Анатолий Иванов, интервью с Владом Лебедько

... Дело было в походе. Мы идем с девушкой на байдарке. Девушка не умеет плавать. Идем мы по речке Шуя - это серьезная вещь. Я там раньше не был. Смотрю, - люди обносят какое-то место. Обычно обносят зверское место, потому что иначе - смерть, - байдарочники действительно часто гибнут. Они обносят километра за два до порогов и километра два - после.

Я прикидываю: - четыре километра тащить все на себе. Не хочется! И я думаю: - "А дойду-ка я до самой гряды, там причалю к берегу, обнесу эту гряду, - полкилометра, а дальше снова спущусь на воду. Чего они все перестраховываются?" И я иду дальше. Девчонке ничего не сказал. И когда я подхожу к тому месту, где действительно пора причаливать, то вижу, что к берегу не причалить. Моих сил недостаточно. Эта вода может ломать бревна, крутить электростанции... Мне здесь не справиться. Я не рассчитал свои силы. Это смерть, - вот она впереди, - вон торчащие камни, водопад, - он падает на острые камни. Это - два трупа. Все это я прекрасно понимаю.

В это время у меня возникает что-то - включается какое-то сверхвнимание. И я замечаю маленькую щель между камнями, где может пройти байдарка, и замечаю место впереди, под водопадом, куда может упасть байдарка. Но дальше, через двадцать сантиметров идет камень, - а это все на скорости. И я вижу, что от этого камня можно оттолкнуться. И вот, я разгоняю еще дополнительную скорость, - прыжок с водопада, - мы летим на тот камень, но я успеваю от него отвернуть... Это невозможно, понимаете? Мы проходим мимо!

И, когда обалдевшая толпа, все это видевшая, подходит ко мне, когда мы уже причалили, - нас-то уже считали трупами, - я им говорю: - "Да элементарно! Я все время здесь хожу, а что?", - Я же не стану им рассказывать, что меня по глупости туда втянуло. Они меня зауважали - типа крутой! Было два варианта - иначе зауважали бы за то, что погиб. Но, за плечами у меня к тому времени было двадцать лет опыта, как байдарочника.