Это цитата сообщения rodich2007 Оригинальное сообщение
БРАТСКОЕ КЛАДБИЩЕ В ЦАРСКОМ СЕЛЕ.
В первый же месяц войны, в августе 1914 года в Большом Дворце, как тогда называли Екатерининский дворец, Императрица Александра Федоровна своим иждивением открыла госпиталь. В годы войны Императрица открыла несколько госпиталей.
Официально он стал называться Царскосельским госпиталем № 41. Главным врачом его и основателем стала первая в России женщина – хирург Вера Игнатьевна Гедройц. Под её руководством были открыты курсы сестёр милосердия, которые посещали Великие Княжны Ольга и Татьяна.
Об Императрице говорили, что она была прирожденной медицинской сестрой. В начале дворцовый лазарет был рассчитан на приём 18 офицеров. Вскоре в стенах дворца принимали уже 150 раненных, а с 19 октября 1914 года во дворцовом госпитале находились уже 30 офицеров и 200 нижних чинов. В двух свободных экипажных сараях Китайской деревни оборудован гараж для автомобилей Красного Креста.
Сама В.И.Гедройц – начальник Царскосельского Дворцового госпиталя была женщиной независимой «…много курила, имела низкий голос и крутой нрав. Её называли «Жорж Санд» Царского Села. В 1917 году она уехала на фронт хирургом». После ранения В.И.Гедройц была эвакуирована в Киев, где до 1921 года работала в детской поликлинике, с 1921 года – в факультетской хирургической клинике. Умерла в 1932 г. в Киеве. Она была дружна с Н.Гумилёвым, З.Гиппиус, с С.Есениным. Сама писала стихи.
Вера Игнатьевна лично много оперировала во всех госпиталях и в ряде операций ей ассистировала Императрица. Много было сделано для четкой организации вывоза раненых с поля боя. В одном из своих дневников Гедройц записала: «Так с первых же дней началась подготовка санитарных поездов имени Императрицы и Великих Княжон, которые должны были привозить раненых прямым маршрутом в Царское с позиций. Поезда были обставлены просто, но снабжены всем необходимым; благодаря быстрой и целесообразной доставке раненых для операций спасли жизнь не одному из этих страдальцев.
Все придворные автомобили и экипажи были отданы для перевозки раненых.».(Сост С.Фомин Скорбный ангел. СПб., 2001, с234.)
[479x534]
Дамы щиплют корпию для бинтов. Фото 1915 года.
В своих письмах Императору супруга рассказывает обо всём, что происходит в её госпитале. В одних письмах рассказывает об операциях в других - о вновь прибывших раненых солдатах и офицерах.
В письме к мужу 30 октября 1915 года Императрица Александра Федоровна писала: «…Пошли в Большой Дворец, лазарет там существует уже год, и снялись там во многих группах». (Сост С.Фомин Скорбный ангел. СПб., 2001, с.290. )
Работы было очень много, раненые поступали быстрее, чем удавалось ставить их на ноги. Благодаря прекрасному уходу в Царскосельских лазаретах выздоравливали быстро, но были и такие раны, которые, не смотря на все старания, излечить не удавалось.
Места, отведенные ещё в конце XIX столетия под захоронения военных чинов Царскосельского Гарнизона возле Казанского кладбища (полковые участки) были заполнены к лету 1914 года почти полностью.
Последним офицером гарнизона, погребенным здесь, стал убитый в начале войны штаб-ротмистр А.П.Корвин-Вержбицкий. Его похоронили 30 августа 1914 года. Императрица Александра Федоровна стала инициатором создания нового кладбища для воинов Великой войны.
