руки-веревки обвивают горло, стягивают,
оставляя следы безвыходности на коже.
горячая вода и скальпель, старый как солнце,
многое по шрамам сказать может,

как ты расходилась по швам, вой костей,
выпадали ресницы, ломались руки,
бомбы страданий. он, она, они,
лишь бы не винить себя со скуки.

оглянись, прочитай по собачьим глазам
сколько раз ты тыкала себе в шею иглой.
затертые лица родителей кипят в сознании
сквозь радугу всхлипов нежно,
только и останется тебе, что тихо в море задохнуться водой.