[491x480]
Что я выслушала опять от Арчи... Она молодец, конечно, отстаивает свое мнение, люблю принципиальных людей. Но что поделать, если я такая извращенка?

:::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::





Франк кивнул и поцеловал его грубым поцелуем, Франк кивнул и поцеловал его, но не сдвинулся с места, не убрал руки, не сделал ничего, чтобы выполнить пожелание Давида. Он знал, что его желание - закон, и подойдет любое место, любая поза, потому что два возбужденных члена трутся друг о друга сквозь джинсы и штаны, и часы ожидания истощили терпение…

Франк освободил правую руку, стискивая запястья Давида левой, и, приподнявшись, задрал его футболку вверх, обнажая плоский живот и часть груди.

Давид затаил дыхание и лежал тихо, закусив губу от напряжения. Он уже не сопротивлялся, даже для вида, и готов был открыто заявлять свои потребности, почти готов открыто просить. Франк смотрел на него, в который раз чувствуя себя обладателем редкого сокровища. Давид мог закрывать глаза и не проявлять инициативу, но его расцелованные губы, покрасневшие щеки, тяжелое дыхание и инстинктивные движения бедер говорили о том, что он пытался скрыть. Оба парня хотели одного и того же. И так быстро, как это возможно.

Франк был стопроцентно согласен, что заниматься сексом на полу, когда рядом собственная кровать - идиотизм, и он встал, поднимая за собой Давида. Целуясь, парни добрались до своей комнаты, не выключив музыку, не погасив свет, оставив беспорядок после вечеринки - такие мелочи их сейчас не волновали.
Одежда мешала и стягивала тела, которые уже должны были быть открыты. Давид быстро избавился от футболки, снял кроссовки и носки, а Франк был проворнее и уже стоял возле кровати в одних трусах. Его крепкое тело не просто возбуждало, нужны были не просто поцелуи и ласки, Давид ждал действий, ждал всех этих великолепных ощущений, которые Франк обязан подарить ему. Они неотрывно смотрели друг на друга, и Давид улыбнулся, расстегнул ширинку и, запустив руку в трусы, погладил свой член. Франк с восхищением уставился на него и повторил его действие, отведя пальцем от тела резинку своих трусов, и грубо приласкал собственный член.

Давид следил за Франком и сильнее сжимал член в ответ на его движения. Франку пришла идея, и он спросил:
- Хочешь потрогать?
Вполне невинное предложение для давних любовников...
Давид тоже предложил:
- А ты - мой.
- Сначала ты, потом я.
- Хорошо.
Давид оставил в покое свое тело и подошел вплотную к Франку, который держал резинку трусов оттянутой. Он в восхищении протянул руку и коснулся пальцем головки, нежно поглаживая и размазывая смазку, но через пару секунд перестал нежничать и начал уверенно ласкать, крепко сжимая, заставляя новые капли смазки появляться и стекать на его кулак. Франк вздохнул и остановил Давида.
- Стоп, вполне достаточно. У тебя слишком умелые руки, Дави... Ты же не хочешь, чтобы я внезапно кончил?
Давид убрал руку и смущенно почесал висок.
- Да, только не так... В трусы.
- Для меня другое место готово, правда?
Франк подошел к Давиду сзади, обнял его за талию и прижал свой член к его попе.
- А потрогать? Забыл?

Франк улыбнулся, стянул штаны Давида вниз, они упали на пол, и запустил руку в трусы, стискивая член, пробегая по нему пальцами снизу вверх, нажимая на головку, чувствуя, как щекотятся жестковатые волосы, и какое все тело Давида горячее.
- А-а-ах...
- Первый стон. Пошел обратный отсчет.
- Давай быстрее...
- Как можно быстрее! Трусы нам нужны?
- Нет!

