Мне нравится занятость. То есть, мне нравится, когда днем выходного дня мне что-то нужно. Я распределяю свое время как-то эффективнее что-ли. И успеваю намного больше, чем если мне дать целиковый день.
Проблема нашего времени практически не решается. Мы ставим себе цель и живем через три года. Или через четыре. Мы говорим себе, что закончим универ и найдем работу, убегаем мыслями в это время. Доходим до этой точки, а потом убегаем еще на несколько лет до конца выаолнения проекта. Мы теряем наше сегодня. Не все, конечно. Я вот живу концом недели. Это правда, что время идет быстрее, но что-то хорошее из дня сегодняшнего непременно стирается, потому что ты этого просто не замечаешь. А еще боишься вечно не успеть, потому что бежишь к сессии, к концу недели, психуешь...вместо того, чтобы растянуть этот момент, в свое удовольствие сделать что-то, потом сделать нужную вещь, затянуть узелочек и успокоиться. Время это позволяет, вроде. По крайней мере, это не завязывание временных петелек, это не карается. С петельками все сложнее, а потом оплачивается из твоего же кармана. И деньгами оно не берет.
Мне кажется, что без курева лучше думается. Или это я перестраиваю себя в очередной раз и очередным образом. Может, подшиваю новую заплатку на тело. Не знаю. Но кукла, как будто, начинает вставать и двигать ногами. Аккуратно пока что и с помощью стенки, но может. Кукла, которая не помнит, что ей кто-то управляет, что у нее есть нитки. Кажется, они пообрывались. Не все, но многие. Поэтому кукла предпринимает еще одну попытку стоять ровно. Аутотреннинги, наверное, великая вещь. Убеждение самого себя, мозга, а заодно и подсознания. Задвигание чего-то в угол. Чего-то сильного, я бы сказала.
А город одевается в разноцветные огоньки, пытается укрыться снегом и щеголяет еще зелеными участками травы. Мне остается только вдыхать это псевдоевропейское рождество, потому что Санта Клаус и его олени. Это чем-то похоже на Херродс в рождественских фильмах. Не знаю почему.
Пока я пытаюсь состыковать прошлое и будущее в точке настоящего.