Есть люди неуклюжие, а есть и ловкачи
В плеяде стихотворцев, суть не в этом,
Как блохи на дворняге - расплодились рифмачи
И каждый называется поэтом.

В поэте от рождения живёт авантюрист,
Бог, бес, любовник нежный, воин грубый,
Нахал, интеллигент, дурак и умник фаталист,
Философ и младенец вислогубый.

В цветах противоречия рождается поэт,
Шипы цветов - поэтов ранят злобно;
Рифмач упал с рождения в искусственный букет,
Ему в бумажных лютиках удобно.

Кричат чертополохи: "Мы - могучие дубы!"
С дубами бесполезны брань и споры,
Когда им не хватает на дубовые гробы,
Крадут дубы чужую мысль, как воры.

Рифмач опишет дерево с плодами и листвой,
Подзарифмует слаже и проворней,
А истинный поэт обнимет ствол его душой
И все увидят гниль, червей и корни.

Вопрос, как пика в рёбра:"Быть поэтом, иль не быть?"
Пылать костром, иль стать костром потухшим?
Кто начал рифмоплётствовать и перестал творить,
Не может ремеслом тревожить души.

Поэты Богом призваны любить и бунтовать,
Воспеть святое, мрак клеймя стихами.
За это мракобесы их стремятся убивать
И рифмачи смеются над творцами.

Купцы от рифм любую власть за манну признают
И на хозяев попусту не лают.
Вылизывают чресла и спокойно продают,
Когда им кость побольше предлагают.

Поэты ложь иправду нервом чувствуют во всём,
Их мрази убивают, но воверьте,
Поэта не изменишь ни монетой, ни бичом
Они ещё опасней после смерти.

У нас живым поэтам только горе от ума,
За то! Как сладко славят их на тризне,
Приходят на могилы и в музейные дома,
И плачут те, кто их травил при жизни.

С пустой самодовольностью в торжественных речах
Жуют полунамёки словоблуды,
Цинично сожалея о замученных Христах,
На их поминках пьянствуют Иуды.

1980.