Пришло время вздрогнуть перед наступлением первых бурь, схватиться покрепче за друзей, плотность стояния вместе должна увеличиться дабы не разорвалось крепление наших судеб. Не уходит тот, кто сам себя держит, тот что держат его оторвется и полетит обратно с той силой, что затягивало внутрь.
В помещении, на подобие многолетней библиотеки, было налито светом от множества свечей, что расставлены по всем углам, танцуя они создавали круговорот волнистых узоров на стенах, растекаясь свободным переливом, это настенное художество естества заводило в тайные уголки души, где раньше царила тьма, и как будто свет этих отраженных фракталов проникал все глубже и глубже отодвигая сон от реальности, пробуждая неопознанные ранее чувства и превращая их в видение существования, что звеном крепится к пути, избранному именно там, где все покоится в иллюзии и ждет раскрытия, ждет своего крепления за этот мир, ждет, что хозяин иллюзий увидит таким все, как есть. Но сон вещь сама по себе иллюзионная, а реальность так похожа на правду, что иногда начинаешь ей верить...
Будучи духом, влетая в двухметровой вышины двустворчатые двери главного входа в сокровищницу знаний, попадаешь в зал просторный настолько, что можно устраивать там турниры, пустующее пространство парадной не нарушалось каким либо присутствием вещей неодушевленных. Пол был каменный, отдавал синеватым цветом, но в желтоватом цвете свечей он казался зеленеющим разными оттенками. На всю плоскость пола была нанесена белая пинтограмма десятиугольной звезды, обведенной в десятиугольный маген и все это вписано в окружность. Две широкие огибающие лестницы покрытые черными коврами по бокам пространства зала поднимают на этаж выше, где располагается читальня, полностью заставленная скамейками со стойками для книг, по сторонам от сидячих мест проходят ряды стоячих, но с широкими подставками, рассчитанными для пергамента и больших свитков. Поднимаясь по таким же лестницам выше попадаем в ряды высоченных книжных полок, страшно задуматься какие тайны может скрывать это богатство, и кто способен вместить в себя такое количество знаний.
На третьем, последнем этаже библиотеки, был размещен зал знаний... стояли семь фигур. Они были освещены мистической аурой происходящего, их силуэты плыли в спокойствие тишины царившей здесь, влекомые дыханием легких потоков воздуха, циркулирующего по всему зданию: двое стоящие, на вид самые молодые, парень и девушка, Риш и Ями, одеты они были чисто в белые одеяния, простые ткани, перетянутые ремнями на поясе и через плечо. Юноша был изгибистых линий сложен, легкость и выносливость читалась по нему, черты лица плавны, волосы покрывают верхнюю часть головы, по бокам сбриты на три пальца, заплетены в косу, начатую со лба и продолженную до лопаток и там кисточкой прерывающуюся, смуглая кожа, как у тех, что живут под солнцем, там же работают, не скрывая тело от лучей безжалостного, на груди парня висел медальон, разделенный на двое горизонтальной ровной полосой посередине, сверху белый, в нижней части черный. Девушка имела неплохие формы для видимых по лицу годам, сложена она была довольно гордо, светлая кожа, красота ее была не разделена, целостность впечатления давала ей ту загадку, что не даёт отвести глаз, и заставляет ломать голову, что же такого магического заложено в это создание, волосы скрывала белая ткань, расшитая золотыми узорами, был медальон, так же разделенный на двое, но волнистой линией и по диагонали, одна сторона была синей, другая черной.
Они стояли приподняв головы вверх, как бы смотря куда то вверх, взгляд у них был далеким и отрешенным, но спокойным и умиротворенным.
Прямо перед ними стояла Прилла, девушка уже в зрелом возрасте, одета она была в ту же ткань уже зеленого цвета, перетянутую ниже груди тонкой веревочкой, русые волосы были переплетены замысловатыми косичками, что сплетались между собой, походили они на корни густого, но молодого леса, лицо ее было заботливо приветливым ко всему на что смотрела, создавалось впечатление, что она на неком уровне общается с окружение чувствами, как будто пространство передает ей некую информацию в импульсе, а она отвечает ему своей теплой реакцией, тем что уже просто чувствует определенную гармонию себя и всего, с чем прикасается ощущением. Ослепленный тем светом, что сразу бросался на вас из ее глаз, ее красота не была заметна, хоть и присутствовала на уровне существования. На ней был медальон с изображением белого дерева на темно сером фоне.
