[257x350]
Итак, начнем, точнее, продолжим. Это 5 часть. Остальные можно найти по тегу «авиация».

Еще один участник первого дальнего группового перелета Санкт-Петербург - Москва Николай Дмитриевич Костин (1879 – 1913). Родился в 1879 году (по другим сведениям в 1880 г.) в г. Чистополь (уездный город Казанской губернии, сейчас – г. Чистополь республики Татарстан). Рядом с механическим и чугунолитейным заводом инженера А.М. Провоторова стоял дом Костиных. На заводе юный Николай даже работал некоторое время. Но, можно предположить, что мысли его уже тогда устремлялись в небо, их увлекала мечта о покорении воздушного океана. Эта мечта привела его в 1908 году в Одессу. Слесарил, затем стал шофером, но крылатая машина «пленила» его и отняла покой. Он был в числе восторженных очевидцев полёта первого русского авиатора М.Н.Ефимова. По его совету Николай отправился во Францию, в авиационную школу.

На фотографии мелкий текст: Авиатор Н.Д. Костин, получивший аварию близ дер. Кузенково, сейчас же за Валдаем, и отказавшийся от дальнейшего перелета.

В октябре 1910 года журнал «Вестник воздухоплавания» впервые публикует список русских авиаторов. Среди них - имя Н.Д. Костина, ставшего семнадцатым дипломированным авиатором России (диплом от 19.09.1910 г. №223). Первый воздухоплавательный съезд, прошедший в Одессе, определил главной своей задачей всеобщую популяризацию авиации. Костин совершает показательные полёты.
В октябре 1910 он прибыл в г. Херсон. Местными властями была представлена территория на окраине города, на площади между православной церковью на Сухарном и еврейским кладбищем (нынче это район улицы имени Розы Люксембург). На площади в считанные дни был построен легкий деревянный ангар, куда «22» октября из Одессы в разобранном виде доставили летательный аппарат и под руководством самого авиатора приступили к сборке. Самолет Костина представлял собой копию легчайшего гоночного аэроплана системы «Фарман», оснащенного мотором в 50 лошадиных сил, и новейшим изобретением - усовершенствованным пропеллером Шовьера. Взлетную площадку и ангар окружили дощатым забором, установили ряды деревянных скамеек. Вход на летное поле находился со стороны Панкратьевской улицы (нынче улица Рабочая). Стоимость входа на первое Херсонское авиашоу была довольно высока, но и риск, которому подвергались пилоты, того стоил. «Полет считается состоявшимся, (примечание - то есть публика не имеет права требовать обратно деньги за билет)если авиатор опишет круг на высоте 10 метров» , - сообщалось в афишах. Обещанный полет по причине начавшихся снегопадов был отложен до лучших времен. Наконец, после 20-дневного ожидания, погода несколько изменилась. Ветреным днем 19 ноября публика заняла свои места, херсонский кинохроникер Яков Куперман замер у аппарата, приготовившись запечатлеть на пленке удивительное событие... К сожалению, первая демонстрация нового воздушного транспортного средства закончилась серьезной аварией. Уже при заходе на посадку сильным порывом ветра самолет был брошен на крыло и врезался в землю. Лишь благодаря малой высоте (около четырех метров) и счастливой случайности, пилот, а также пассажир - секретарь губернского правления г-н Рюмин - отделались незначительными ушибами. Разбитый аппарат отправили на ремонт в Одессу.
Позже в других местах были и более удачные полеты, и вскоре Николай Дмитриевич стал главным инструктором школы лётчиков Императорского Всероссийского аэроклуба. В те дни шла подготовка к первому и крупнейшему по тому времени групповому перелёту из Петербурга в Москву. В этом дерзновенном предприятии решил участвовать и Костин. Цель: «содействовать применению отечественного воздухоплавания к военным задачам».
Напоминаю тем, кто читал мои предыдущие статьи про этот легендарный перелет, что тогда двенадцать российских гражданских лётчиков: Васильев, Уточкин, Янковский, Костин и другие - собрались в путь.
Утром «23» июля 1911 года тысячи петербуржцев устремились на аэродром, чтобы проводить в небо смельчаков воздушного марафона. Как я уже писал: часть аппаратов, взлетевший в тот день, была двухместной. На бипланах типа «Фарман» взлетели: Масленников, Костин и Агафонов. У всех троих в качестве пассажиров были механики. У Костина – Злуницын. Присутствие «личного» механика на борту давало большие преимущества летчикам, пилотирующим двухместные машины.

[показать]
Авиаторы Н. Д. Костин и А. А. Агафонов со своими пассажирами-механиками на отдыхе после спуска в Валдае. Злуницын. Костин. Агафонов. Колчин.

