"А теперь я пойду за этим человеком -- и буду страдать и сомневаться в
нем". -- Только с теми, чей путь окончен, ей удается распутать клубок
нежности и обид.
Она открывает глаза: Бернис задумался.
-- Жак, защити меня, я ухожу нищей, такой нищей!
Она выдержит, выживет и в каком-нибудь домишке в Дакаре, и в толпе
где-нибудь в Буэнос-Айресе, в мире пустых и неверных зрелищ, -- только бы
Бернис был действительно самым сильным, как в книжках ее детства.
Он склоняется к ней, он говорит с ней так нежно. Этот его образ, эта
чудесная нежность -- Женевьева заставляет себя верить, любить сам образ
любви: этот слабый образ -- единственная ее защита.
Сегодня ночью, среди любовных ласк, она уткнется ему в плечо -- в это
хрупкое, уязвимое прибежище, -- пряча лицо, словно умирающий зверек.