Успокоится честь, до нутра истязанием вспоротой,
Вечность, изгнанной, примет всё ж «осторожность» в Сознания Свет…
Кто, как-будто удавку, рванёт, осмелев, душность ворота,
кто к нелепым вопросам не станет искать нелепый ответ…
И не Богом развенчаны муки последних рыданий,
Только здравость рассудка отповедала мыслям подробность –
кто-то будет читать в новой жизни свои же предания,
кто-то – вечно скитаться, страхом пестуя жалкую робость.