт, что юная Параша уже была влюблена и, кажется, по-настоящему. В это время к ней сватался сын аптекаря Иван Ушаков. Его отец Егор Иванович Ушаков был земляком отца Параши и часто бывал в их доме. Скорее всего, И. С. Ковалев не возражал против этого брака, но... Но сердце Параши уже принадлежало другому. Она полюбила молодого графа—Николая Петровича Шереметева. Однако у него уже была фаворитка—обладательница сопрано, красивая и талантливая крепостная актриса Анна Буянова-Изумрудова.
Николай Шереметев четыре года учился и путешествовал за границей. Он был очень высокообразованным молодым человеком, знакомым с трудами Монтескье, Дидро, Руссо. В последние годы жизни библиотека Николая Петровича Шереметева насчитывала более 16 000 томов, и значительную часть составляли книги о музыке и театре. Вернувшись из-за границы, Николай Шереметев сразу получил должность директора Московского банка.
Театральные увлечения отца казались Николаю Шереметеву отстав шими от времени, и он лично принялся за переустройство театрального дела в Кусково.
Вскоре после премьеры спектакля «Колония, или Новое селение» Парашу Жемчугову переселили в специальный флигель, где жили все лицедеи шереметевского театра. Ей назначили «верховную дачу» — питание с барского стола.
Николай Шереметев угадал в девочке большое дарование и стал уделять ей много времени: играл ей на клавикордах, аккомпанируя, и часто беседовал. Однако молодой граф по-прежнему был увлечен Анной Изумрудовой.
Параша Жемчугова была окружена всяческой заботой. Для обучения ее были приглашены лучшие русские и иностранные учителя. Знаменитый арфист Кордон обучал ее игре на арфе. (В XVII и начале XIX века арфа была весьма распространенным в дворянских семьях музыкальным инструментом, и опытными арфистами были непременно мужчины.) Итальянскому языку Парашу обучал сеньор Торелли, французскому—мадам Дюврин и Шевалье, пению—Барборини и Олимпий. Для преподавания драматического искусства пригласили Марию Степановну Синявскую, которая очень хорошо исполняла роли добродетельных и страдающих героинь. Уроки пения давала певица Е. С. Сандунова. Обучал Парашу и знаменитый актер Иван Афанасьевич Дмитревский.
Параша прилежно училась и в отличие от многих своих сверстниц много читала, преимущественно на французском языке, которым она хорошо владела, — библиотека Шереметевых состояла главным образом из книг французских авторов.
В 1781 году в театре Шереметевых была поставлена комическая опера Монсиньи «Беглый солдат» («Дезертир»), в которой были не только музыкальные номера, но и разговорные диалоги. Оперу «Беглый солдат» уже ставили многие театры Европы. Николай Шереметев выписал из Парижа все иллюстрации к этой опере, приобрел органчик, один из валиков которого исполнял увертюру к опере. Параша Жемчугова в этой опере создала образ любящей женщины, исполненной отчаяния, страха и отваги в борьбе за жизнь любимого человека.
Сюжет оперы довольно прост. Солдат Алексей влюблен в Луизу. Он узнает, что невеста изменяла ему, и в отчаянии бежит из королевской армии. Его ловят и приговаривают к расстрелу. Выясняется, что рассказы о неверности Луизы — козни злобной герцогини. Луиза верна Алексею и совершает невозможное: добивается аудиенции у короля и просит его пощадить жениха. В последний момент король, тронутый мольбами Луизы, прощает солдата Алексея. За несколько минут до приведения приговора в исполнение Луиза прибегает в тюрьму. Она приносит приказ о помиловании. Опера заканчивается воссоединением влюбленных.
Позабудем огорченья,
Днесь настали дни утех,
Нам любовь была мученья,
Но милей стала для всех.
Главной героиней в опере была простая девушка Луиза. Исполняя эту роль, Параша как бы рассказывала о самой себе, о своем чувстве. Однако играть ей было весьма нелегко. Публика с предубеждением относилась к «крепостной девке», которая осмелилась изображать глубокие человеческие чувства. Многие знатные гости Шереметевых считали, что чувства доступны только людям «благородного сословия». К тому же посетители знали, что у молодого графа «роман» с Парашей.
А Николай Шереметев все больше убеждался, что любит Парашу и вырвать ее из своего сердца он не в силах.
Слухи о превосходной игре Жемчуговой распространились среди московских любителей театра. И молодой граф по праву гордился своим детищем — юной Парашей.
Вскоре он начал строить новое здание театра. Его открытие было приурочено к посещению подмосковного имения Шереметевых Екатериной II, которая прибыла в Кусково 30 июня 1787 года. Во всей увеселительной программе центральное место отводилось театру. Екатерине II показали лучшую постановку шереметевского театра — оперу Гретри «Браки самнитян».
