Один мой друг пишет романы. Он опубликовал первые две части на Проза.ру .
Вам же я предлагаю отрывок первой части.

ЛУННЫЕ ДЕТИ (http://www.proza.ru/2009/04/20/386)

Самое большое счастье, которое может выпасть в жизни, - это счастливое детство.
А. Кристи «Автобиография».

КНИГА ПЕРВАЯ. ПРЕЛЮДИЯ.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ПОЛИНА.

1.ПРОЛОГ. СМЕХ.

За всю историю космического флота Земли такого никогда не было.
Андрей был уверен, что и не будет, слишком уж необычным было случившееся. Здоровенный десантник, про таких говорят «косая сажень в плечах», налетавший не одну тысячу часов в патруле, видевший всё, что только можно и даже кое-что из того, что в принципе увидеть было невозможно, словно чувствительная слабонервная дамочка, грохнулся в обморок. Точнее, слово «грохнулся» тут не совсем подходило, так как он сидел в кресле, даже вроде бы что-то разглядывал в своих записях; и это было минуту назад. А когда Андрей повернулся, чтобы что-то спросить, то увидел его нелепо обмякшую фигуру.
Сначала он не сообразил, что случилось, решил, что это какая-то шутка, даже глупо заулыбался. Но секунда проходила за секундой, и он всё больше убеждался, что это не шутка, а что-то совсем другое, слишком уж затягивалось действо.
Андрей подошёл и потрогал своего напарника и непосредственного начальника за плечо.
- Эй, ты чего?
Тот не отвечал, и тогда Андрею стало по-настоящему страшно. В патруле он новичком не был, вполне мог «разрулить» любую нестандартную ситуацию, однако когда здоровый во всех смыслах мужик теряет сознание - тут даже самый хладнокровный начнёт проявлять признаки беспокойства, если не сказать больше.
- Семён Викторович! - Позвал Андрей, обошёл кресло с другой стороны, взял безжизненно висевшую ладонь, попытался нащупать пульс, однако у него ничего не вышло. То ли он щупал не там, то ли напарник скончался.
Эта последняя мысль встряхнула его, словно хороший удар электротока. Он почти уже увидел интернетовские заголовки «Смерть на орбите», «Последний патруль», "Смерть около "Звезды смерти". Отсутствием воображения Андрей никогда не страдал.
Следуя всем возможным инструкциям, первое, что необходимо было сделать - это сообщить о случившемся на Землю; так полагалось поступать во всех нестандартных ситуациях. Катер, конечно, спустят с орбиты, на его место запустят другой, а потом уже, в неуютных кабинетах контрразведки начнут выяснять, что произошло. Долго, подробно, с точностью до десятых долей секунды. Они это умеют.
Андрей ткнул кнопку связи.
- База, я пятнадцатый! - Сказал он. - В ответ не раздалось ни звука. - Земля, я пятнадцатый! - Повторил патрульный. - Вы уснули, что ли?!
Снова никто не ответил. Это было более чем странно, как правило, диспетчер обязан реагировать на первый же сигнал, тем более, на все последующие.
- Пятнадцатый! - Голос против воли дрогнул. Андрей чувствовал, что начинает происходить что-то совсем уже непонятное.
В динамике кто-то приглушённо вскрикнул, вроде бы выругался, опять всё замолчало.
И что теперь? Нужно бы вернуться на Землю и привести напарника в чувство, но пока не появится смена, сход с орбиты патрулирования строго запрещён. Смена только через шесть часов, точнее, пять с половиной, за это время Семён Викторович, если он пока жив, точно уже концы отдаст.
Механически, словно зомби, Андрей протопал к своему креслу, плюхнулся в него, поднял глаза на обзорный экран, намериваясь обдумать сложившуюся ситуацию, и замер в неудобной позе.
Он понял, что произошло с напарником. Понял со всевозможной ясностью. Он сам уже был близок к тому, чтобы потерять сознание, однако человеческая психика - довольно капризная и непредсказуемая барышня. Возникшее нервное напряжение нашло свой выход в нетривиальной форме. Андрей хихикнул. Сначала тихо и несмело, словно пробуя свои силы, потом погромче, наконец захохотал так, что на глазах выступили слёзы. Смеялся он долго и со вкусом.
То, что он видел, было невозможно, тем не менее, оно было, а когда видишь то, чего нет, как на это можно отреагировать?
В обзорный экран смотрели яркие звёзды. Желтоватые, крупные, словно на Рождественской открытке. Из-за Земли, которая Андрею всегда напоминала раздувшийся голубой воздушный шарик, тёмным ободком выступала поверхность естественного спутника. Больше ничего видно не было. Точно так же, как семьдесят лет назад, когда «Звезда смерти» была только в проектах, а Александр Викторович Горский метался по всей планете, проводя по десятку лекций в день и доказывая непонятливому человечеству обоснованность своей эмпирической модели развития.
Крейсер начали строить силами земного конгломерата, потом к нему присоединились другие планеты, экономика которых могла выдержать непомерные затраты. Что за умник придумал название крейсеру, Андрей не знал, но звучало оно внушительно, а что ещё нужно от названия?
«Звезда смерти» росла словно на дрожжах, каждый день её очертания резко изменялись. Появлялись новые балки, некрасиво, словно пинцеты из раны больного, в разные стороны высовывались несущие конструкции, которые обтягивались металлическими листами, опутывались проводами, множеством других коммуникаций.
И вот строительство подошло к концу. В глубине души Андрей сомневался в полезности своей работы, по размеру объём получившегося «монстра» сравнялся с таковым же Луны; крейсер вполне мог сам постоять за себя, зачем тогда многочисленные патрульные корабли, которые вились вокруг «Звезды» словно мухи вокруг кучи дерьма?
Задавая себе этот вопрос, Андрей тем не менее исправно выходил в патрулирование, долгими часами пялился на чудо современной техники, пытаясь понять, неужели правительству нечем занять несколько сотен людей, несущих охрану крейсера? Если на Земле не найти работы, так есть множество других планет, где военных контрактников постоянно не хватает.
И вот теперь произошло то, что в принципе произойти не могло: «Звезда смерти» пропала. Только что занимала весь обзорный экран, матово отблескивая многочисленными антеннами и передатчиками в лучах восходящего солнца, а теперь вокруг - Земля, кусочек Луны и редкие звёзды, а крейсер - исчез.

