Начало здесь  http://blogs.mk.ru/users/a-cardinal_kau/post101332401/

http://blogs.mk.ru/users/a-cardinal_kau/post101333027/ и http://blogs.mk.ru/users/a-cardinal_kau/post101333294/

  

Никогда в своей личной жизни я не принимала радикальных решений, все как-то происходило само собой. Мне ни разу не приходилось выбирать, мужчины всегда сами выбирали меня, и это очень упрощало начало любых отношений. Я отдавалась каждому, даже самому короткому роману до конца, жила им, дышала им, но то, что происходило сейчас, меня бесконечно мучило.

Я сидела в своем офисе и пыталась работать. Нельзя было останавливаться на одном клиенте, и я листала Интернет в поисках новых интересных заказов.

- Привет!

Подняв глаза, я увидела перед собой Хэлли.

- Привет дорогая. Как ты? – я вернулась к монитору, заинтересованно перечитывая требования одной из издательских компаний.

- Я видела его вчера.

- Кого? – не вникая в то, что говорит моя подруга, спросила я.

- Я видела твоего нового друга вчера вечером. Высокий парень в безразмерной футболке и огромных джинсах.

Я замерла, услышав точное описание Тома. Переведя взгляд на Хэлли, я быстро стала перебирать в голове оправдания:

- Ты следила за мной? Боже Хэл, как это гадко… - я прикрыла лицо ладонями и вздохнула.

- Это вышло не специально, я просто долго сидела в машине у твоего дома, размышляла о нашем разговоре и не успела отъехать, как вдруг увидела, как он заходит в твой дом, - Хэлли взяла стул и присела рядом со мной.

- И что ты хочешь от меня сейчас услышать? Монолог раскаяния? Или хочешь понаблюдать мою истерику?

- Зачем ты так... После вчерашнего твоего откровения, я много думала о Давиде и о тебе и пришла к выводу, что может вам действительно какое то время не видеться, просто попытаться разобраться в себе по одиночке. Тогда все было бы ясно. Но после того как я увидела этого парня я начала сомневаться в том, что ты вернешься к Давиду и…

- Послушай, - остановила я ее рассуждения, - Мне и так сейчас не просто, я не готова сейчас обсуждать с тобой свою личную жизнь. Ты видела? Отлично! Сделала свои выводы? Еще лучше! Но прошу, не мучай меня нотациями хотя бы на работе. Я не маленькая девочка и сама разберусь со своей жизнью, ну, или хотя бы попробую разобраться.

Хэлли встала:

- С одной стороны я тебя понимаю, но с другой, мне кажется, ты совершаешь огромную глупость.

- Это моя глупость, Хэл, и мне решать бросаться в нее с головой или отвернуться и сделать вид, будто ничего не происходит.

На этих словах моя подруга оставила меня одну. Вскочив со стула, я подбежала к двери и заперла ее на ключ, что бы меня ни кто не смел больше беспокоить.

«Зачем она это делает? Зачем тычет меня в каждую ошибку как котенка в пролитое молоко? Я так больше не могу…», - схватив телефон, я набрала номер Давида, - «Все, скажу ему сейчас что между нами все кончено, и пусть этот кошмар прекратиться! Может быть я не буду с Томом, но и не буду с Дави! Больше никто не посмеет меня учить, как жить дальше и каких выбирать мужчин!».

- Киска?

- Ооо… Милый… - мои слова растянулись и как расплавленная резина прилипли к языку.

- Я уже в аэропорту, через полчаса вылет. Что-то случилось?

Я молчала, не могла промолвить ни слова, услышав его нежный, полный заботы голос.

«Не могу! Не могу!», - стучало в голове.

- Нет, все хорошо, - еле-еле выговорила я и даже зажмурилась, - Просто хотела пожелать тебе приятного полета.

- Как мило, - Дави заговорил тише, - Я скучаю мой пушистый котенок и очень люблю тебя. До встречи!

- Да… - упавшим голосом пролепетала я, - До встречи…

«Трусиха!»

