14 (26 – по новому стилю) мая 1896 - день священнаго миропомазания и венчания на царство Благочествейшаго Государя Императора Николая Александровича и Императрицы Александры Феодоровны.

[показать]

Сегодня (за день) решил выложить небольшое обозрение по поводу очередной годовщины коронования Николая II, состоявшейся в 1896 году. За основу взял «работу» уважаемого szhaman из ЖЖ http://szhaman.livejournal.com/108269.html (кстати, это очень интересный дневник).

Ну и я все это дело еще перечитал и дополнил – «работа» ведь старая – за это время в сети уже появилось много нового интересного материала. Объем с дополнениями увеличился процентов на 50%. Думаю, будет интересно.
Сразу предупреждаю, что, возможно, в работе есть ошибки. Я не профессионал-историк, пользуюсь тем, что лежит в сети, и могу ошибаться.

[показать]



В мае 1896 года жители и гости Москвы могли быть свидетелями праздничных мероприятий в честь коронования Николая II. Хотя столицей Империи в то время был Санкт-Петербург, коронование по традиции происходило в Москве.
О том, что предшествовало коронованию, я взял здесь
http://www.vokrugsveta.ru/vs/article/1174/

Прибытие Их Императорских Величеств

Ряд исторических торжеств, к которым уже задолго приготовилась Москва, открылся 6 мая прибытием Царя и Царицы под стены Белокаменной. И Москва, первопрестольная древняя столица, разукрасилась флагами, гирляндами, цветами, вензелями, драпировками. Всюду толпы народа, желающие лицезреть своего Царя... К сожалению, холодная дождливая погода сильно портила прелесть картины.
Царский павильон у Смоленского вокзала, где происходила встреча, был нарочно для этой цели сооружен по проекту архитектора Л.Н.Кекушева — с правой стороны, у соединительной железнодорожной линии с Николаевским вокзалом.
В павильон собралась Государева свита, командиры частей коронационного отряда и высшие сановники.
Императорский поезд, по соединительной линии Николаевской железной дороги тихо подвигавшийся к платформе, подошел ровно в 5.30.
Музыка заиграла «встречу».
Царь с Царицей вышли на платформу.
Государь был в форме Екатеринославского Его Величества Императора Александра III полка, поздоровался с караулом и принял рапорт о состоянии войск от Августейшего начальника их Великого Князя Владимира Александровича и обратился к почетному караулу с приветствием:
— Здорово, уланы!
Ответное «ура» караула было подхвачено музыкой, игравшей «Боже, Царя храни».
Выйдя из павильона, Их Величества сели в карету, на запятках которой стал камер-казак.
Сопровождаемый единодушными кликами «ура» многотысячной толпы Императорский экипаж подъехал к воротам Петровского дворца.
В воротах Их Величества милостиво поклонились стоявшему по сторонам народу и въехали при звуках музыки во двор...

Серенада у Петровского дворца

8 мая вечером пред Петровским дворцом состоялась серенада, в которой приняли участие более 1000 человек. Когда стемнело, т.е. около десяти часов, участвующие начали готовиться. Лампионы засветились, и вся толпа двинулась во двор по порядку, представляя движущееся море огоньков. Впереди шли хоры Императорских московских театров. Потом следовали по порядку: фармацевтическое общество, дамы-участницы которого были все в белых платьях, русское хоровое общество, общество Liedertafel, хор филармонического общества и Mannergesangverein.
Во дворе перед фасадом дворца были поставлены три эстрады. Как только Высокие слушатели показались на балконе дворца, дирижеры взмахнули палочками — и раздались стройные звуки застольной песни из «Русалки» Даргомыжского: «Здравствуй, князь молодой, со княгиней молодой».
Чудно прозвучала меланхолическая «Ночь» Гуно, за которою спели лядовскую «Возле речки, возле моста». Но вот, наконец, зазвучали торжественные звуки национального русского гимна. Все головы обнажились, и «Боже, Царя храни» раздалось из тысячи грудей в присутствии Самого Царя и Царицы.
После этого распорядители хоров удостоились быть принятыми Государем Императором, причем Ея Величество Государыня Императрица Александра Федоровна изволила раздать им золотые жетоны. На одной стороне жетона изображена Императорская корона, с надписью вверху «Петровский дворец» и внизу — «8-го мая 1896 г.», на другой стороне лира и имя того, кому жетон будет выдан.