Опера по-своему характеру героическая, хотя сюжет ее строится вокруг любовной коллизии. Юная самнитянка Элиана полюбила храброго воина Парменона. Но по законам страны у нее нет и малейшей надежды на брак: самнитским девушкам и юношам женихов и невест подбирают старейшины. Элиана готова расстаться с жизнью, лишь бы быть с любимым:
Разите боги мя, боязни в сердце нет,
Ударов ваших ожидаю,
Пойду к нему, презря все тучи бед...
Подруги говорят девушке, что она идет против закона. Элиана отвечает: «Закон мой, боги и все должности состоят в том, чтобы любить...»
В спектакле показано, как между римлянами и самнитянами началась война. Войску самнитян грозит разгром. Но в критический момент, когда войско готово дрогнуть, на поле появляется переодетая воином Элиана и вдохновляет воинов. Самнитяне одержали победу, под звуки марша они возвращаются, неся оружие и знамена врагов. На боевой колеснице с копьем в руке въезжает на сцену и храбрый воин, вдохновивший всех на победу. Все узнают в нем Элиану, которую осыпают цветами. Жрецы и старейшины возносят жертвоприношения богам. А Элиана завоевала себе право на свободный выбор жениха.
На новой сцене, глубина которой была
30 октября 1788 года умирает старый граф Петр Борисович Шереметев, все его бессчетные богатства и имения переходят к сыну — Николаю Петровичу, который становится наследником 210 тысяч душ крепостных.
После похорон отца Николай Шереметев несколько месяцев «на радостях» беспробудно пьянствует и всячески веселится. Театр забыт. Крепостные актеры томятся в неизвестности: что с ними будет? Что станется с шереметевскими театрами? Но одна девушка смогла остановить пьянство графа, несмотря на свой юный возраст и многочисленных графских любовниц. Это была Параша Жемчугова.
Театр стал оживать. Служебная карьера не увлекала Николая Шереметева. Хотя он и числился главным директором Московского дворянского банка, стал сенатором и обер-камергером, душа его была привязана к театру. Часто Николая Шереметева можно было видеть в оркестре среди своих 1 крепостных музыкантов, где он играл на виолончели. Николай Петрович I Шереметев стал выдающимся виолончелистом-любителем и вошел в исто- I рию музыкального искусства.
Теперь в театре появился не только хозяин, но и хозяйка — Прасковья Ивановна, как стали называть Парашу все музыканты и актеры. Для себя и Параши граф выстроил новый дом и реконструировал театр. Но Парашу не могло не угнетать зависимое положение при графе, хотя она любила всем сердцем. Да и Николай Шереметев души не чаял в ней, не отходил от Параши ни на шаг. Однако слухи и сплетни о чрезмерной привязанности Шереметева разошлись по всей Москве. Родные и близкие были весьма недовольны этой продолжительной связью графа. «Дворовой девке» Параше отовсюду грозили всяческим мщением. Положение осложнялось тем, что Николай Шереметев был сказочно богат и... холост. Многие знатные семьи мечтали выдать своих дочерей за него, но у графа уже была его единственная любовь — крепостная актриса Параша Жемчугова.
В1795 году в шереметевском театре была поставлена патриотическая опера «Взятие Измаила» (турецкая крепость Измаил пала в 1792 году). Либретто оперы сочинил участник штурма крепости Павел Потемкин, музыку написал популярный композитор Осип Антонович Козловский, известный своими величавыми полонезами. Его «Гром победы раздавайся» стал официальным русским гимном. Сюжет оперы был посвящен не столько патриотическому событию, сколько любви, которая, несмотря на запреты и всяческие козни, завоевала себе право на жизнь.
Русский полковник Смелой (фамилия которого, согласно поэтике классицизма, раскрывала его сущность) попадает в плен к туркам. Смелой влюбляется в дочь коменданта Измаила Османа—Зельмиру. Но воинский долг продолжать борьбу с врагом вынуждает его бежать из плена. Зелъмира тоже полюбила Смелона. Мелодраматическую ситуацию Жемчугова подняла до уровня подлинной трагедии. Узнав, что возлюбленный собирается бежать, Зельмира просит увезти ее с собой (несмотря на различие веры). Но Смелой все же покидает Зельмиру, чтобы возглавить русское войско. Скоро он вступает в крепость победителем. Смелой благодарит Османа за гуманное обращение во время пребывания в плену. А, увидев Зельмиру, поет:
Прекрасная Зелъмира! Владычица всех чувств и всей души моей! Упав к ногам твоим, я к радости своей. Не знаю, как сказать, что сердце ощущает, Присутствие твое меня так восхищает, Что разум мой смущен, и сам я вне себя...
Зелъмира отвечает ему:
Смелон! Мой нежный друг! Ах, точно ль зрю тебя!
Смелон у ног моих? Могу ль глазам поверить?..
Всю свою любовь к графу Шереметеву Жемчугова вложила в созданный ею театральный образ, заставив публику дышать единым с ней дыханием.
