Оказывается, что это до сих пор есть. Не все эгоистичны и ориентируются исключительно на себя.

- У меня умирает одноклассница – прозвучал в телефонной трубке мальчишеский голос. – Пожалуйста, помогите нам спасти ее!

- Нам – это кому? – немного опешила я.

- Одноклассникам Риты Алькаевой из одиннадцатого класса 405-й школы Восточного административного округа Москвы! – отрапортовал парень. – Мы всем классом собираем, всей школой! Даже младшеклашки поделки свои продают на ярмарке, чтобы денег на лечение добыть. Мы все пошли работать – раздаем рекламные листовки обувного магазина. А еще концерт благотворительный подготовили, и зал в префектуре под него выбили, чтобы все жители района «Ивановское» могли прийти. Билеты распространяем, уже 400 штук продали! А еще флешмоб организовали – уличный танец, который иллюстрирует историю больной девочки, которую спасают друзья. Мы его в футболках с портретом Риты исполняем. А еще мы сказали родителям, что выпускной нам не нужен! Ни костюмы, ни бальные платья, ни праздник… Все деньги – Рите, ей нужнее! Как мы будем праздновать, если она умрет? Ведь российские врачи уже отказались лечить ее. Теперь только один шанс – Германия! Разве может человек в 17 лет умереть?

Полностью по ссылке.

Реакция журналистки что-то задела внутри. Какие же мы стали подозрительные, не верящие, ждущие обмана с любой стороны. Через всю статью отдельной строкой пробивается недоверие, проверка на подлинность, попытки поймать на вранье. Мы стали хуже. И мы стали опаснее, т.к. не верим. Никому не верим. И ничего поэтому не делаем.