Новый день недели начался с прогона песни в студии. Затем, WILDchickenPROпокинули корпуса, и пошли «на пассивную практику» к Якову. Будто совершенно без опытным музыкантам, он начал рассказывать про закулисье и тому подобное. Естественно, его никто не слушал, и все просто делали умные лица.

В 10 ровно, после окончания концерта Якова, Эви позвонил Давид:

- Завтра вечером, состоится маленькое интервью для прессы, а затем – банкет. Но там у вас с Алисой особое задание: вы должны всячески проявлять симпатию к Изаму и Сатоши. Там везде будут папарацци, поэтому не забывайте целоваться, болтать о каком-то милом бреде и тому подобное. Короче, попытайтесь создать романтику. Кому я это объясняю и как!

- Глупо и совершенно не романтично. В данный момент мне. Вы прямо как Дориан!

- Ну, знаешь ли, если бы у тебя крутились такие деньги, могу поспорить, ты бы тоже послала к черту это чувство. Ну ладно, сообщи об этом Алисе. Братья уже знают. Свои приглашения вы можете забрать у Оливии. До скорой связи!

- До скорой… - вздохнула Эвелина.

- Что? Он что, издевается? – Алиса кинула в стенку подушку.

- Я тут ни при чем. Передаю его слова.

- Как он не понимает, что если эти двое добьются того, чего хотели до этого – нам будет мягко говоря некомфортно.

- Алиса, это же пиар! Еще не раз нам придется так прогибаться. Так что привыкай.

Всю ночь Алисе снились страшные сны, будто после этого банкета ее фото и фото Изаму повсюду, а сама девушка уже стала его законной женой и воспитывает уже второго ребенка. А вот где-то на стадии последнего ужаса, ее разбудил звук шуршащих пакетов.

Путь Алиса держала на так называемую кухню, откуда доносился этот звук. Темнота, тихий шорох, почавкивание и чья-то  задница, выглядывающая из-за дверцы:

- Знакомое лицо. – подумала Алиса и, тыкнув человека в бока, отошла.

- А нежнее можно?!  -из-за дверцы высунулось лицо Кенты

- Доброй ночи. Нет, нельзя. Пока остальные спят, ты тут хомячишь. Тоже хочу! – отодвинув гитариста, Алиса достала кусочек колбасы и его тут же не стало.

- Как тебе не стыдно! – Кента, взяв сыр, положил его на стол.

- Я по образованию журналист, то есть автоматически лишаюсь совести.

- Все с тобой ясно. – парень зажевал кусочек сыра.

Весь следующий день Оливия мучила бешеных цыплят, прогоняя вновь и вновь их номер на сцене. Задумка была достаточно скромной и понятной всем, однако это не освобождало группу от «чтобы все было идеально» или «всякого пожарного случая».

Наконец, все смогли вздохнуть спокойно, заходя в гримёрную, где их должны были «примарафетить». Все, кроме Алисы и Эви. У них сегодня было ответственное задание – сыграть влюбленных в братьев дурочек. Ни одна, ни другая, не представляли себе данный процесс с учетом того, что во-первых, они никаких чувств к братьям не испытывают, а во-вторых, они просто не умели играть дурочек.

Думая, что вовремя пресс-конференции придет хоть одна здравая мысль касательно события, девушки решили отложить все на потом, однако журналисты будто хотели помешать раздумьям и вопросы сыпались, будто из ведра.

- Алиса, скажите, слишком трудно вашей группе участвовать в этом проекте? – девушка в синем платье перелистнула страничку блокнота.

- Трудно? Вы издеваетесь? Тут мы спим по два часа в день, а в универе, пять лет подряд, мы и одного бывало, не спали. Так что это мелочь. – отмахнулась Алиса.

- По образованию вы – журналист. Почему не пошли работать по профессии? – раздался вопрос Аилсе через несколкьо минут.

- Если бы я была журналистом, вы бы лишились еще одного конвейера сенсаций.

Вскоре после окончания этого маленького ада, всех отпустили. Алиса ходила по залу и везде в толпе видела журналистов, которые все ещё фотографировали участников шоу, в надежде получить какой-либо скандальный материал. Девушка прекрасно знала, что сегодня они получат пищу, а ее группа – пиар.