Постановка оперы была осуществлена с большой пышностью: были написаны превосходные декорации, заказаны специальные русские и турецкие костюмы, украшенные дорогими мехами, парчой, бусами и самоцветными камнями.
Однако через несколько лет Кусково превратилось в «злобное» место. Жемчугову не переставали преследовать со всех сторон. Однажды она пошла в церковь.
— Сударыня, не можете ли вы указать, где здесь кузница? — услышала она голос.
Перед ней стоял дерзкий молодой человек, который прекрасно знал, с кем говорит. За его спиной — любопытные лица его спутниц, московских мещанок.
— А кто здесь кузнец? — продолжал он спрашивать.
— Обратитесь к сторожу, он вам покажет, — ответил Жемчугова и повернулась назад, к дому. Вдогонку ей слышалось:
— А дети есть у кузнеца? — кричала одна из женщин. Вбежав в кабинет графа, Жемчугова упала на диван в истерике. Николай Шереметев решил переехать в другое имение — Останкино.
Прасковья Жемчугова и Николай Шереметев, а также весь штат актеров, музыкантов и работников сцены вскоре перебрались в новую усадьбу.
В Останкино Жемчугова была счастлива. Здесь не было пересудов и молвы, и ничто ей не напоминало, что она является всего лишь подневольной крепостной актрисой. Шереметев построил для нее здесь новый театр.
Но счастье было недолгим. Вскоре она тяжело заболела туберкулезом и навсегда потеряла возможность петь, только неустанная забота графа помогла ей подняться на ноги.
В декабре 1798 года граф решил дать вольную Прасковье Жемчуговой, а также всей семье Ковалевых. За солидные деньги крепостной человек Шереметевых, стряпчий Никита Сворочаев, подобрал из архивов необходимые документы, из которых следовало, что весь род Ковалевых принадлежит к древней дворянской фамилии Ковалевских, а предок Ковалевых — Якуб оказался в 1667 году в русском плену и якобы его потомки нашли себе приют в доме Шереметевых. «А по сему, — писал Н. П. Шереметев, — даю семье Ковалевских вечную свободу в уверение благородного их происхождения, чтобы они могли выбрать род жизни, приличный их званию». Был даже найден «живой и наличный» шляхтич Ковалевский, который «удочерил» Парашу. С него срочно были написаны портреты и маленькая миниатюра, которую Параша носила на цепочке.
6 ноября 1801 года граф тайно от всех обвенчался с Парашей в маленькой церкви Симеона Столпника, что на Поварской улице в Москве. [414x600]
Жемчугову «всеми силами души» ненавидела сестра Николая Шереметева, в замужестве В. П. Разумовская. Она была оставлена своим мужем, который, как и Николай Шереметев, связал свою жизнь с простой женщиной — дочерью слуги М. М. Соболевской. В. П. Разумовская делала все возможное и невозможное, чтобы помешать браку своего брата, в надежде получить его наследство.
В феврале 1803 года Прасковья Ковалева-Жемчугова родила сына. Брак с графом по-прежнему оставался в тайне. И мать и отец очень боялись, что ребенка, который являлся единственным наследником графского состояния, похитят. Для охраны наследника было установлено специальное неусыпное круглосуточное дежурство.
«При специальных дверях снаружи, — писал Н. П. Шереметев, — быть посменно и безотлучно по два человека из разночинцев. Изнутри двери спальни должны быть всегда заперты ключом... Назначенным к дверям разночинцам в ночное время, переменяясь, спать в той комнате, где они при дверях назначены, и наблюдать, чтобы двое отнюдь не спали, а двое отдыхали...»
После родов ребенка сразу отняли от матери, опасаясь, чтобы он не заразился туберкулезом. Здоровье Прасковьи Жемчуговой продолжало стремительно ухудшаться. Через двадцать дней после родов Прасковья Ивановна умерла.
Только на следующий день после смерти граф всем объявил, что он женат. Возмущению в высшем свете не было предела, но император Александр I признал этот брак законным.
Похоронили Прасковью Жемчугову в Петербурге. За гробом усопшей, который везли на кладбище Александро-Невской лавры, шли только крепостные люди: артисты, художники, мастеровые. Среди них был великий зодчий Джакомо Кваренги, который видел Жемчугову на сцене и был почитателем ее таланта.
В память о своей горячо любимой жене Шереметев в 1803 году решил построить в Москве благотворительный «Странноприимный дом». В нем должны были «дать бесприютным ночлег, голодным хлеб и ста бедным невестам приданое». Архитектор Д. Кваренги принял участие в проектировании этого дома.
И, как вечная память об актрисе Прасковье Жемчуговой, строгое классическое здание на Сухаревской площади, в котором ныне размещен институт скорой помощи имени Склифосовского, и сегодня украшает Москву.
Из книги " Самые знаменитые артисты России"