Франк стащил трусы с себя и с Давида, собрал их одежду в охапку и отбросил в сторону. Он перестал играть и контролировать себя. Прижал к себе Давида и потерся скользким членом и его попу, надавливая на спину, чтобы он прогнулся, стараясь попадать по выемке между совершенными ягодицами. Хотелось войти прямо сейчас, но забота о любимом парне всегда была на первом месте. Франк практически уронил Давида на постель и бросился к шкафу, где был большой запас секс-припасов. Найдя нужный тюбик, он захлопнул дверцу шкафа и подошел к кровати. Давид лежал на животе, подогнув под себя ноги, выбрав самую простую и удобную для себя и Франка позу. Его длинные черные волосы спутались, щеки покраснели, а обычно светлые серо-голубые глаза потемнели до морской синевы. Франк осознал в этот момент, насколько сексуален его парень, нет, он это и раньше знал, но именно в эти уплывающие секунды Франк так сильно хотел его, не просто похоть, не просто потребность, Давид принадлежит ему, и никто никогда не отберет его у Франка.

- Дави, у тебя самая сексуальная задница в мире...
Давид засмеялся в подушку и пошевелил попой, неудачно имитируя эротический танец.
Франк сел на постель и положил обе ладони на ягодицы, останавливая Давида.
- Тихо, тормози, время соблазнения прошло...
- Тогда перестань меня расхваливать на словах, лучше сделай что-нибудь... подтверждающее. Я точно так же весь день мучаюсь... Ох... Наконец-то. Вот так...
Франк не слушал Давида, он перешел к делу и прошелся указательным пальцем вокруг дырочки ануса, потом надавил и просунул его внутрь, в тугой жар.
- И как? Тебя устраивает температура?
Франк знал, что через максимум пару минут в этой чудесной дырочке будет его член.
- Горячо!
- Тогда почему ты еще снаружи?

Франк открыл тюбик со смазкой, выдавил сразу много и щедро смазал и Давида, и себя. И не устоял - приставил головку к блестящему от смазки анусу, продолговатому и уже немного расширенному, подался вперед и вошел на сантиметр, не больше, захлебнулся и потерялся в ощущениях, до боли сдерживаясь, чтобы вот так сразу не кончить. Пришлось немного подождать и успокоиться, и только потом Франк устроился удобно, положил руки Давиду на бедра и начал работать бедрами - вошел в ритм, вошел внутрь, миллиметр за миллиметром, чтобы чувствовать, как ласковый анус раскрывается под ударами члена как цветок под солнцем. Давид уже стонал - он не мог молчать, и если он стонал, то Франк был железно уверен, что ему хорошо. Давиду нравился анал, ему нравилось отдаваться и подчиняться, но в их сексе не было ни намека на насилие, жесткие игры или мазохизм, Франк брал его любя, давал столько же, сколько получал, и всегда возвращал удовольствие, никогда не думая только о себе...

Через минуты три Давид полностью расслабился, и Франк вошел в него полностью, твердый как камень, готовый взорваться оргазмом на каждом следующем глубоком проникновении. Давид двигался в одном ритме с Франком, уткнувшись головой в подушку и приглушенно постанывая на всех особо сладких моментах, подаваясь назад все сильнее, как будто хотел получить член Франка на вечное пользование. Он был полностью открыт, полностью отдавался, и даже пот на его коже возбуждал, и тонкая талия, и ребра, проступающие на боках сквозь кожу... Вся их любовь, вся похоть, все желание обладать друг другом - ведь и Давид так же безраздельно обладал Франком, быть снизу значит позволять, - все напряжение последних дней, ВСЕ слилось в одном движении, в жаре, в проникновении, в том наслаждении, которое Франк получал от тугой горячей скользкой тесноты, охватывающей его член, а Давид - от беспредельного чувства наполненности, каменной твердости и восторга, которые дарил ему долгожданный член любимого...

Сдерживаться не получалось, тело просило разрядки, и Франк отпустил себя - его слишком вымотали игры, растянутая на весь день прелюдия и потерянная было надежда остаться вдвоем. Каждый момент по отдельности и все вместе довели его до оргазма - запах их тел, запах пота, спермы, лубриканта - запах секса, один только вид Давида с раскрытой попой, так естественно принимающей член Франка, уже потемневший от прилива крови и напряжения, все быстрее и быстрее исчезающий в тугом анусе и появляющийся снова, блестящий, грозный, настоящее оружие любви...

