[342x500] Настроение сейчас - гдето там...может и здесь...

 Подари мне желтую розу пошлости. Томное "полуда-полунет", взгляд из-под бархатных ресниц, одну песню с твоего любимого диска, последнюю сигарету из пачки, предпоследнюю купюру из жизни. Расскажи мне психофизиологию фей.

  Его самолет делал третий круг над "Шереметьево". Я выпускала дым длинной коричневой сигареты в затянутое густыми тучами небо. Я гадала, суждено ли его ноге, обутой в батинок Берлутти, ступить на надежную землю. Впрочем, это конец для меня достойный - он и небо. Небо... ты обнимаешь меня. У него всегда были налаженные отношения с ангелами. Его зовут ....хотя это неважно,он Ангел...
 
 Он когда-то утопил меня в холодной водке с лимоном, добавив для крепости мое сердце. Я для него недостаточно крепкая. Он не любит тех, кто: любит, ноет, мерзнет и сидит на диете. Я для него - продукт сломанного конвейера. Как все.
 
 Он любит злых, холодных, тёмных, умных. Женщин, которые в любом кроссворде зашифрованы под словом "нонсенс". Где-то он их умудряется находить, и обманывать действительность. Делать наперекор. Как бунтарь-ребенок.
 
 Я - дитя зла и развращённости. Французское недоразумение. Тонкие манеры обольщения. Плотные чёрные колготки,  чёрное бельё, белые волосы.Очень бледное лицо.Боюсь однажды подойти к зеркалу и неувидеть себя в нём. Героиня вампирского календаря.

 -Ты, надеюсь, не думаешь, что у него единственная? Он и слова такого не знает.

Я пью кофе с корицей и капелькой Амаретто. У ангелов обычно такие ясные глаза.

-Не обольщайся, зло говорит мне он. Выучив одно движение, танец не разучишь. Это не надежда - так, просто набросок. Повторение одного и того же. Персеверация.

Хочешь чуда - ляг под новогоднюю елку.

 Женщины доверяли ему самое женское, что было у них. А еще - своих нерожденных детей. Его милой улыбке  можно было доверить, в принципе, и все остальное. Хотя, что может быть интимнее. Его всегда теплые руки согревают живот, пробуждают лунные инстинкты, он оставляет легкий запах жасминового чая, душистого мыла и сладких аромата мужских духов. Невозможно не сойти с ума.

 В детстве я верила в Ангела, который приносит неожиданные подарки, улыбается из капли утренней росы, дарит ласковые сны ночами. Повзрослев, я поняла, что Ангелы любят потихоньку стряхивать пепел в бальные туфли и тоже мечтают о своих - Ангельских ангелах. Самым большим моим желанием было видеть сияние звезд. Вместо этого ежегодно загорались огни на новогодней елке. Или усталые фонари на пустых улицах.

 Ему на меня плевать. Мне плевать на его отношение ко мне. Для меня важен теплый плед в его гостиной, коньяк из его рук. Я, как кошка, тянусь не к нему, а к его теплу. Мне страшно, что ему надоест и я останусь одна, один на один с самой собой. Меня пугает не то, что он меня разлюбит, а то, что снова придется вспоминать, кто я.

 -Что с тобой, спрашивает он, касаясь моей щеки. Ты какая-то потерянная.

 Точно. Я потерялась давно, еще когда родилась в этом городе, где вместо звезд - неоновые лампочки. А может, я слишком много хочу. Мне грустно от всего.

 Меня мутит от запахов кофе и корицы, душераздирающей музыки, черных чулок с кружевной резинкой, обволакивающих слов, нагретых полотенец, холодного шампанского, имен на букву "Х". От его мира душного опиума, непотраченных авансом поцелуев.

 Подари мне бархатную руку извращенного секса. Вдох-выдох, ожог от губ на нежной коже бедер, один штрих твоего аромата, одну секунду твоей жизни. Один звук нарисованного колокольчика. С Днем всех влюбленных, дорогой.