Комендант города генерал-лейтенант Н.В.Осипов и советник В.М.Яковлев, по её просьбе, отвели место для новых могил недалеко от квартиры кладбищенского священника. В это время в Царском Селе было уже около 60 госпиталей (Всего в годы войны в Царском Селе и в Павловске было открыто 64 госпиталя.), и места для погребений были необходимы. «Уголок героев», как его называли сначала, стал разрастаться очень быстро. К концу 1914 года на нем было захоронено около 10 солдат и 15 офицеров – это при том, что усопших, как правило, старались отправлять на родину. «По мере того, как возрастало число погребений, увеличивалось и само кладбище, которое с весны 1915 года устраивалось со строгой простотой. Обнесенное скромной временной изгородью с крестом на каждом столбе, обсаженное вечнозелеными елями вдоль рва, отделяющего его от дороги и поля, с единственными воротами, из которых устроена широкая дорога с рядами туй по сторонам, оно с первых дней войны стало принимать в свою ограду гробы с останками скромных серых героев». («Вестник Царскосельского района и Особый эвакуационный пункт» 1916, № 9,с. 5-6.)
Императрица провожала в последний путь практически всех, кто умирал в её лазаретах. Она ежедневно посещала кладбище, которое стали называть «Братским». Когда она не могла это сделать сама – просила дочерей. В конце марта – начале апреля 1915 года императрица была больна. В эти дни (10 апреля) она пишет Государю: «Мария пошла на кладбище, чтобы положить цветы на могилу бедного Грабового – сегодня 40й день. Как время летит!» (офицер 14го Грузинского Гренадерского Наследника Цесаревича Алексея Николаевича полка).
Весной 1915 года Императрица Александра Федоровна изъявила желание возвести на Братском кладбище небольшую деревянную церковь «дабы ещё больше освятить это святое место». 3 июля 1915 года Императрица одобрила проект гражданского инженера Семена Юлиановича Сидорчука.
Освятить церковь было решено в честь иконы Божией Матери «Утоли мои печали». На строительство пошли деревья, поваленные в парках Царского Села во время урагана 1912 года. Закладка храма состоялась 18 августа 1915 года.
Службу вел духовник Их Величеств протоиерей Александр Васильев, а участвовали в ней протоиереи всех соборов и церквей Царского села и гарнизонный священник. Присутствовал лейб-медик Е.С.Боткин, начальник дворцового управления князь М.С.Путятин, жители города и, конечно же, солдаты и офицеры гарнизона. Второго октября 1915 года Императрица писала Императору: «…Потом мы поехали на кладбище посмотреть на нашу маленькую временную церковь для наших умерших героев …». К этому времени на первом в России Братском кладбище было похоронено уже более 400 человек. Через 48 дней храм был уже освящен (04.10.15) и начались службы.
«Церковь и всё убранство – иконостас, паникадило, аналои, скамьи, подсвечники, решетки клиросов – были изготовлены по особо составленным С.Ю. Сидорчуком и утверждавшимися лично Императрицей рисункам, фирмой «П.И. Оловянишникова сыновья» в Москве, а также Царскосельскими дворцовыми и частными мастерскими в духе старого стиля архангельских деревянных церквей XVII века «с соблюдением величайшей простоты». Часть утвари была взята из ризницы Федоровского Государева собора. Иконы в иконостас были писаны в московской мастерской Н.С. Емельянова. Ковры в церковь вышивали сестры милосердия лазарета Большого Дворца. Полное облачение для священника, диакона и псаломщика, а также покрова на св. престол, жертвенник и аналой было вышито собственноручно Императрицей Александрой Федоровной». (Сост. А.Ю.Егоров Н.А.Давыдова Казанское кладбище в Царском Селе. Царское Село, 2003, сс. 37-38.)
На всё время войны настоятелем храма высочайше повелено было быть священнику 131 сводного эвакуационного Царскосельского госпиталя иеромонаху Досифею (Разумову).
После революции происшедшей в октябре 1917 года кладбище существовало только благодаря заботам прихожан церкви. Постановлением Леноблисполкома от 2 февраля 1938 года церковь была закрыта и вскоре разобрана. Как предполагают А.Ю. Егоров и И.В. Попов «чтимый образ Божией Матери «Утоли моя печали», пребывающий ныне в соборе Св. Апостола Павла в Гатчине, - та святыня, которая была храмовым образом маленькой деревянной церкви Братского кладбища в Царском Селе». Что до кладбища, то оно просуществовало до 1950х годов, и было уничтожено бульдозерами.
http://www.pushkin-town.net/.guard/rus/ocherk.htm