Франк пару раз пытался сдержать себя и продлить удовольствие, но думать ни о чем не мог, и переключиться тоже. Пару раз протягивал руку и стискивал член Давида, заслуживая еще более громкие стоны. Давид выдерживал ритм и просил большего. Его тело подстраивалось, подчинялось движениям, быстрым ласкам, силе проникновения, силе, с которой Франк двигал бедрами, вжимал пальцы в покрасневшие ягодицы, крепко держал, чтобы войти как можно глубже, впечатываясь в них, раскрывая, стоны, звуки соприкасающихся тел, ритм, глубже, пот, оба тела в поту, одна цель, сейчас, еще глубже, еще резче, сперма накапливалась, чтобы выплеснуться, член дергался и наконец взорвался в тугом проходе ануса, истекая горячей спермой. Франк не помнил, но закричал, оргазм был уникальный, он крепко держал левой рукой Давида, сжимая бедро, а правой мял его член, и кончал, мучительно долго, сладко переживая каждое движение своего члена, восхищенно выплескивая каждый новый комок спермы, и двигаясь все время, усиливая наслаждение. Его сердце билось в бешеном ритме, и пульс стучал молоточками по всему телу, проникая сквозь головку щедро кончающего члена в глубину тела Давида, сливаясь с его пульсом, выравнивая их сердцебиение, передавая любовь.

Огромное облегчение, огромная радость и усталость заставили Франка остановиться. Кончать больше было нечем, он чувствовал, что отдал все, что у него было, и замер, плавая в восхитительной дымке, не слыша ничего и не видя. Дал Давиду еще минуту насладиться своим уже опадающим членом, и со вздохом вынул, моментально теряя силы и падая на кровать. Франку нужно было немного времени передохнуть, но Давид знал, что это действительно ненадолго, и он не останется без внимания.

Отдышавшись, Франк первым делом нагнулся над Давидом, перевернул его на спину и поцеловал в губы. Они следовали определенной привычке - Давид любил, когда Франк, кончив сам, помогал ему, руками, а лучше ртом, так нежнее и эротичнее...
Франк еще раз поцеловал распухшие губы любимого, помог ему приподняться, в нетерпении глядя на член Давида, готовый, казалось, истечь спермой от любой ласки. Франк усадил Давида на край кровати, подложив ему под попу полотенце. Потом раздвинул ему ноги, чтобы видеть дырочку ануса. Франк посмотрел на Давида, увидел в глазах просьбу, наклонил голову, лизнул яички и поднял голову.
- Фрэнки... Возьми его в рот, я не могу больше терпеть...
Давид пытался просить и приказывать, сквозь стоны и охи, его ноги дергались, тело дрожало при каждом следующем прикосновении, сперма Франка вытекала и незакрывшегося ануса, Давид был абсолютно открыт в своем желании, он ничего не боялся и не стыдился. Франк с удовольствием взял в рот его член и получил в награду сам долгий, громкий и сексуальный стон.

Теперь было время Давида умирать от великолепного оргазма, и он стал еще великолепнее, потому что Франк добавил огня, засунув два пальца в полный его собственной спермы анус, поигрывая ими, развинчивая начавшую было закрываться дырочку. Он сосал увлеченно, зная, какое удовольствие дарит своему парню, наслаждался вкусом и твердостью, жаром и запахом... С радостью понял, что Давид сейчас кончит, не выдержав и минуты - слишком долго терпел и не кончил вместе с Франком только из чистого упрямства.

Давид кончал, закрыв глаза и думая, что он умирает, но так он умирал уже очень много раз, поэтому успел немного привыкнуть, приняв как данность, что они с Франком идеально подходят друг другу и так сладко его еще никто не трахал. Пот тек по лицу, одной рукой он вцепился в простыню, а другую положил Франку на голову, и кончал в его ласковый рот, пока спермы не осталось, и только тогда Давид оттолкнул Франка и лег на кровать, все еще дрожа и трогая свои бедра и ноги.

Франк сел рядом, зная, что сейчас Давид немного полежит, отдышится и протянет к нему руку, не открывая глаз. И можно будет минут 20 лениво целоваться и лапать друг друга, а потом начинать по новой, уже не в такой сумасшедшей спешке, и можно продолжить в других позах, например, на спине, чтобы целоваться, и самое главное - для Давида готов маленький сюрприз, и он будет очень ему рад.