Торжественный въезд Их Величеств в Москву

9 мая состоялся торжественный въезд Их Императорских Величеств в первопрестольную Москву. В 12 часов с Тайницкой башни раздались девять пушечных выстрелов, а затем начался благовест по всей Москве, открытый звоном Ивана Великого. Войска выстроились шпалерами вдоль всего пути въезда. Великий Князь Владимир Александрович, следуя с многочисленной свитой к Петровскому дворцу, здоровался с войсками.
У Петровского дворца собрались все участники торжественного кортежа и только ждали нового сигнала, чтобы открыть шествие.
Государь вышел из дворца и сел на белого коня. Министр Императорского Двора граф Воронцов-Дашков подъехал к Государю и доложил, что все готово.
Путь Высочайшего въезда на всем его громадном протяжении от Триумфальных ворот до Спасских в Кремле представлял собою одну бесконечную, сплошную и чрезвычайно эффектную картину. Все дома по обе стороны пути пестрели коврами, изящными драпировками, разноцветными флагами, транспарантами, вензелями Их Величеств из свежей зелени и другими самыми разнообразными украшениями; некоторые дома положительно скрывались за декорациями. Через каждые 20 сажен высились громадные мачты, на высоте которых развевались громадные флаги, знамена и хоругви; на каждой мачте, на некотором возвышении от земли, было прикреплено по четыре флага на древках, в центре скрещения которых красовались гербы Москвы, а также всех губерний и областей, входящих в состав Российской Империи.
В 2 часа 30 минут шествие тронулось. Кортеж открывал полицеймейстер 1 отделения города Москвы, полковник барон Будберг, в сопровождении 12 конных жандармов, за ними следовал собственный Его Величества конвой, терские и кубанские казаки в высоких папахах и великолепных серебряных кармазиновых черкесках, щеголяя оружием, шашками и кинжалами, блестевшими золотом и серебром, держа винтовки в руках наклоненными вперед (на руку). За ними двигалось конное каре сотни донцов и казачьего Его Величества полка, с красными пиками в руках. За ними ехали верхом на конях, по два в ряд, депутаты азиатских подвластных России народов, образуя чрезвычайно живописную группу, пестревшую разноцветными халатами. Особенно же выделялись все эти всадники богатством чепраков и убранством коней. Кортеж замыкали эмир Бухарский и хан Хивинский в роскошных парчовых халатах.
За этими почетными лицами ехали русские представители родовитого дворянства и во главе их московский уездный предводитель князь Голицын...
В шествии показываются золоченые экипажи. В открытом золотом фаэтоне, запряженном шестью белыми лошадьми в золотой упряжи, следовал верховный церемониймейстер князь Долгорукий с высоким золотым жезлом, на верхушке которого блестел громадный изумруд. За ним ехали верхом на гнедых лошадях, по два в ряд камер-юнкеры и камергеры.
За этою блещущей золотым шитьем кавалькадой и рядом золотых экипажей с придворными чинами двигался лес пик с цветными флюгерами — эскадрон кавалергардов Ея Величества Императрицы Марии Федоровны, в белых мундирах, блестя золоченою медью своих кирас и серебром орлов на медных касках, и эскадрон улан Ея Величества Императрицы Александры Федоровны в мундирах с красною грудью, в киверах с белыми султанами.
Государь Император ехал верхом на своем статном белом коне, в мундире лейб-гвардии Семеновского полка.
Общий состав царского кортежа представлял редкое соединение пышности, величия и порядка. Свита Государя производила поразительный эффект своею многочисленностью и своим блеском. В ней участвовали Великие Князья, владетельные князья Черногории и Болгарии, множество иностранных принцев, представитель Франции генерал Буадефр, громадное число государственных сановников, военных, гражданских и придворных чинов, дворянства, в мундирах, верхами на лошадях. В великолепных придворных экипажах, украшенных бархатом, драгоценными камнями, золотым шитьем и такими же орлами и запряженных превосходными статными лошадьми в богатой упряжи, следовали Великие Княгини и Великие Княжны, сопровождая Их Величеств Государынь Императриц.
Государыня Императрица Мария Федоровна ехала в золотой карете под короной; большие окна делают ее как бы сквозною, придают ей легкость. Карета Государыни Императрицы Александры Федоровны куплена для императрицы Екатерины II у знаменитого тогда в Лондоне каретного мастера Вукиндаля. Она чрезвычайно изящна.
Блестящая цепь золотых карет плавно двигалась перед глазами зрителей, поражая великолепием и художественностью деталей...
По вступлении Их Величеств в Успенский собор повсеместно в столичных церквях совершены благодарственные молебствия со звоном.
На паперти Успенского собора Их Величеств встретил Святейший Синод с митрополитом Палладием и с соборным духовенством с крестом и святою водой. Приняв благословение от первенствующего члена Св. Синода митрополита С.- Петербургского Палладия, Их Императорские Величества вошли в собор. Грянул первый выстрел салюта с Тайницкой башни и, один за другим, прогремели несколько раз, пока Их Величества в соборе прикладывались к святым иконам и мощам святителей московских, а затем они направились в Архангельский собор. Приложившись к святым иконам и мощам и поклонившись гробам предков, Их Императорские Величества и Высочества прошли в Благовещенский собор.
Отсюда Государь Император и Государыня Императрица с Августейшими Особами, предшествуемые хором придворных певчих и протопресвитером, направились по помосту к Красному крыльцу. На нижней площадке его Их Величеств встретил верховный маршал граф Пален и заведующий дворцами в Москве генерал-адъютант Столыпин.

