мама в больнице, и с одной стороны я рада, что она отдохнёт от проблем на работе, отвлечётся от судов и меня. но с другой, ей придётся бояться за себя и за то, что опухоль решат вырезать. я уверена, что всё будет хорошо. мама превращается в ребёнка, начинает заботиться обо мне и прочие телячьи нежности(это первые признаки её страха, она думает, что так скроет это от меня). я вижу, что она боится, и стараюсь, как умею поддержать её.

у меня же всё более-менее, я напиваюсь колой со льдом и мечтаю о чем-нибудь покрепче, но в такую жару я не способна пить даже горячий чай. в такую жару даже любимая музыка не слушается, в уши способен вливается только попс, от которого быстро начинает болеть голова и слезятся глаза. но всё лучше, чем тишина, из-за которой мой разум всё глубже и глубже погружается в уныние. я всё жду, когда мне позвонит Лера, когда Лёка зайдёт в асечку, когда мне кто-нибудь напишет сообщение, но ничего. ти-ши-ни. в общем, у меня всё глухо, тихо, безлюдно и тошнотворно скучно. всё лето я проведу в доме слушая скучные рассказы младшего брата, надеюсь, хоть в августе мне удастся вырваться к Лёке на море. я уже целый год представляю, как буду сидеть с ней на пляже, пить, курить и жаловаться, жаловаться, жаловаться.. наверное, она очень испугается, когда я её крепко обниму, и не буду отпускать, пока в её лёгких не останется воздуха, а мои глаза не перестанут предательски слезиться.