Я прислонилась спиной к стене и медленно сползла на пол. Внутри меня происходили странные вещи, я безумно хотела вновь оказаться в объятиях Тома, но услышав голос Дави мне захотелось увидеть и его. Сердце рвалось на две части,  разливаясь болью по всему телу.

Еще минуту я сидела на полу, бездумно таращась в окно своего кабинета, пока одна мысль не озарила мой затуманенный разум:

«Будь что будет! Встречу Давида, обниму и сразу пойму, что мне делать дальше», - как только я приняла, пусть очень расплывчатое, но решение, мне стало легче, и я с чистой совестью вернулась к работе.

Вечером я сидела дома за накрытым к ужину столом, ждала Давида и думала о Томе. Утром он уехал расстроенный и задумчивый, за целый день от него не было ни одного звонка, я понимала, что послужило этому причиной. Он не хотел делить меня ни с кем, а то что он узнал сегодня обо мне, не давало ему покоя, видимо он очень страдал от мысли, что прошлыми обстоятельствами я связана с другим мужчиной.

«Я испорчу ему жизнь своей не решительностью», - думала я, - «Но я не могу расстаться с Давидом безо всяких объяснений. И потом, меня очень многое связывает с Дави, целых два года жизни! Может по сравнению с мировой революцией это капля в море времени, но для меня это очень большой срок. Мы многое пережили вместе, пусть даже я не знаю и половины правды о его жизни.

Том! Томас! Я не могу понять своих чувств к нему. Меня тянет не преодолимо к этому парню, все мысли только о нем с первого момента нашей встречи. Это похоже на сумасшествие и в тоже время я чувствую, что мне действительно хорошо с ним. Я впервые в жизни ощутила себя нужной не только на словах. Господи! Неужели я люблю его?!»

- Ева?

Я повернула голову в сторону двери и увидела Давида. Он  удивленно смотрел на меня:

- Что-то случилось?

Я вскочила со стула, подбежала к нему и обняла:

- Нет, милый, все хорошо.

- Я безумно скучал, - прошептал он мне на ушко, а я закусила губу и молчала, стараясь не расплакаться.

И тут началась самая страшная пытка - он поцеловал меня. Коснулся моих губ сначала осторожно, потом все сильнее и настойчивее проникая языком в мой приоткрытый рот. А у меня покатились слезы из глаз, почему-то в эту секунду я четко поняла, что предаю Тома, добровольно предаю его любовь. Давид, заметив, что я плачу, отпрянул немного:

- Что происходит с тобой детка? Что-то на работе?

- Нет, все хорошо, просто… Просто я очень скучала… - прошептала я, уткнувшись в его плечо.

«Сейчас, сейчас я соберусь, и все будет нормально», - тешила я себя мысленно глупыми надеждами.

- Ты есть хочешь? – всхлипывая, спросила я.

- Нет, мы перекусили в студии, - Дави прикоснулся губами к моей щеке, - Я тебя хочу, просто не могу уже сдерживаться. Боже я безумно тебя хочу, моя кошечка.

Он поднял меня на руки и отнес в спальню.

В моей душе не происходило ничего, совсем ничего, как будто она находилась под наркозом.

Все ласки Дави от которых раньше я теряла голову сейчас наносили мне глубокие раны на сердце и с каждым его поцелуем я чувствовала себя еще более несчастной и жалкой.

Закрывая глаза, я видела лицо Тома, его улыбку, такую невинную, но в тоже время дерзкую, его курносый нос, родинку на щеке, которую мне нравилось целовать и его глаза, изумрудно – шоколадные, теплые, родные глаза.

«Малыш, прости меня…», - пронеслось у меня в голове, когда мой мир начал погружаться в темноту от медленно разрастающейся боли внизу живота...

Я вернулась в реальность, только когда Дави просто обнимал меня, гладил по волосам и что-то говорил:

- Ева, ты слышишь?

- Да, - как будто, только что проснувшись, прошептала я.