Перенесение регалий. Объявление о дне коронования

В тот же день вечером Их Императорские Величества изволили переехать из Кремля в Александрийский дворец (в Нескучном). 11 мая происходил Высочайший прием иностранных послов, а 12 мая, в присутствии Их Императорских Величеств, совершено было в Тронном зале Оружейной палаты освящение нового Государственного знамени. 13 числа состоялось торжественное перенесение Императорских регалий из Оружейной палаты в Тронный зал Большого Кремлевского дворца. Того же дня в 4 часа вечера Их Императорские Величества изволили переехать из Александрийского дворца в Кремль и слушать всенощную у Спаса за золотой решеткой. В этот же день Их Императорские Величества изволили говеть накануне священного коронования.

Три дня (11,12 и13 мая) герольды в блестящих средневековых костюмах объявляли народу на улицах Москвы о предстоящем событии.

[показать]
Герольды, возвещающие о короновании, на улицах Москвы

[показать]
Шествие герольдов перед коронованием Николая II и Александры Федоровны.

Утром 14 мая московские улицы представляли необычайный вид. Все лавки заперты, нигде не видно ни экипажей, ни пешеходов. Вся жизнь как бы отхлынула от города и вся сосредоточилась у Кремля. Сотни тысяч людей занимали кремлевские площади и стояли вокруг стен Кремля. Это было сплошное море голов.

«Площадь между соборами ярко облита светом майского солнца, пестреет красным сукном помостов, золотом мундиров, роскошным разнообразием одежд. Начиная от Благовещенского собора и кончая церковью Двенадцати апостолов, площадь охватывает полукружием широкий амфитеатр трибун с местами для зрителей. Между Красным крыльцом и Благовещенским собором также устроена трибуна. Невысокие перила окаймляют красный от сукна путь торжественного шествия. Между перилами, в свободном пространстве, море голов народа занимает всю правую сторону площади кремлёвских соборов, считая от Архангельского». В Кремле строились войска: кирасиры, казаки собственного Его Величества конвоя, лейб-гусары и лейб-уланы становились рядами по пути торжественного шествия, а за ними шпалерами становились полуроты и взводы разных частей.

Ровно в 7 часов утра загудел колокол Ивана Великого, и с Тайницкой башни загремели пушки. Один за другим раздавались 21 выстрел, и по всей Москве разлился могучий звон колоколов. И звон и пальба известили Москву, что в Успенском соборе началось молебствие о здравии и многолетии царя и царицы.

В 8 часов 30 минут прибыли в собор придворные дамы. «Была необыкновенно красивая картина, когда одна за другой дамы проходили на свои места. Русский костюм дам как нельзя более идёт к русским лицам; русский головной убор, украшенный драгоценными каменьями, придаёт лицам мягкое, полное прелести выражение». Затем прибыли представители духовных иноверческих исповеданий.

В 8 часов 45 минут прибыл и дипломатический корпус. «Шествие открылось дамами; тут белые платья, блеск бриллиантов, золотое шитье, разноцветные мундиры дипломатов... Взоры всех обращались и к трону: там безмолвно и неподвижно стояли на ступенях четыре кавалергардских офицера с обнажёнными палашами и касками в руках».

