Хоп! И вновь закружился хоровод полуобнаженных тел. Костер поднимал свои языки выше деревьев, а ритмичный стук барабанов привносил хоть какой то порядок в торжество хаоса. Пленница прикованная к столбу недалеко от огня была прекрасна в своей наготе. Холеное личико исказила гримаса страха, и большие голубые глаза были полны слез.
Отделившись от хоровода, старый пикт в потрепанных мехах подошел к пленнице. "Пожалуйста, не надо!" - сорвалось с ее пухлых губ. Ответом была лишь похотливая улыбка колдуна. Рядом появились еще пара пиктов, начавшие отвязывать девушку по незримому приказу старика. Они скрутили ее лианами и понесли к черному камню, гордо расположившемуся на холме. Положив на камень они придали девушке неприличную позу и сковали ее. Колдун торжественно сбросил меха и влез на камень, явно показывая всем присутствующим свои намерения.
Крики ликования огласили округу, и старик придвинулся ближе. На его лице заблестел пот, а улыбка кажется должна была завоевать сердце лежавшей перед ним девушки. Та кстати не прекращала попыток освободиться и истошно кричала.
Внезапно музыка прервалась. Ритуал был остановлен и дикари оцепенели. Из груди старика торчал топор, пущенный умелой рукой великана возвышающегося на белом коне. В шароварах, бритый наголо, он внушал уважение и страх.
- "Стойте исчадия ада! Я не дам вам надругаться над этой красавицей!"
С этими словами спаситель пустил коня в галоп врезаясь в толпу дикарей. Его меч работал без устали и головы врагов летели направо и налево. "Хей!" раздался победный клич.
Спешившись, новоиспеченный герой прошествовал по трупам врагов к скованной девушке. Развязав ее он оказался в крепких объятиях благодарной женщины. Ее чувственные губы прикоснулись к его щеке "как тебя зовут рыцарь?"
Воин картинно улыбнулся
"Иван"
Бывшая пленница еще крепче прижалась к нему своим обнаженным телом
"О, Иван... Ваня... Ванечка"
Что то в ее томном голосе было не так
"Ванько! Ванько дуралей! А ну вставай, черт безрогий!"
Кажется слова совсем не подходили для спасенной принцессы. Открыв глаза казак обнаружил в своих объятьях мешок с зерном, а сапог врезавшийся в его зад, добавил романтизма.
"Ты в который раз на посту спишь, а? Ты для этого в славное воинство наше вступил дубина неотесанная?"
Ругательства продолжали осыпать поднимающегося казака. Заляпанные грязью шаровары, истертый кушак... Картину дополняла недельная щетина и следы пива на рубахе.
"Пошел прочь, король пиктов!"
Стоя на корачках прогремел Иван. За что еще раз получил под ребра. Задохнувшийся и покрасневший от гнева урядник даже не смог сказаь что то связное в ответ, и потому просто бессвязно ругался, в стряхивая вояку-бездельника.
Окончательно проснувшись и отделавшись от урядника, Иван первым делом пошел на речку что бы ополоснуться. Так начался очередной день Ивана-рубаки на границе с Тураном.