- Что с твоей ногой? Откуда бинты?

- А, это… - я безразлично уткнулась носом в подушку, - Да я споткнулась на лестнице несколько дней назад.

Давид заволновался:

- Почему ты не рассказала мне, когда звонила?

- А что бы ты сделал?

Он на минуту задумался, а потом протяжно произнес:

- Ну, я бы прилетел, отвез тебя к врачу…

«Мы похожи на супругов, которым уже ничего не интересно знать друг о друге, для которых отношения это не удовольствие, а работа. Как люди скатываются до такой скуки? Мы сами виноваты, что превратили то прекрасное чувство называемое всеми любовью в нудный быт, но воскресить то, что было в начале уже не возможно. Выход только один не мучить друг друга и закончить давно умершие отношения».

- Ты обещал рассказать, как прошел ваш тур, - сказала я вслух, не обращая внимания на упреки Дави в адрес моей скрытности.

Он притих и немного подумав, ответил как всегда не четко:

- Все прошло отлично. Концерт был обалденным, зал мы собрали, денег заработали, удовольствие получили. Так что все хорошо киска, не переживай.

«А чего ты ждала? Откровений о его неприятностях? Рассказа об афтопати и поклонницах?».

- Дави, - я повернулась к нему и посмотрела в его голубые глаза, - Я хочу, что бы ты рассказал о своей поездке подробно, так как ты бы рассказывал своей жене.

- Но ты не хочешь ею становиться, - он сел на кровати, - И я не понимаю, почему.

- Именно потому, что ты все скрываешь от меня. Это замкнутый круг, понимаешь. Я каждый раз жду, что ты откроешься мне, что вот сейчас ты расскажешь мне о том как ты с ребятами пил пиво после концерта, как какая-нибудь сумасшедшая фанатка рыдала от счастья когда ты оставлял свой автограф на ее майке. Как вы сидели в аэропорту, ожидая своего рейса и психовали, срываясь друг на друге, или как однажды на одной из пати тебя соблазняла какая-нибудь смазливая девица из высшего общества. Все мелочи, которые происходят с тобой каждый день и которые для тебя стали привычными, для меня безумно важны. В них твоя жизнь, а значит и моя тоже. Неужели ты не понимаешь этого?

Давид минуту задумчиво разглядывал мое лицо, как будто принимал самое важное решение в своей жизни. Мне казалось, что вот сейчас он почувствует как я страдаю и, если он меня действительно любит, то поймет как мне тяжело, и хотя бы постарается изменить своему принципу — Не посвящать меня в свою шоубизовскую жизнь.

- Ты знаешь, наверное, я и жене не стал бы рассказывать все, что происходит у нас в группе во время туров, - он обнял меня и поцеловал в лоб как будто ничего особенного не произошло и для него все осталось по прежнему.

- Прекрати! – вырвавшись из его объятий, я вскочила с кровати, - Я так больше не могу! Почему ты прячешь меня от своих ребят из группы, прячешь от всего мира?! Мы так долго вместе, а я чувствую себя только девочкой для приятного время препровождения звезды шоубиза! Я не хочу так! Хочу быть полноценной и важной  частью всей твоей жизни!

Давид с вытаращенными глазами наблюдал за моим психозом и мочал, а меня несло все дальше и дальше, как будто во мне проснулся спящий до сих пор вулкан.

- Детка, ты и так моя жизнь, я просто хочу защитить тебя. Ты не представляешь, что такое шоу бизнес, я просто боюсь, что ты не выдержишь этой постоянной игры.

- Я сильная, Дави, поверь, - запыхавшись от эмоций, я присела на край кровати и замолчала.

- Ты знаешь мое мнение, киска и мы уже не раз обсуждали это. Раньше ты соглашалась со мной. Что произошло теперь? Что изменилось за эти несколько дней пока меня не было рядом? – Давид взял меня за руку.