[показать]

Торжественный въезд в Москву. У Тверской заставы.

В 10 часов началось царское шествие. На дворцовую площадку спустился взвод «…статных молодцов кавалергардов в сияющих с орлами касках, белых мундирах и красных супервестах (парадных латах), с серебряной Андреевской звездой на груди».

Во главе торжественной процессии непосредственно перед балдахином, который несли над Государем 32 генерал-адъютанта Его Величества в белых барашковых шапках, шли два воина великана с обнаженными палашами, в касках с орлами, белых колетах и супервестах. Это офицеры лейб-гвардии Кавалергардского полка поручик барон Густав Карл Маннергейм и штабс-ротмистр барон Владимир Романович фон Кнорринг (1861-1938) самые рослые (193–194 см) в полку. Впрочем, выбор пал на них еще и потому, что оба часто несли службу по охране покоев царской фамилии. Подчас служба была тяжела, но, как пишет в своих мемуарах Маннергейм, он рвался в этот гвардейский полк, открывавший широкие возможности для карьеры. После коронования Николай II объявил благодарность офицерам Кавалергардского полка, командир полка стал генералом свиты Его Императорского Величества. 16 мая в Кремлёвском дворце был дан приём для офицеров полка, где Маннергейм имел продолжительную беседу с императором.

Я так думаю, что следующие 2 фото сняты уже по завершении коронования, так как император здесь идет в короне, но выкладываю я их в этом месте, что бы показать общий вид процессии.

[показать]
Шествие императора Николая II и императрицы Александры Федоровны в коронах и порфирах со свитой под балдахином из Успенского собора в Архангельский собор; на первом плане справа - Лейб-гвардии кавалергардский полк (хранится в ЦГАККФД).
фотограф Бутаев Денис Николаевич.
http://photoarchive.spb.ru:9090/www/showChildObjects.do?object=2500349860

[показать]
ГА РФ. Ф.601. Оп.1. Д.1766. Л.78
Один из двух кавалергардов перед балдахином (слева от императора и точно по центру фотографии) - Густав Карл Маннергейм (бывший Александрийский гусар, будущий генерал-лейтенант и командир Лейб-гвардии Уланского Его Величества полка, а также будущий фельдмаршал и президент Финляндии).

Два церемониймейстера с жезлами открывали собой нескончаемую процессию представителей русских волостей, городов, земств и дворянства, «в лице которых государю предшествовала на пути к месту священного коронования вся Россия». За представителями земской Руси шли представители первопрестольной Москвы и чины министерства императорского двора; за ними - депутаты казачьих войск в мундирах и черкесках; за ними - длинные ряды губернских предводителей дворянства с их ассистентами, открывавшие собою часть процессии из высших гражданских чинов; почетные опекуны, сенаторы в своих красных, расшитых золотом мундирах; министры и члены Государственного совета следовали друг за другом, точно раззолоченные звенья громадной цепи, втягиваясь в собор...

Торжество коронования Государя Императора Николая Александровича и Государыни Императрицы Александры Феодоровны состоялось 14 мая 1896 в Успенском соборе Московского Кремля в 10 часов 30 минут. Службу проводил митрополит Петербургский Палладий при участии Киевского и Московского митрополитов. На церемонии присутствовало множество архиереев, а также представители высшего греческого духовенства.

[показать]
Обряд миропомазания императора Николая II. Среди присутствующих (крайний слева) отец Иоанн Кронштадтский.

[показать]

По бархатным ступеням возвышенного амвона тихо поднялся удрученный годами, но еще бодрый митрополит Палладий петербургский. "Како веруеши?" - спросил митрополит. "И громогласно, торжественно, осенив себя крестным знамением троекратно, как верный сын и заступник церкви, произнёс вслух символ православной веры благочестивейший государь, проникнутый до глубины души тем, что исповедовал устно, и каждое его слово проникало в душу внимавших его искреннему исповеданию.