 Он подходит ко мне, касается рукой волос, его улыбка возвращает меня к реальности.

-Ты опять задумалась, маленькая потерявшаяся девочка? Я на машине. Поехали домой.

Я не знаю, где мой дом. Если там, где пахнет его телом, я пропала для всех. Если там, откуда я пришла... Ну, тогда меня вообще не было. Можно ли напитаться чувствами, вдыхая холодный февральский воздух. В нем путаются мысли. Говорят, дом там где сердце. Избитая фраза. Я не знаю, где мое сердце. Не знаю, есть ли оно. Это не менее избито.

Он наливает мне шампанское в бокал в виде сонного тюльпана. Нежные весенние цветы. Такие же яркие и нежные, как и он. Его любимые цветы. Цветы, которые не пахнут. Его запахов столько, что ни один другой не решается соревноваться с ним.

-Ты не рада меня видеть?, спрашивает он, видя мои слабые попытки сделать хотя бы глоток.

-Прости. Я наверное заболела.

-Правда? Теперь это так называется?

-Ну я же могу заболеть.

 -Да. Не думай, что я дура, пожалуйста. Тебе хочется картошки с селедкой на газетке и водки из стакана. Надоели свечи, фужеры, шторы...

-И корзиночки из пресного теста. Как ты их называешь?

-Тарталетки.

-Вот и они тоже. Ты права. Надоело.

-Это что, шок от хорошей жизни? В твоем бизнесе вскрытых вен так принято? Чего ты хочешь? Что тебе не хватает?

-Мне не хватает себя. Не хватает теплого радостного секса с ним. Возможно, это что-то вроде депрессии. Я даже знаю имя его  Солнышка, пряча сотовый в рукав домашнего кимоно. И мне гораздо приятнее общаться с той, что была до меня - замкнутой длинноволосой женщиной, приезжающей на блестящей машине. Потому что она тоже ненавидит со всех сил, что позволяет любовь.

Щелчок - маленький красный огонек загорелся на кнопке кофеварки. Обычная процедура - кофе, тосты, коктейль перед сном. Завтра он уедет на работу, потом будет ужинать с Солнышком. Придет домой, хмельной, перегруженный работой и чужими проблемами, за которыми не видит своих. Он устает, я знаю. Я существую, чтобы помогать ему. А не могу. Требую постоянной ласки и внимания. Он не для того вытащил меня с того света, чтобы я просила и требовала.

 -Зачем ты любишь его? Ты же должна понимать, что это невозможно и бесполезно. Ты же должна знать, что Ангел не может быть с одним человеком.

 Я знаю. И не спорю. И вообще, сомневаюсь, что люблю. Я нуждаюсь в нём, бесконечно нуждаюсь. Беконечно хочу ощущать себя в непрерывной бесконечной связке с ним. Невротик, в плену своих собственных чувств-ощущений. Есть такие очень счастливые пары, где торопятся домой, друг к другу, ждут прикосновения губ, легких касаний, где царит надежность и понимание. Есть уютные милые улыбчивые мужчины, которые ценят и берегут любовь. Мне достался Ангел, которого не понимает никто и который страдает от этого. Ангел хочет быть нужным и любимым, но не дорожит мной. Значит я этого не заслуживаю.

 -Я предлагала ему жить вместе, - говорит Солнышко, обнимая длинными пальцами с бордовыми ногтями ножку бокала. Она такая молодая, такая хорошенькая и такая...такая. Атласная бордовая блузка, черные блестящие волосы рассыпаны по плечам. Она протягивает мне пачку сигарет и щелкает зажигалкой. Все, что она делает, сексуально. Все наполнено жизненной, бешеной энергией. Все очень личное и очень-очень для меня. Я понимаю, почему так влечет к ней Ангела. И мне хочется сказать то, что недавно сказала мне та, что была до меня.

Надеюсь, ты не думаешь, что у нее единственная? Она и слова такого не знает.