- Все изменилось… - прошептала я, - «Он не чувствует меня, не понимает моих мучений, не хочет меняться ради наших отношений. Это не любовь, а всего лишь ее видимость», - Прости, но тебе лучше сейчас уйти, - решительно произнесла я и взглянула на Давида стеклянными от слез глазами.

Его удивлению не было предела, впервые наша ссора достигла апогея, и я не пошла на попятную, только от одного его ласкового слова.

- Ты сейчас совершаешь большую глупость, - вдруг серьезно произнес он, - Ты понимаешь, что после таких слов я врядли смогу вернуться к тебе? Ты сейчас одним движением перечеркиваешь все что между нами было. Неуже ли все так плохо, или ты просто нашла мне замену пока я был в туре?

- «Нашла, но не замену, а другую жизнь и другие чувства. Если бы ты знал, что такое любовь, то сейчас этой сцены не было бы, и не пришлось бы переживать эту боль, и не нужно было бы бояться потери отношений. Но все гораздо сложнее, чем мы думали.» - думала я в этот момент, но в слух ничего не сказала, а лишь не сводила глаз с Давида, давая ему решать самому  судьбу наших отношений.

 Он, так и не дождавшись моего ответа,  встал, молча оделся и вышел из спальни, а я осталась сидеть на кровати, уставившись в одну точку и, только чувствовала, как мое сердце начало просыпаться и расправлять крылья от необыкновенной легкости. Как будто с меня свалилось тысяча килограмм проблем и даже моя темная спальня показалась мне сейчас райским уголком.

Громко хлопнула входная дверь, а я как по команде кинулась к своему сотовому и набрала номер Тома. Через короткую вереницу гудков я услышала его голос:

- Ева?

- Я люблю тебя… - прошептала я и почувствовала, как моя душа расцвела, - Люблю тебя, малыш…

Тишина наступила в трубке, я только слышала частое дыхание Тома и потом два слова:

- Я приеду…

- Нет! – поспешила я остановить его, - Нет, я приеду сама, прямо сейчас.

- Жду тебя моя смелая девочка...

Раньше я не понимала выражения «Полет души», а сейчас я ощущала его всем своим существом. И мне было не важно, что скажет моя подруга, как расценит это Давид, я была счастлива в этот момент, я действительно любила, по настоящему, без притворства.

Ни когда в своей жизни я не собиралась со скоростью света, но сейчас я даже не заметила, как оказалась за рулем своего автомобиля. Только выезжая на уже знакомую улицу, я вспомнила, что не знаю номера дома Тома, и я снова схватилась за телефон:

- Ты меня потеряла? – услышала я его смех в трубке.

- Да, - грустно сказала я.

- Остановись и оглянись, малышка…

Я притормозила у обочины, обернулась и увидела Тома, стоящего на дороге, не далеко от меня. Выскочив из машины, я кинулась к нему:

- Я люблю тебя! – крикнула я на всю улицу, разрываемая чувством, оказывается совершенно не знакомым мне до сих пор, - Люблю тебя мой сладкий мальчик…

Том крепко обнимал меня и, прикрыв глаза, целовал мое лицо.

Знаете, как бывает в кино, во время самого долгожданного поцелуя главных героев всегда звучит красивая музыка, а когда мы целуемся в реальной жизни, то не слышим вокруг ни звука и иногда это разочаровывает. Но сейчас я поняла, что музыка действительно есть, она исходит от сердца, разливается по всему телу, струиться сквозь тебя, озаряя все вокруг небесным светом, заставляя снова поверить в чудо.

- Ты замерзла? Дождь начинается, - произнес Том, чувствуя, как я дрожу в его объятиях, - Пойдем, - и он потянул меня в дом.

Можно до бесконечности описывать его поцелуи, всегда разные, мягкие и нежные в начале они разгораются страстью как огонь в камине. От кончиков пальцев и до глубины души меня наполняет волшебное чувство блаженства. Том любит пытать поцелуями, он знает, как они сладки и желанны, и что мне хочется все чаще ощущать их на своем теле. Он проводит языком по моим губам, а я ловлю его дразнящие касания, пытаясь удержать его влажные горячие ласки.