"Аз, Николай во Христе Господе Нашем верный Император и Самодержец Всероссийский собственною предписах сие рукой:
Верую во единаго Бога Отца, Вседержителя, Творца небу и земли, видимым же всем и невидимым. И во единаго Господа Иисуса Христа, Сына Божия, Единороднаго, Иже от Отца рожденнаго прежде всех век; Света от Света, Бога истинна от Бога истинна, рожденна, несотворенна, единосущна Отцу, Имже вся быша. Нас ради человек и нашего ради спасения сшедшаго с небес и воплотившагося от Духа Свята и Марии Девы, и вочеловечшася. Распятаго же за ны при Понтийстем Пилате, и страдавша, и погребенна. И воскресшаго в третий день по Писанием. И возшедшаго на небеса, и седяща одесную Отца. И паки грядущаго со славою судити живым и мертвым, Егоже Царствию не будет конца. И в Духа Святаго, Господа Животворящего, Иже от Отца исходящаго, Иже со Отцем и Сыном споклоняема и сславима, глаголавшего пророки. Во едину Святую, Соборную и Апостольскую Церковь. Исповедую едино крещение во оставление грехов. Чаю воскресения мертвых, и жизни будущаго века. Аминь.
Приемлю и исповедую и утверждаю Божественныя Апостольские предания. Такожде уставы и утверждения Семи Вселенских и Поместных Соборов во все время бывших, паки привилегии и обычаи Святыя Великия Церкви и все, яже Святые Отцы истинно канонически установили и покончили, приемлю и подтверждаю. Подобне же верным и истинныя сыном Святыя Церкви служителем и защитителем ея, к народу же Державы моея милосердным и милостивым, елико возможно и праведно, пребыти обещаюсь. Хранитися же имам от кровопролития и всякаго рода немилосердия, елико возможно: всякой же правде и истине последовати. Елико Святыя Отцы отвергли и прокляли, сам такожде отвергаю и проклинаю и всею мыслию, душею и всем сердцем святому вышереченному Символу согласую и вся сия сохраняти обещаюсь, пред Святою Божиею Кафолическою Церковью. Месяца Маиа дня 14 и года 1896».

Начался торжественный молебен, предшествующий венчанию на царство. Умилительные прошения возглашал протодиакон от лица всей церкви. По прочтении Евангелия водворилась в соборе совершенная тишина; митрополиты поднялись на возвышение к трону и приступили к царскому облачению во все знаки царского сана. Государь император снял Андреевскую цепь и передал великому князю Владимиру Александровичу. После этого великие князья Михаил Александрович и Владимир Александрович возложили на монарха порфиру с бриллиантовой цепью ордена св. Андрея. Митрополит Палладий положил руки на склонённую главу монарха и возгласил трогательную молитву, которая из всех глаз вызвала невольные слезы. Митрополит поднёс государю большую корону. Часы показывали 10 часов 30 минут утра. В эту минуту глаза решительно всей церкви устремлены были на государя. Его Императорское Величество, стоя в порфире перед престолом своим, твёрдыми руками взял корону и неторопливым, спокойным и плавным движением возложил ее на главу свою. Митрополит подал государю скипетр и державу; государь был в волнении...

[показать]

«Одетый в порфиру и корону, со скипетром и державою в руках, государь император представлял зрелище необыкновенной красоты. Могущественнейший из владык земных, верховный вождь необъятного Русского царства, стомиллионного народа, до полного самоотвержения, до последней капли крови верного, преданного и любящего, стоял он пред алтарём творца вселенной во всем доступном для земли великолепии, славе и блеске своего величайшего и высочайшего сана. Он - источник обновления государства. Он - представитель лучших преданий нашей истории, лучших стремлений народа; знаки царской чести и славы, порфира и венец, - в то же время символ багряницы Христа и его тернового венца. Государственный разум, патриотизм, сохранение целости земли русской, все великое и высокое в народной жизни - всему этому он должен отвечать, все уловить своим сердцем и умом».

[показать]
Туксен Л. Р. «Коронация императора Николая II и императрицы Александры Федоровны»

Положив на подушки скипетр и державу, государь тихо подозвал государыню Александру Фёдоровну.

[показать]
Коронование Государыни Императрицы

Государыня стала перед ним на колени; государь снял с себя корону и, прикоснувшись к голове государыни, снова надел ее. Поднесли малую корону. Государь возложил ее на голову государыни; четыре статс-дамы подошли в это время и оправили ее; возложив на государыню порфиру с цепью ордена св. Андрея Первозванного, государь ожидал, пока ее оправят ассистенты. Когда императрица поднялась, в порфире и короне, государь и государыня поцеловались. Затем Их Величества сели на троны.