Осталась слабенькая надежда, что какие-то неведомые враги перебросили «Звезду» в гиперпространство. Хотя, для того, чтобы это сделать с телом такой массы, не хватило бы энергии, вырабатываемой всеми обитаемыми планетами за десяток лет, но…
Эта мысль пробилась в воспалённое сознание патрульного. Андрей перестал смеяться, подошёл к пульту. Сосредоточенно защёлкал кнопками компьютера. Аппаратуры для перемещения в гиперпространство у стандартного патрульного катера, само собой, отсутствовала, но сканеры стояли, причём не самой последней модели. Любое тело весом даже в несколько грамм при перемещении в соседнее пространство оставляло устойчивый след, хорошо видимый в течении нескольких часов, если не суток.
Здесь же следа не было. Ни малейшего.
И Андрей опять засмеялся.

2.ПОБЕГ.

Полина внутренне была готова к разного рода сюрпризам, но когда появился очередной звездолёт, она даже втянула голову в плечи от неожиданности: его размер оказался в добрый десяток раз больше, чем она ожидала. И струя огня пришла с совсем неожиданной стороны: откуда-то с кормовой рубки.
А вот это была уже самая очевидная ерунда. Интересно, производители компьютерных игрушек хоть раз в жизни, не по визору, видели настоящий звездолёт? А если видели, то должны были бы знать, что в том месте, откуда произошёл выстрел, находятся двигательные установки. В реале ничего сложнее стандартного лазера всунуть туда в принципе невозможно, иначе бы инженеры по технике безопасности либеральным конструкторам головы открутили - те бы и мяукнуть не успели.
Впрочем, теперь это было уже всё равно. Перед глазами вспыхнула красная пелена, долженствующая означать кровь, и на её фоне блеснули серебристые буквы. «КОНЕЦ ИГРЫ»
Полина раздражённо сорвала с головы шлем, поморгала, привыкая к свету, мельком бросила взгляд на мобильник. По закону подлости тот перестал сигналить как раз в тот момент, когда она уже была готова ответить на вызов. Интересно, кому это приспичило звонить ей в воскресение в десять часов утра? Из школы? Совсем обнаглели, уже и отдохнуть по-человечески нельзя. За учебный год всего одни каникулы - летние - а работать и учиться приходится ещё больше, чем во время обычного учебного года.
- Да пошли вы все! - Сказала Полина сама себе, выключая телефон, бросила взгляд на заставку игры. Даже на обычном двухмерном экране она выглядела очень даже ничего. Но все её плюсы этим и ограничивались. Остальное было ниже уровня плинтуса.
Девочка подошла к окну, раздвинула тяжёлые шторы. В комнату ворвался каскад солнечных лучей. Словно поднятые ими, в воздухе закружились мириады пылинок. Не простых, которыми опасно дышать и которые суть просто мелкая грязь, а других, которые почему-то поднимали настроение и не вызывали мыслей об внеочередной уборке.
Нет, что бы там ни было, а жизнь хороша. Особенно здесь, на побережье Средиземного моря, и сейчас, в самом начале каникул. Впереди целых три месяца вольной жизни. В десять лет многое выглядит радужно, не важно, обычный ты ребёнок или не совсем.
Полина даже не подозревала что идут последние минуты её спокойной жизни, а последующие несколько месяцев иначе как без содрогания она вспоминать не сможет.
…
И тут завибрировал мобильник. Девочка взглянула на номер. Незнакомый.
Ещё раз ответить, что ли? Теперь уже точно - в последний раз.
- Алло! Папа?
В кабинете отца было установлено множество генераторов помех от жучков; из-за этого, каждый раз, когда он звонил оттуда, был чётко слышан характерный фоновый шум, что и случилось в этот раз.
- Нет.