 Разве можно сравнить с чем-нибудь его руки, сильные и бесконечно нежные. Как он проводит только кончиками пальцев по моему животу, и я чувствую, как моя кожа вспыхивает, запоминая каждое его касание сладкими ожогами. Его ладони скользят по внутренней стороне моих бедер, рисуя замысловатые узоры, заставляя меня стонать от наслаждения, вздрагивать от прилива страсти. Не существует таких слов, что бы описать его глаза, горящие любовью и нежностью, излучающие столько силы и спокойствия, тепла и света, озаряющие душу, затягивающие в свой изумрудно – шоколадный омут. Каждое мгновение рядом с Томом длится вечность, я стараюсь запомнить каждый его вздох, слово, взгляд, касание пальцев, поцелуй. Запомнить и спрятать глубоко внутри, что бы ни кто не посмел испачкать эти неземные чувства своим липким, завистливым словом.

Я обожаю ласкать его шею, меня не преодолимо тянет коснуться ее губами. Легко выдыхая прохладный воздух, повести языком от уха и до впадинки около ключицы, остановившись только у треугольника родинок, подарив им самый нежный поцелуй. Том стонет от моих ласк, этот звук сводит меня сума, такой приглушенный, немного хриплый стон срывается изредка с его пухлых губ, как будто он боится показать свою слабость, но не может сдержаться. Он откровение для меня, как будто пропуск в его сердце совсем близко к его душе. Я кладу руки Тому на плечи и прижимаю его спиной к простыням, смотрю на него сверху и любуюсь шедевром мироздания. Наклоняюсь и шепчу ему:

- Люблю тебя малыш… - спускаясь поцелуями по его шее, груди, ниже, к животу, чувствуя, как он вздрагивает, наблюдая, как от наслаждения он запрокидывает голову назад и как вздымается его грудь, наполняемая блаженством.

Меня разрывает чувство обладать им до конца, почувствовать его каждой клеточкой своего тела, доставить ему удовольствие не сравнимое ни с одним из известных ему. Осторожно, слегка касаюсь губами его возбужденной плоти и чувствую, как Том начинает дрожать, его стон озаряет комнату и заставляет меня все глубже погружать его в свои ласки. Медленно, нежно, иногда прерываясь, что бы взглянуть на сладкие муки Тома я ввожу его своими движениями в нирвану. Еще немного и я бы ощутила его вкус, единственный желанный мной, но Том остановил меня, положив руки на мои плечи, он развернул меня  и оказался сверху:

- Ева… Моя девочка…

Его слова теряли смысл, улетучивались в открытые окна спальни, а я чувствовала только одно сейчас, сладкую боль внизу живота и долгожданную дрожь от его вторжения. Каждый раз как первый, все время разные чувства накрывают меня. Миллионами оттенков вспыхивает вокруг нас воздух, и желание впустить Тома еще глубже охватывает меня с каждым его движением. Том пытается что-то говорить, ловит мои стоны, награждая легкими поцелуями за эти короткие обрывки времени, которые кажутся нам вечностью. Я не отрываюсь ни на секунду от его глаз, пытаясь не захлебнуться от наслаждения, я сгораю как свеча, плавлюсь под Томом, растекаясь слезами воска, и ощущаю приближение знакомого чувства бесконечного, чистого счастья. Оно разливается по моему телу, не обходя стороной ни одного уголка, приближаясь к животу, разжигая внутри пламя не подвластное моему разуму. Не возможно остановить этот огонь, рвущийся наружу и, неизбежно, мы оба взрываемся, отпуская миллион искр страсти на свободу.

- Том!!!

Он прижимает меня к себе, пытаясь удержать чувство полета наших душ, блаженную эйфорию, которой не существует описания, и только тихий, еле уловимый шепот доносится до моего уха:

- Люблю тебя… Теперь я могу говорить это бесконечно…

Продолжение следует...