что-то мне неважнецки среди всего этого, что я должна убивать какие-то свои чувства, другие должна не показывать, должна кого-то в чем-то уверять, на что-то надеяться или не-надеяться, выстраивать линию поведения. Почему-то нельзя, ну никак не получается отдохнуть от этих лат, когда надо постоянно держать себя под контролем, общаясь мамой ли, которая звонила сегодня не переставая, а я не могла подойти к телефону, в бывшей ли любовью, которая, видимо, думает, что мне что-то от него надо (я тебе скоро сказку пришлю, что ты всё понял, она почти готова), с другом ли, к которому я ощущаю искренню симпатию, но постоянно держу руку на пульсе, чтоб не нарушить какой-нибудь из его принципов общения, не перейти ту самую медведевскую черту, за которую не надо заходить.
Вот расплАчусь сейчас от жалости к самой себе и от того, что не видит никто пока, и буду рыдать как дура, потому что наутро ровно ничегошеньки не изменится.