- Произведение должно быть простым.
- Как "дважды два - четыре?"
- Почему нет? Центром произведения может стать что угодно. Возьми любую вещь...
- ...И наверти побольше банальностей?
- Почему? Непра...
- Погоди, не перебивай, - он двинул собеседнику наполненную рюмку, взял свою.
- За творчество. Погоди, выпей сначала.
Выпили.
- Послушай, брат писатель. Всё, что мы можем напридумывать вокруг отдельно взятой вещи - это ремесленничество. Это для прокорма, или из спортивного интереса: "я могу". А творчество, настоящее творчество - это переживание, именно оно первично, вещи - декорации, герои - наглядные пособия для отображения чувств. И чувства должны идти от сердца. И нужно избегать банальностей, интересных лишь читателям глянцевых журналов, которые не знают, что такое литература. Нужно писать новое...
- Новое? А вот теперь я скажу. Написал я тут "новое". Перечитал пару раз. Думаю, где-то уже это видел. Забил в поисковик пару своих фраз, и знаешь, сколько ссылок нашел? Может написано частями, слова где-то другие. Но всё написано уже. И, кстати, ты сам давно новое-то писал?
Его собеседник отвернулся и посмотрел в окно.

- Ничего, если я продолжу? - писатель поставил обратно покатившуюся под столом пустую бутылку, - Понимаешь, литература - это то, что заставляет человека задумываться, плюс язык. Нужно уметь писать о низменном не пошло, а о сложном - ясно.
- И по-разному - об одном и том же?
- Если Вам будет угодно, господин поэт. На самом деле, "искреннее", о котором ты говоришь, это не обязательно "новое". Но обязательно - интересное.
- Интересное кому? Самому себе или обывателю?
- Не ставь себя выше людей, дружище. Интересно должно быть читателю, и от того, насколько хорошо ты сумеешь подать ему свою историю зависит, насколько серьезно он воспримет мысли, которые ты в эту историю вложишь, и неважно, где ты публикуешься - в книге, или в сети.
- То, что сегодня интересно читателю - это ThreeFM.
- "Свободное радио"?
- Это fast-food-for-mind. То, что разные там Минетовы пишут. У них единственное умение – умение продать свой товар, дерьмо свое пропиарить. А я обманывать людей не могу. А значит и книгу свою, если она конечно будет, не продам. А значит – не важно, что я пишу. И как пишу.
- Слова, – писатель хотел сказать: "слова неудачника", но сдержался, - Ты всегда был максималист, по-моему так жить слишком тяжело. А хорошая литература своего читателя всегда найдет. И если не сейчас, то завтра.
- Как говорится: "талант в человеке обнаруживают после вскрытия".
- Отлично сказано, наливай. За талант и выпьем. Только мне – полрюмки, я за рулем.
- Так оставайся, я себе на раскладушке постелю.
- Меня жена дома ждет.
- Она тебя живого ждет, а не мертвого.
- Не уверен.
Поэт отставил рюмку.
- Что, всё так плохо?
- Знаешь, любому писателю, - писатель ухмыльнулся, - или поэту, для произведения нужен сюжет, простой или сложный. Но этот сюжет тебя не касается.
- Хорошо, как скажешь. Но я бы ему морду набил.
- Ты меня учить будешь, что мне делать?
- Ладно, проехали. Пей давай.
Водка ушла по назначению.
- Сюжет произведения - это лишь подготовка к финалу, - сказал писатель.
- Не скажи, бывает такой сюжет, что финал не нужен, - возразил поэт.
- Мне сейчас никакой финал не нужен.
- Самое страшное, что только может быть - это не то, что Бога нет, а то, что он есть, и он полный му...
- Кстати, - перебил его писатель, закусывая, - а ты стишок-то свой дописал, про Ктулху?
- Не, осталось где было.
- Это где он на работу приехал? "Нету тоскливей занятья, чем хавать мозги идиотов. Но жена хочет новое платье, а значит работа, работа..." По-моему - отлично, очень смешно.
- А по-моему – глупо. Но ты меня хвали, хвали, и я оставлю тебя в живых, когда захвачу планету, - улыбнулся поэт.
- Ладно, наливай ещё одну, и я поеду.
- Э-э, погоди, подумай лучше: поедешь бухой, остановит тебя гибедедовец, оштрафует тебя тыщ на двадцать...
- У меня всего две.
- Значит – права отымеет. А если останешься, мы всего штуку пропьем, прикинь – экономия!
- Сам придумал?
- Не, в интернете прочел.
- Вот видишь, какая польза от старых сюжетов!
- В сюжет старый, скрытая в нем идея – новая.
- И в чем эта новая идея?
- Ноль пять, или ноль семь?
- Хм, - писатель поднялся, - обсудим по дороге.
- Заметано, - согласился поэт.