Это мой сегодняшний (или уже вчерашний?) сон. Надо бы что-то с ним сделать...

***

- Ксаверия Рау? Проходите. – Светловолосый пожилой маг расписался в какой-то бумаге и протянул ее мне. – В дороге вам будет нужен спутник, вы сможете взять его там, - он неопределенно махнул в сторону знакомой мне светлой двери, ведущей в одну из соседних комнат.

В казарме было светло и чуть-чуть пахло соленым ветром с моря, которое плескалось рядом, в пяти метрах от постройки. Кто и когда назвал это место казармой? Просторное, светлое, в золотисто-бежевых тонах, с огромными окнами и мягкими коврами на светло-коричневом паркете. Со всеми гостиничными условиями для тех, кто останавливается тут на пару дней, чтоб присмотреть себе спутника в дорогу.

Однако я точно знала, что мне нужно, и даже не стала заполнять формуляр, чтобы взять ключи от номера. Направилась сразу в морскую залу, где у окна в огромной стеклянной полусфере лежали ракушки. Самые разные, большие и поменьше, всех цветов радуги. Я внимательно оглядела будущих спутников и уверенно цапнула в пригоршню одного из них: маленькую ракушку невзрачного серого цвета.

- Не притворяйся ветошью, Эндрю, я знаю, что это ты, - сказала я тихонько, перекладывая ракушку из пригоршни в огромный карман длинной дорожной юбки.

«Хороша ты будешь с таким спутником», - отчетливо раздалось у меня в голове.

- Хороша-не хороша, не важно. Главное, что я тебя нашла, так что подумай уже о том, чтоб принять более привычную для меня форму.

«Превращаться в человека? Вот еще, мне лень. И вообще хорошо тут, у тебя в кармане. Тепло, темно, можно поваляться и поспать. Лучше, чем в морской зале».

Последние слова Эндрю пробормотал уже сонным голосом, и я решила к нему пока не приставать. Пусть спит, представитель племени Волян.

***

Спутники нужны магам-дорожникам примерно так же, как покорителям пустыни – фляжка с водой. Первые даже лучше: они сами могут превратиться в воду, хотя ни один маг в здравом уме и трезвой памяти не станет их об этом просить. Точнее, я и мои друзья из магической школы Парсека не станут точно. Убивать спутника, чтобы один раз напиться – это не целесообразно. Ведь вслед за жарой придет холод, и спутник уже не сможет стать костром, чтобы согреть твои продрогшие кости.

Так думают мои друзья. Что по этому поводу думаю я, дорожный маг Ксаверия Рау, им знать не обязательно. Потому что слова «не гуманно» в их лексиконе нет вообще. А о том, чтобы дорожный маг и его спутник становились друзьями, можно прочитать только в сказках, которые изучаются в третьем классе магической школы. А потом прочно забываются, как и вся прочая не применимая в жизни информация.

Маг, родившийся со способностью к превращениям, автоматически попадает в «казарму», чтобы по достижении совершеннолетия служить спутником для магов-дорожников. Спутник может превратиться практически в любой предмет обихода, а так же в растение и животное. В казарме эти способности совершенствуются, потом старшеклассники проходят практику: отправляются в путешествие со старыми дорожниками. После выпуска их ждут постоянные «командировки» - от недели до нескольких лет – за это время, будучи предметами, спутники часто забывают, как это вообще – быть человеком.

С Эндрю я познакомилась, когда ему было шестнадцать, а мне – двадцать четыре. Мой учитель заболел, и его спутнику пришлось проходить практику со мной, его лучшей подопечной. Задание у меня было легкое: проследить за всходами озимых в нескольких деревнях. Погода стояла не по-апрельски теплая, так что мне и делать-то практически ничего не пришлось, обо всем позаботилась сама природа. Поэтому очень много времени я проводила в лесу, около своей палатки с лютней или на берегу реки, а также непосредственно в оной, так как люблю плавать даже в не слишком теплой воде.

