Есть в Тель-Авиве место, кто не знает.
Бетон и стекло, шесть этажей.
На это место, кто ни приезжает.
Любовь на век...иль проклинает
Шесть ада и рая крутых виражей.
Забыть уже не может...ты хоть убей.

Тахана...три года жизни здесь прошли.
Когда пришел, ты тихо умирала.
Но час пробил и мы тебя нашли.
Построили...ты ожила и мы ушли.
С тех пор ни днем ни ночью жизнь не затихала.

Клочок земли, здесь все клочками.
Вокруг орут, крик в воздухе повис.
Народ течет, шуршит ногами.
Река людей плывет, гребет руками.
Толпой на эскалатор и водопадом вниз.

Шестой этаж и царь здесь Шмулик.
Кричит: ”Здесь лучший в мире бублик,
Бесплатно-дырка от него.
Один на шекель, шиш на рублик.”
И запах кофе...повсюду аромат его.

На пятом этаже шуарма, шашлыки.
Здесь очередь и дым в глаза и даже в уши.
И только эфиопы чудаки.
Сказать точнее, просто мудаки.
Купили у бухарских “Made in Japan” суши.

На этаже четвертом рынок или шук.
Здесь барахло на любой доход.
Но не слушай одесских подруг
И не покупай из грязных рук
“Итальянскую” обувь с фабрики “Скороход”.

На третьем, в углу-центр культуры.
Никогда не поверишь, хоть тресни.
Поют филиппинки без всякой халтуры
И что удивительно без партитуры
На идиш кибуцкие песни.

Этаж второй похож на Брод-вей.
Шекспир круглый год и очень занятно.
Берите билеты, садитесь скорей.
Отелло сегодня-бакинский еврей.
Душит кошерно понятно.

Первый-салон красоты, парикмахерские, массаж.
Все делают свой шахер-махер....
Каждый второй цирюльник-наш
И трудно выбрать который ваш.
Здесь в каждой семье кто-то был парикмахер.

А прямо напротив-Барокко.
День открытых дверей.
С музыкой Марокко.
В районе красных фонарей.

Наши девочки и мат...и так все мило.
У махона пьют румыны пиво
И поят пивом белых голубей.
Как вспоминаю-плачу....ты хоть убей.