Хотя, Солнышко не поймет. У нее менталитет девочки, которой дают все, что ни попросит. И теперь она может разговаривать со мной с высоты своей устойчивой башни из золотой кости. Я для нее никто. А с Ангелом я только потому, что она так хочет. И легко может отправить меня в прошлое, к той, которая на черной блестящей машине. А сам жить сытно и тепло рядом с любящей страстной Солнышко. Если бы я не верила так Ангелу. Хм... верить Ангелу. Как странно.

 Мы сидим рядом, дождь хлещет по стеклам машины. Мимо проносятся на бешеной скорости все, кто хочет побыстрее попасть домой из водяного плена. Только красные огни мелькают. Ангел пьет пиво из бутылки. Первый летний дождь. Губы поджаты, под глазами синяки. Я касаюсь его руки, хочу сказать, что все понимаю, что буду ждать его всегда, когда он только захочет прийти. Не потому что так боюсь за свою сущность и бытность. Просто люблю и жалею его. Он никогда не признается, что хочет жалости. Но я-то знаю и чувствую. Ангел поворачивает голову и пристально смотрит на меня.

-Ты не выспалась, давно меня ждешь?

-Всегда жду, хочу сказать ему. Я молчу.

 В его детстве было много запретов. Нельзя курить, нехорошо дратся, нельзя задерживаться в школе, нужно вовремя приходить домой, нельзя быть толстым нужно, учиться лучше всех, в доме всегда должен быть порядок. Он пытался донести до всех свою индивидуальность. В мире серых асфальтовых улиц единицы скрывают яркие глаза за черными очками, а большинство старательно подчеркивают свою серость и похожесть. Она не сломлена. Легче избавиться от некой зависимости, чем победить в себе комплексы детства. Он проводит большую часть жизни на работе. Ему странно ничего не делать, он так не умеет. И я все чаще задаю себе вопрос, зачем я ему.

-Ангел, - я боюсь нарушить его тишину. Его драйв, его замок в дождевой пелене, где он пьет пиво и молчит. В его машине нет ни одной лишней вещи. За исключением, может быть, меня. Мне нужно спросить, я должна знать. Может быть сегодня лучший случай для того, чтобы мне уйти. Просто уйти в дождь. Мне, правда, совсем некуда идти. В этом городе, кроме Ангела есть только двое людей, которых я могу о чем-то попросить - но не о них  сейчас.

 -Ангел! Я повышаю голос, он вздрагивает, смотрит на меня невидящими глазами, потом накидывает на плечи сползший черный шарф и тянется за пачкой ментоловых сигарет.

-Извини, я кажется задумался. Что случилось, потерявшаяся девочка?

-Ангел, я очень тебя прошу, скажи мне! - я нечаянно прикусываю губу, и на миг, дыхание перехватывает.Ангел, скажи, я очень сильно мешаю тебе? Ангел, зачем я тебе? Зачем все это? Я - деталь твоей жизни. Вещь. От многих вещей можно оказаться. Зачем все так усложнять?

 Он смотрит на меня, слушает, его пальцы рассеянно стряхивают тающий пепел с кончика сигареты. Я понимаю, что сейчас, своими руками разбиваю что-то очень нужное и дорогое для меня, то, во что я так безоглядно верю. То, за что могу схватиться. Ангел уничтожает окурок и касается рукой моих губ. Его пальцы хранят запах его духов и табака. Я дрожу. Мне неудержимо хочется выбежать прочь и нестись, не разбирая пути, до изнеможения, до полного упадка сил. Я не в состоянии справиться со всем, что сейчас переживаю. Я устала быть вещью, импульсом, органом - всем тем, что определяет психофизиологию. Ангел обнимает меня и кажется впервые за много месяцев, проведенных рядом с ним, я плачу.

 Машина - как послушный преданный зверь, несется по лужам, поднимая волны смешанной с пылью дождевой воды. Дорога до дома Ангела займет всего несколько минут.

 Он показывает всем  своим видом...ОН ЛЮБИТ МЕНЯ...