Спутник мой сначала прикидывался ветошью, то есть, костром, ведром для воды и прочей хозяйственной утварью, но мне было гораздо приятнее иметь собеседника, нежели тупо молчащий предмет, так что я разговорила его, и большую часть пути Эндрю прошел со мной как человек. Пару раз я словила несколько неприязненных взглядов от встречных дорожников – дескать, балую спутника, распускаю, но мне было на них наплевать. Я Ксаверия Рау, дочь известного на Бете-1 мага-дорожника Михеля Рау, сестра Тарабаса, и мне все равно, что там обо мне подумает пара пожилых коллег.


***
Проснулась я в пыльном классе когда-то родной школы. Не то чтобы у меня не было денег на гостиницу, но лишние траты были ни к чему. Эндрю так и проспал ракушкой у меня в юбочном кармане всю ночь, а одна я могла и поэкономить. В общем-то, я так и думала, что он не захочет превращаться ночью в человека, поэтому и уговорила сторожа Парсека пустить меня на ночлег в одну из классных комнат. Еще одна ночь на дорожном матрасе – ну и ладно, главное, не опоздать к казарме на общий парад.

Не люблю я эту процедуру предъявления спутника всему миру, да деваться некуда. Тут ведь еще и отчет, куда иду, по какому заданию, на которое время. Парад собирает жителей Парсека и окрестных городов, это укрепляет позиции дорожников не только на Бете-1, но и на соседних с ней планетках, где действует нехитрая наша магия. Так что – надевай, Ксаверия, парадное платье, расчешись получше, чтоб волосы не выглядели конской гривой, и топай к казарме в темпе роста огурцов в дождливый период.

Перекладывая ракушку в парадное одеяние, я немного подержала ее в руках, погладила пальцем ее гладкую глянцевую поверхность.

- Может, перед парадом ты все-таки станешь человеком, Эндрю?
«Хммм… Может и стану, если захочу. План покажет. Лучше погладь меня еще и положи в прекрасный темный карман».

- А вот нет у меня карманов на парадном платье. Будешь за лифом лежать, ракушка ты эдакая.

«Честь какая…», - ответствовал Эндрю сонным голосом и, кажется, снова задрых.

Как заметила я, огибая толпу около ворот казармы, спутники не баловали дорожников разнообразием своих парадных личин. Почти все, как были ракушками, так и остались. А что? Вещь маленькая, но хрупкая, требует осторожности в обращении, учит, так сказать, нас жить. Спутники, устраивая наш дорожный быт, полжизни проводят в нечеловеческом облике, иногда забывая, как это – говорить, ходить, радоваться, должны и мы немного позаботиться о них.

Есть, правда, среди них любители превращаться во что ни попадя. Вон Берте опять не повезло: рядом с ней стоит огромная хрустальная ваза в ее рост, зато Киврил, как обычно поутру, согрета теплым шерстяным плащом: ее спутник относится к ней хорошо и даже больше. Влившись с заднего двора в нестройные ряды дорожников, я заняла привычное место рядом с удачливой магичкой, извлекла своего спутника из лифа и положила его на тарелочку. Эта процедура вызвала улыбки у стоящих рядом девушек и одного юноши в очках, который держал на руках домашнего вида пушистую серую кошку.

- Эндрю, - прошептала я, - как настроение?
«Неплохо», - ответил он. В его интонации я уловила желание как следует потянуться.
- Может быть, порадуешь меня? – продолжила я диалог.
«А почему бы и нет», - раздумчиво протянул мой спутник, и в руках у меня оказалось… большое, теплое, но абсолютно легкое по весу одеяло.

Вокруг меня раздались сдавленные смешки, на которые, впрочем, мне реагировать не захотелось совсем. В порыве охватившей меня нежности я зарылась носом в одеяло, поглаживая ладонями скрытые миру складки предмета моего магического обихода.

«Эндрю… Какой же ты теплый… Мой старый, добрый Эндрю вернулся…»

«Именно, старый, уже песок сыплется», - ворчливо заметил мой спутник, и с одеяла, действительно, скатилась струйка речного песка.

«Ничего, я позову вашего дворника Циу, он приберет. Как же я рада, что ты снова со мной, Эндрю».

Можешь сколько угодно теперь ворчать и выражать недовольство, мой дорогой спутник, мне это до лампады. Ты мог ведь превратиться в таракана, клюшку для гольфа или какой-нибудь другой несимпатичный мне предмет или существо. А ты выбрал
одеяло, и это так здорово, что ты даже представить не можешь!