Настроение сейчас - в норме...
Джастис, я спать очень хочу после прогулки, но я прекрасно отдаю себе отчет в том, что если я не покажу здесь обещанный кусок опупеи из фандомовского творения, то я передумаю и не покажу вообще. Поэтому лови:
"Твою то мать... Сколько ж раз я это уже слышала и сколько раз ещё услышу. И не раз сама такой же идиотской истерике предавалась. Так, включаемся. Включаемся я тебе говорю! Тебе осточертело, но ей надо. Хотя, что ты можешь ей сказать? Даже не помочь, а сказать? Ну, посмотрим.
- Ты не понимаешь! - включилась, услышала. Крик. Третий круг слёз.
- Конечно, - спокойно отвечаю. - Ты же даже не пытаешься мне объяснить в чём заключается такая громкая трагедия.
Закуриваю сигарету. Дым... он, знаете ли, успокаивает. И руки заняты: одна зажигалку вертит, в другой зажата сигарета. А то соблазн появляется. Схватить за плечи и встряхнуть, как следует. А то и по щекам пройтись, лишь бы прекратить эту затяжную истерику.
- Он ушёл! Он совсем ушёл! Навсегда... - рыдания становятся тише, голова падает на руки, руки на колени.
- Ну и что? Бывает. - мерзотно, но правдиво.
- Мне плохо! Плохо, сука ты бессердечная! Тебе не понять! Ты вообще любила хоть раз?! Я жить не хочу!
- Жить хочешь. В противном случае не ревела бы тут, а безобразной лужей по асфальту растекалась. Ну а насчет не любила... - пауза. Затянуться едким дымом. Посмотреть на потолок. Усмехнуться. Рассказать, как я так же рыдала и билась в истерике? Как сползала на пол от бессилия, от невозможности изменить случившееся? От невозможности унять этот поток из глаз, солью разъедающий и веру, и надежду, и главную причину - любовь? Ну уж нет. Никогда. Стыдно.
- Знаешь что..., - говорю я, утрамбовывая остатки сигареты об пепельницу. Всё я понимаю. Не ты первая, не ты последняя. Но есть одна деталь. Я уже знаю, что есть. Ты пока нет. И всё же. Поверь, всё проходит. Я знаю, что всё проходит. И время и правда лечит. И даже не вздумай пропищать, что я не по-настоящему любила. По-настоящему. Больно? Больно. Но это не навсегда. Боль уйдёт, чувство умрёт, но в конце поминок тебя будет ждать охренительный подарок: мир станет открыт для тебя во всей полноте красок.
- Ха, типа любовь слепа, да? - саркастически смеёшься. Уже хорошо.
- Именно. Слепа. Ты заключила всё в одно. В человека, которого любила. Растворилась в нём, исчезла. И исчезло всё, что окружало тебя. Потеряло яркость, превратилось в тень от твоего псевдосчастия. Давай попробуем вернуться к этому разговору о том, что есть любовь попозже. Через год. Если ты не умудришься по-новой вляпаться в "чистое и светлое". А сейчас всё бесполезно: слова, жесты, попытки в чём-то помочь...
Да, я знаю, что очень больно. И я знаю, что ничем я тебе помочь в данный момент не могу. Только слушать, о чём кричит твоё раненное сердце, и гладить по голове. Говори, плачь, кричи, но только не держи это в себе. Пусть выйдет. А я побуду с тобой. "
На самом деле очень спорный вопрос. И было сложно написать этот кусок именно так, как требовал сюжет рассказа. Ну, сложно для меня моя роль в этот раз идёт. Но, вот как-то так..
О концерте Дайверсов и дальнейших приколах - завтра)).