Она оглянулась на Эви, которая, найдя Сатоши, уже выполнила свой долг и пыталась найти свободное место, чтобы посидеть и поговорить с ним. А вот предмет долга Алисы все не появлялся. Они перекинулись парой взглядов вовремя «допроса прессой», однако куда он пошел после этого действа, не знал даже Сатоши.

Барабанщица осмотрелась и увидела сидящего на диване и вешающего на уши журналистов лапшу Кенту. Язык на такие вещи для чужих ушей у него был натаскан, будь здоров. Возможно, это была очередная из тех историй, в которой у его согрупника порвалась струна на гитаре прямо вовремя прямого эфира, а он геройски исполнил обе партии и чуть не убил гитару. Ну что же, это его проблемы. Да и прессе будет, о чем написать. Затем, она заметила Дарси, Якова и Скарлет – ее дочь, как выяснилось только вчера. Яков уводил внимание журналистов на себя, оставляя Дарси и Скарлет время на то, чтобы побыть вместе. Наверное, это ужасно, когда у тебя оба родителя музыканты, а ты вот так, будто ляп на голову, рождаешься без слуха. Но ее мать утверждала, что девочка хорошая актриса… будет, в будущем. Сама же Алиса поставила себе четкую цель: ее муж не будет музыкантом. Она попыталась оценить такую семью здраво: отец - на гастролях, мать – на гастролях, дитя целыми днями либо с бабушкой общается, либо с нянькой (ибо бабушке тоже нужно хоть чуть-чуть побыть одной). Да и со своей мамой Алиса оставлять ребенка не хотела слишком часто, ведь была сторонником того, что сейчас мир изменился и порядки тоже, а это означало только то, что бабуля может научить совершенно ненужным вещам и без того маленькую головку.

Обычно, на будущее не загадывают или, как говорят «хочешь насмешить Бога – расскажи ему о своих планах», поэтому все эти мысли хранились у Алисы в голове, в ящичке «разобрать позже». На банкете особо делать было нечего, ведь все ее одногрупники были заняты своими делами, Изаму нигде не было, а с Кеиджи разговаривать совершенно не хотелось, ведь тогда бы пришлось брать свои слова назад, чего Алиса не любила.

После долгих блужданий по залу в надежде найти знакомое лицо, девушка остановилась в одном из углов и начала быстро набирать смс-ку Эви, на что вскоре последовал ответ:

- «То, что тебе скучно совершенно не означает, что у меня такое же состояние.»

- Какая ты добрая! – мысленно сказала Алиса.

- Скучаем? – Алиса подняла голову и увидела довольное лицо Изаму.

- О, красота моя, знаешь, сколько я тебя уже ищу? И это кто еще кого должен искать. – начала сразу же возмущаться барабанщица.

- Не кипишуй так, все хорошо. Просто мой криворукий братец имеет идиотскую привычку показывать свой порок. Вот и сейчас, гад, вылил на меня вино. Пришлось идти, оттираться. – он приблизился к лицу Алисы и поцеловал ее.

- Отпусти! – Алиса пыталась вырваться из его объятий, но это казалось невозможным.

- Нет, ты мне слишком нравишься, чтобы вот так просто отпустить. Я слишком долго ждал этого момента.

- Ну, все, ты напросился. – барабанщица приподняла свою прекрасную ножку и врезала по общей слабости сильного пола. Еще момент – и она убегает к Боучу, чтобы хотябы тот мог защитить ее от маньяка – самоучки.

Утро началось с пронзительного крика Дарси:

- Ребята, тут кому-то из вас цветочки привезли. – девушка подобрала букет и прочитала записку – Алиса, прости! – вокалистка спрятала ее назад, в упаковку – О, да ты гениальна. Признавайся, что вчера произошло?

- Бесконечное блуждание по залу, Изаму, поцелуй, удар в пах… Ничего путного. – сонно ответила Алиса и снова упала лицом в подушку, но Дарси подняла ее за волосы.

- А вот с этого места, пожалуйста, подробнее.

- Nocomments! – барабанщица освободила волосы из рук согрупницы и отвернулась на другой бок.