В который раз Амур, пресытившись любовью
Богинь Олимпа и Земли прекрасных дев,
На край Вселенной был готов лететь за новью,
Что увлечёт его безмерно... Не задев

Метеоритов грозный отблеск, на Сатурне
Он приземлился, присатурнился едва,
Как оказался в окруженьи сонма гурий
Средь ледяных холмов у озера... Трава

Там не росла, там не цвели цветы, деревья
Не зеленели... Всё, чем славится Олимп,
Не находил он здесь, но сладки были трели
Тех голосов у белоснежных, чудных нимф!

Сверкало озеро сапфиром драгоценным,
Холмы искрились, как шлифованный алмаз;
Но не найдётся столько льда во всей Вселенной,
Как на Сатурне! Здесь тебе не до проказ,

Мой милый Ангел! Но Амур стрелою меткой
Решил всех дев пронзить, любовью воспылав;
(Возьми, малыш, себе всё это на заметку!)
Пронзила каждую из дев его стрела.

Сапфироокие, с пушистыми телами
И с волосами, точно нити серебра,
Те девы были так прекрасны! Между нами,
Амур, как мальчик, в них влюбился! Не игра

Теперь порыв его... Но девы беспристрастны
К избытку чувств, что Олимпиец не таил.
Он поражён! Они же пели: "Как прекрасно,
Что наши души Бог-Творец из льда слепил!

Мы не подвержены гниенью или тленью;
Нам иней – брат! Любой огонь погасит лёд,
Что в наших душах и телах..." То песнопенье
По сердцу бога будто тернием скребёт.

Кудрявый мальчик на Олимп ни с чем вернулся,
В слезах к Венере он в отчаяньи припал,
Винил Сатурна гордых дев: "В них даже пульса
Я не нашёл! Зачем на тот Сатурн летал?!"

Какая мать не пожалеет сердце сына?
"Неблагодарные!", - пришла Венера в гнев, -
"Так обратитесь вы цветами, что красивы,
Но так безжизненны!" С тех пор не стало дев.

Так появился, будто созданный из воска,
Цветок Камелии: безжизненно красив,
Подобный розе без шипов, он яркий, броский.
Но кто б возлюбленной Камелии носил?

Прельщая всех, но без души, без аромата,
Так восхитительна средь глянцевых листов!
И ты в Камелию бывал влюблен когда-то?
Оставь надежды, ведь она - Принцесса Снов...