Пред ней стояли еще двое, мужчина и женщина, Ор и Зиза, в глазах у них были начинания возраста, когда уже все понятно и обьяснения и советы они могут дать сами кому угодно, в фиолетовых одеждах они стояли, смотря прямо перед собой, голову держали горизонтально, повотачивая изредка то влево, то вправо, зафиксированное положение было непоколебимо, чего не скажешь сзади них стоящей светиле, она крутила коловой, осматривая вокруг все, как бы изучая его до малейшей детали. Одежда на них была обвязана множеством лент, обматывающих все тело от шеи до ног, лица были закрыты, лишь глаза оставались единственной непокрытой частью тела. Были они высоки и широкоплечи, ровное глубокое, полное дыхание, объемные глубокие вдохи, короткие выдохи, небольшие паузы между. Все говорило об их уверенности в себе. Медальоны они так же имели: у мужчины символ половина солнца и половина луны, как одно светило, а у женщины изображение рыбы и от нее два орлиных крыла, одно белое, другое черное.
После них стояло двое лицом к лицу: человек в маске, одетый в странной формы ткани, части её переплетались друг с другом, и не понятно было, что представляет собой одежда, это было скопление всех предыдущих цветов, в разных вариациях оттенков, в основе лежал черный. Человек этот был Яхидо, не крупен, не хил, среднего роста, стоял он чуть поодаль ото всех, немного впереди, слегка отделившись на полшага, но одновременно как бы возглавлявший всех предыдущий. На груди у него висели три клыка скрепленные вместе посередине в металлическом треугольнике.
Напротив него стоял старец, с бородой до груди, в черной рясе, голову покрывал капюшон, в руках он держал длинные четки, которые медленно перебирал, на лице у него была написана некая блаженная радость в перемешку со светом мудрости, если попытаться прислушаться, то можно заметить, как милосердное сердца и осознание напевали песню жизни, отбивая размерный ритм движения. Он не стар, он просто долго шел. Тот у кего нет имен.
- Я чувствую твоя свобода нашла тебя!? - поинтересовался Безымянный у собеседника Яхидо.
- Я видел сон! Я видел Оазис! Но как мне найти его в пустыне? помоги мне! Будь моим проводником! - закричал Яхидо
- Тебе надо идти одному, что бы запомнить все мелочи дороги, что бы не пропустить главного! - отвел старец.
- Но я боюсь одиночества, мы были так близки и так неразлучны с братьями и сестрами, без них меня почти нет. Я не знаю что мне делать, сердце зовет меня на верную погибель в пустыню, в поисках мечты, что сон. Но тут меня держит многое, ведь вместе мы в безопасности!
- Ты сам должен решить, - сказал жрец ассасину, - мы тебе не хозяева! На то путь твой сложен и скользок, что сила свободы подобна пустыни; песок, ускользающий из рук, его тебе не унести, он никогда не станет твоим! Дюна не станет тебе помощником, как горы, холмы, скалы, леса, что постоянны, непреклонны и от своего не сдвинутся. Песок подобен форме ветра, тебе за ним не угнаться. Но если пустыня тебя звала во сне, то она тебя не погубит, она может оставить тебя на последнем издыхании, но не даст тебе погибнуть, если тысам веришь в иной исход!
- Но как мне найти дорогу в таком адском месте, как пустота, где только я и больше ничего! - недоуменно спросил ассасин, - ты посылаешь меня туда, где гибнут опытные арабы, прожившие вблизи этих мест не одну жизнь!
- Ты должен верить в себя! Нет другой дороги, только через себя! Победив себя, ты победишь пустыню, какой бы огромной она не была бы!
- На третьем шаге я собьюсь с направления!.. - недоумевающе воскликнул ученик.
- Первым делом, не бойся пустыни! - прочеканил свой первый закон старец.
- Но она иссушает всех, кто ступает на ее владения! - озадачено произнес Яхидо.
- Лучшим выбором, было бы подружиться с ней, но ты сам должен решить, какой выбор сделать! В этом мы равны, как ты знаешь творец не дал нам большего равенства, как только в принципе свободы, это единственный его закон. Но знай, что свобода в рамках этого закона тоже не безгранична, не будь формы - закона, ты бы просто заблудился в пустоте, так как наполнить бесформенное невозможно, нужен сосуд. Не разбей его! Это совет, как отца сыну, в путь, не выгоняю я, а даю возможность выбирать, самому брать от мира, а не ждать помощи небес...Ты как земля, должен прорости, а с неба только дождь ждать придется и надеяться на снисхождение погод, Ты сейчас подобен той пустыне, что я отправляю тебя, в ней есть оазис, найдя его, ты найдешь в себе островок надежды, с него и начни, он и будет твоим ориентиром! Это твой вклад в наше общее дело, как не казалось бы тебе это странным, но ты должен делать, все что тебе велит воля, иначе мы пропали, не подчиняй себя никому и ничему! Веди свою руку, не позволь руке своей тебя вести! Удачи!