[показать]

Торжественная тишина царила в соборе. Ее нарушил звучный, сильный и красивый голос протодиакона, возгласившего полный титул государя императора; он воскликнул многолетие государю императору и государыне императрице. Певчие пропели трижды «Многая лета»; раздались колокольный звон, несмолкаемые крики «ура» и залпы орудий.
По окончании «Многие лета» венчанный Государь преклонил колена и вслух молился Царю царствующих.

Затем, все, находившиеся в храме, опустились на колени. Государь один стоял в порфире и короне, и митрополит Палладий, также коленопреклоненный, прочитал от лица всего народа молитву, в которой просил Бога «умудрить Благочестивейшего Государя непоползновенно проходить великое Его служение, во еже судити людем Его в правду, быть для врагов победительным и страшным, для людей же державы Его отцем, о чадах веселящимся». После молитвы митрополит обратился к Его Величеству с речью, после которой возгласил: «Слава Тебе, Богу благодетелю нашему, вовеки веков». Хор пропел: «Тебе Бога хвалим». Этим окончился чин коронования...

Вечером, по случаю коронования, впервые в истории Москва была празднично иллюминирована. Лишь только стало смеркаться, на обращенный к Москве-реке балкон Кремлевского дворца изволили выйти Их Императорские Величества Государь Император, Государыня Императрица Александра Федоровна, Государыня Императрица Мария Федоровна и находящиеся в Москве Высочайшие Особы. Ея Величеству Государыне Императрице Александре Федоровне был поднесен букет из электрических лампочек, соединенный с электрическими проводами дворца.
«Вечером весь город был иллюминирован, также и Кремль. Это было действительно волшебное зрелище. Кремлевская иллюминация зажглась в один миг, в тот самый миг, когда государыня взяла в руки поднесенный ей букет с электрическими цветами. Засветился букет, и в тот же момент засветился разноцветными электрическими огнями весь Кремль, точно огненной кистью нарисованный на потемневшем небе. Иначе как огненной живописью нельзя назвать вчерашнюю иллюминацию Кремля. Его кресты, куполы, крыши, зубцы, окна, карнизы, все его разнообразные архитектурные линии вырисовывались тысячами разноцветных огней, бирюзовых, пурпурных, золотистых или сверкающих, как бриллианты. Каждая башня, каждый купол, каждая арка ворот или амбразура окна были чудом красоты и искусства. Описать эти чудеса невозможно, нужно было их видеть, как видел московский народ, сотнями тысяч запрудивший все улицы. Что творилось на Красной площади и набережной Москвы-реки, между Москворецким и Каменным мостами, и представить себе невозможно. Несметные волны народа, одна за другой, так и неслись к Кремлю из окраин и предместий, останавливая движение экипажей и приводя в смущение полицию. Это была стихия в полном смысле этого слова, но стихия не безумная, а отдававшая себе отчет, куда она стремится. Она стремилась увидеть, хотя бы мельком, хотя бы одним глазком царствующую коронованную чету». Из «Записок» генерала В.Ф. Джунковского.

[показать]
Альберт Бенуа «Иллюминация Москвы»

Во время коронования Николай II был одет в военный мундир, а императрица Александра Фёдоровна – в роскошное платье из серебряной парчи. Коронационное платье, в котором появилась в Кремле последняя русская императрица Александра Фёдоровна, начали создавать почти за год до церемонии. Ткань была заказана шёлкоткацкой фирме Сапожниковых, знаменитой на весь мир своей высококачественной парчой. Особое значение придавалось отделке платья. Его вышивка по желанию самой императрицы была поручена монахиням московского Ивановского монастыря. Но прежде чем начать работу, мастерицы изучали старинные вышивки, хранившиеся в Оружейной палате и Патриаршей ризнице. Эскиз вышивки был заказан нескольким московским художникам, в том числе Михаилу Врубелю. Однако Император и Императрица, лично просматривая эскизы “изволили выбрать проект анонимного автора, составленный по мотиву, взятому в древней ризнице Новоспасского московского монастыря”. На самом деле, автором этого эскиза была фрейлина Её Величества Мария Николаевна Ермолова, которая жила в Москве и «пользовалась репутацией лучшего знатока всякого рода художественных рукодельных работ». Платье вышивали серебром и мелким жемчугом, который был выдан для этой цели из Комнаты коронных регалий и бриллиантов. Готовый наряд первой из членов императорской фамилии увидела Великая Княгиня Елизавета Федоровна, она назвала вышивку «шедевром рукоделия». А Их Императорские величества остались настолько довольны работой мастериц-вышивальщиц, что Государь повелел наградить не только игуменью Ивановского девичьего монастыря Сергию, но и лучших монахинь-работниц. Во время процессии шлейф платья несли семь камергеров. Вес платья, которое сшили из роскошной тяжелой плотной парчи, составил 10 килограммов. Ещё 13 килограммов весила коронационная мантия. Несколько часов, проведённых в подобном облачении, стали для Александры Фёдоровны, по всей видимости, нелёгким испытанием.
http://www.sedmitza.ru/index.html?sid=650