Как и все участники соревнований Николай Костин проявил большую силу воли, совершая вынужденные посадки, устраняя неисправности. Его самолет, миновав Новгород, между городами Валдай и Вышний Волочек, близ деревни Кузенково (правильно - Куженкино?) потерпел серьёзную аварию. После чего из дальнейшего состязания Костин выбыл. По протяжённости полёта он занял третье место и получил приз - 4950 рублей. В музее его родного Чистополя имеется фотография семьи Костиных. На обороте написано: «Снято в Чистополе после перелёта «Петербург-Москва». Вернувшись в столицу, в Санкт – Петербург, Костин приступил к работе в авиационной школе.
В октябре 1912 года боевые действия начались на Балканах, войну Турции объявили Черногория, Сербия, Греция и Болгария. Осенью 1912 года Николай Костин одним из первых записался в добровольческий авиационный отряд для участия в Балканской войне на стороне братской Болгарии, за свободу славян от турецкого ига. Под руководством С.С. Щетинина, одного из основателей Российского товарищества воздухоплавания, частные (другими словами - «не армейские») летчики Агафонов, Евсюков, Колчин и Костин составили, вероятно, первое в истории боевое авиационное подразделение. Русские авиаторы неоднократно летали над осажденным Адрианополем, в котором обосновались турецкие войска, фотографировали вражеские позиции, сбрасывали бомбы и листовки.
«В докладной записке директора петербургского самолётостроительного завода С.С.Щетинина говорилось: По просьбе болгарской армии нами организован и в начале следующей недели отправляется на театр военных действий в Болгарию авиационный отряд, укомплектованный личным составом и материальной частью. Ехать в числе лётчиков отряда изъявили желание военные лётчики-поручики Нестеров и Бродович... «Но военный министр наложил резолюцию «Просьбу отклонить». Это решение мотивировалось тем, что Россия в силу дипломатических соображений не могла принимать прямого участия в Балканской войне, хотя оказывала славянским народам материальную и моральную поддержку». (Е.Королёва,М.Савова-Черкезова «Небесные побратимы», Киев, 1983)
В феврале 1913 года, попав в густой туман и сильный боковой ветер, Костин сбился с курса, совершил вынужденную посадку на территории противника. Турки задержали пилота, а поскольку он был частным летчиком, то, считая его шпионом, собирались казнить. Но российский консул и представитель русского войскового командования доказали, что Костин являлся военным разведчиком, а следовательно был военнопленным. Его обменяли на видных турецких военнопленных.
В апреле 1913 года Николай Дмитриевич вернулся на родину, но вскоре тяжело заболел. Власти ничем не помогли ему и умер отважный пилот от тифа (?) в бедности. Ему было всего 34 года. Во время похорон авиаторы совершали над кладбищем полёты, отдавая последние почести своему «крылатому» товарищу.
В конце февраля 1914 года в Петербурге состоялось торжество, посвящённое авиаторам-добровольцам. «28» (примечание - по другим сведениям «26») февраля организатор и начальник русского авиационного отряда, принимавшего участие в балканской войне в рядах болгарской армии, С.С.Щетинин был приглашён в болгарское посольство, где ему было объявлено, что царь Фердинанд пожаловал всем без исключения лицам, входившим в состав этого отряда, знаки отличия народного ордена. С.С.Щетинин получил народный орден за военные заслуги 5-й степени с мечами и с короной. Лётчики П.Е.Евсюков и Ф.Ф.Колчин-тот же орден. но без короны. Лётчик Я.И.Седов, а также, уже скончавшийся бывший инструктор воздухоплавательной школы Всероссийского аэроклуба Н.Д.Костин (находившийся в плену в Андреанополе), награждён народным орденом за военные заслуги 6-й степени, такой же орден получили механики и монтёры Дегтярёв, Щербаков, Тарасов, Иванов, Коровкин и Сикурчинский». (Авиация и воздухоплавание в России. 1914. вып 6, М.1972).
Получить всой орден Костин уже не мог. Похоронен легендарный летчик был под Санкт-Петербургом на Серафимовском кладбище (близ существовавшей тогда д. Коломяги (Келломяки ? - старое финское название), ныне эта территория входит в границы Приморского района на Северо-Западе Петербурга). Его могила до наших дней не сохранилась.
Кстати, Механический и чугунолитейный завод инженера А.М.Провоторова в г. Чистополе, тот самый, где еще до увлечение полетами успел короткое время поработать Костин (сегодня - завод «Автоспецоборудование»), носит его имя. После 1917 года новые «хозяева» естественно не могли сохранить в названии имя основателя завода, «угнетателя рабочих масс» Провоторова и дали предприятию название «Красный двигатель», присвоив имя Николая Дмитриевича Костина.


В статье использован текст со страниц:
http://chiz.vostok-inc.com/stat.php3?newsid=205
http://sammler.ru/index.php?showtopic=13982&st=20
http://www.mycity.kherson.ua/avtory-ag/zaharov/krylia.html