Голос оказался совершенно незнакомым. Идея стереть все номера оказалась совершенно идиотской. И номер отца тоже как-то попал под замес. Первое, что необходимо сделать, добравшись до дома - это закачать базу данных обратно. Себе дороже.
- А кто это?
- Неважно.
- Ещё как важно! - Взвилась Полина, которую возмутила наглость неожиданного собеседника. - Думаете, если вы мне не представитесь, я с вами разговаривать буду?
- Думаю, да. Я звоню по просьбе твоего папы. Слушай внимательно и запоминай, два раза я повторять не буду. Собери все необходимые вещи и выезжай в космопорт в Александрии. В ячейке с годом твоего рождения найдёшь билеты и адрес. Вылет через два-сорок шесть. Постарайся, чтобы о твоём отъезде никто не узнал. Особенно охрана. Всё.
- Подожди! - Завопила девочка, поняв, что неожиданный собеседник готов отключиться. - Что случилось?! Я никуда не поеду!!
- Твой папа совсем недавно имел неосторожность похвастаться твоим армейским воспитанием. Сказал, что ты сначала исполняешь приказы, а потом уже пытаешься их обжаловать. Не надо его и меня разочаровывать, договорились?
Он отключился.
Полина опустила руку и некоторое время смотрела на тоненький браслетик телефона, пытаясь осознать, что такое могло произойти.
Убегать из собственного дома? Слово «убегать» может показаться неуместным. Но как ещё назвать более чем спешный отъезд без ведома собственной охраны?
А для начала было бы неплохо узнать, что такое произошло, а потом уже моделировать дальнейшие действия. Наверное, что-то очень серьёзное, если отец сам позвонить не смог.
До дома она добралась бегом, а потом долго стояла в зоне, недоступной для видеокамер, чтобы отдышаться. Одно дело - это когда бегаешь для собственного удовольствия, тогда можно носиться с какой угодно скоростью хоть целый день - и ничего. А когда торопишься куда-нибудь по делу, уже несколько минут лёгкого бега вызывают одышку.
Она оказалась так напряжена, что напрочь забыла про силовое поле сразу за входом и некоторое время пыталась пройти через невидимую преграду.
- Открой!
Борис, не глядя, ибо эту процедуру ему доводилось проделывать не один десяток раз за день, ткнул большим пальцем в кнопку.
- Полина Германовна, - с ехидцей осведомился он. - Я вас научу когда-нибудь обращаться к взрослым на «Вы»?
- Кто тебя знает, - сказала она, проходя мимо. - Скорее нет, чем да. Педагог из тебя паршивый.
Напарник Бориса фыркнул.
Очутившись в своей комнате, Полина в первую очередь включила компьютер. Где ещё можно узнать новости, если не в Сети?
…
Теперь, пожалуй всё в порядке. Только вот дядю Борю было жалко. И даже очень. Единственный нормальный мужик во всей охране. Угораздило же его дежурить именно сегодня. Теперь ему уже не быть старшим смены. Это как минимум. Но, скорее всего, погонят его с работы без всякого выходного пособия. И характеристику такую напишут, что проще будет жить, если эту характеристику сразу же разорвать на мелкие клочки, спустить в унитаз и никому никогда ничего про неё не говорить.
Во время сборов план побега сложился сам собой. Он был настолько замысловат, что вполне мог провалиться, однако больше ничего путного в голову не приходило.
- Прямо! - Сказала Полина. - Стоп! Теперь вверх и налево! Стоп! Назад и левее, совсем чуть-чуть! Стоп!
…
Ей до сих пор не верилось, что только по совершенной случайности её грав совершил посадку между двумя патрульными гравами и на самом деле за ней никто не охотится.
- Эй, девочка!
Это был патрульный. Полина успела уйти совсем недалеко. Она обернулась, прикрываясь рукой от яркого солнца.
- Что? - голос совсем некстати дрогнул...