[показать]

«15 мая, в 10 часов 30 мин. утра состоялся высочайший прием чрезвычайных послов и посланников, прибывших после 10 мая, а с 11 часов 30 мин. до 3 часов дня их величества принимали поздравления от целого ряда депутаций со всей России. Прием происходил в Андреевском тронном зале. В 7 часов вечера был обед в Грановитой палате для духовенства и особ первых и вторых классов <...> В 9 часов опять зажглась иллюминация, опять несметные толпы народа окружали Кремль.

16 мая был высочайший прием папского нунция, а затем опять прием поздравлений от различных депутаций. Вечером был куртаг, так назывался высочайший выход чрез все залы в Грановитую палату. Подавали чай, фрукты, мороженое. Было удивительно красиво. Мы все адъютанты были приглашены.

[показать]


17 мая с 1 часу дня и до 3 часов 30 мин. их величествам в Андреевском тронном зале приносили поздравления дамы. В 4 часа Императорские регалии были торжественно перенесены из Андреевского зала в Оружейную палату, а вечером в Большом театре состоялся парадный спектакль. Это был верх блеска и великолепия. Сени и главные лестницы фойе - сплошные стены зелени. Мирты, пальмы, латании, ряды цветущих растений украшали фойе. Буфет был убран серебром, драгоценным фарфором, золоченой стильной бронзой. За маленьким фойе царские комнаты с гобеленами. Зрительная зала была поразительна, шесть золоченых ярусов, каждый обведен огнями переливающихся хрустальных люстр. Бенуар, первые два яруса полны были блеска красивых туалетов. В первом ярусе сбоку сидели: бухарский эмир и хивинский хан, корейское посольство, в третьем -военные, в четвертом виднелись золотые мундиры камергеров и камер-юнкеров и далее в пятом ярусе - статские генералы, председатели ведомств и в самом верху, в парадизе, волостные старшины, среди них и типичные фигуры представителей Азии в оригинальных костюмах и халатах. Партер: в первом ряду члены Государственного совета - между ними шесть андреевских кавалеров, следующие все одни александровские ленты; в шестом ряду красной нитью выделялись сенаторские мундиры. В местах за креслами сидели генерал-лейтенанты. Занавес изображал вид на Москву с Воробьевых гор. Боковые царские ложи заняли великие князья, великие княгини. Государь и государыня Александра Федоровна вошли в среднюю ложу. Раздалось потрясающее "ура" всей публики. Оркестр заиграл гимн. Первой пьесой шел акт из "Жизни за царя" и финал - превосходная картина начала шествия царя Михаила Федоровича. На сцене толпы народа. Звон переливающихся колоколов сопровождал знаменитое "Славься". Второй пьесой был новый балет Петипа, музыка Дриго "Волшебная жемчужина". Красивые группы и па, приятная музыка, эффектный апофеоз.

[показать]
Подробнее о балете «Жемчужина» здесь
http://www.liveinternet.ru/users/illabes/post89473603/

Спектакль кончился ровно в 11 часов. Едва их величества, после апофеоза, встали с мест, как в зале раздалось громкое "ура". Их величества, милостиво кланяясь, вышли из ложи. В зале раздались воодушевленные крики: "Гимн! Гимн!" Взвился занавес, музыканты оркестра снова обернулись лицом к царской ложе, и зала театра огласилась звуками "Боже, царя храни". Государь с государыней вошли опять в ложу и снова приветливо кланялись блестящему собранию, явившемуся со всех концов Русской земли. "Ура" огласило театр и, вихрем вырвавшись оттуда, было подхвачено десятками тысяч народа на улицах и бурей понеслось до самого дворца. По выходе из театра взорам представилась великолепная иллюминация всех окружавших театр зданий; великолепным заревом разнообразного бенгальского огня обливалась вся площадь». Из "Записок" генерала В.Ф. Джунковского.

[показать]