Не успела я сообщить: "Райдуга, это жестоко. Меня тогда из спортзала вынесут..." как кое-что произошло.

Шпагат это здорово. Особенно продольный. С поперечным в какой-то момент стало туго. Правую ногу не сводило, не тянуло, она просто в какой-то момент начинала так болеть, что мне казалось что я с пола не встану. И это при том, что в тот момент моя пятка не стукалась о нижнюю розетку. Я не очень понимала в чем дело. И надеялась на чудо. Левая стремилась к полу, а правая продолжала буксовать. После шестого занятия мне волей-неволей пришлось искать причину. С левой все всегда было более или менее ясно: классе этак девятом я очень здорово расшиблась. С тех пор бедро периодически выдавало серенады, рулады и оды мазохизму. Но правая? Через неделю серьезных мыслительных процессов принимая душ, я с легким удивлением словно в первый раз разглядела на ноге белое пятнышко. И сразу вспомнила его происхождение.

Очень-очень-очень давно я была милой девочкой с хвостиками и безразличными родителями. Плюс весьма низкий порог чувствительности. Поэтому один из милых дядечек, что жили тогда в нашем доме, а сейчас неизвестно где пребывают, с ужасом спросил, что за лужица красного около меня. Потом побледнел, схватил меня за руку и поволок к себе домой обрабатывать рану. В те чудесные дни большинство наших лавочек представляли металлические ножки и одну две деревяшки, крепящиеся при помощь штырей в длину сантиметров десять. Мне повезло я узнала, что от проникновения металла внутрь человека он не оживает и волшебных свойств не передает.

Милая жена дядечки рану перевязала, обезболивающим меня накачала и я пошла домой. Или может не пошла. Во всяком случае мои родители очухались где-то через неделю, когда уже все стало заживать, а потому к врачу меня решили не вести: хожу ведь? чего заморачиваться... И я бы так и проходила, если бы не шпагаты. Я помучила Самую на тему к какому врачу бежать и вообще можно ли улучшить ситуацию в столь запущенном случае, после чего решила подождать - авось пронесет. Не пронесло.

Сегодня эта подкожная невидимая сволочь с хлопком лопнула и нога отказалась сгибаться практически совсем. И это при том, что обычно у меня наибольший болевой эффект наступает на следующий день к обеду. Ира меня кое-как дотянула, причем отказавшись от помощи, это раз, и недоуменно глядя на ногу, что раньше упиралась коленкой в нос, а теперь даже под её весом не шла дальше 90 градусов, это два. Ну да, ей я о своих размышлениях рассказать не успела. Замкнутая я девушка.

В-общем, я как всегда надеюсь, что оно заживет само до четверга (желательно в это раз, что бы там все правильно срослось) и стараюсь избегать лестниц. Ухожу делать домашнюю работу по работе.