Философское отношение (лишенное эмоций, иными словами) к жизни и смерти—красивая мишура, скрывающая дикий страх. И осознание того, что смерть неизбежна, никак не влияет на удручающее ощущение—ощущение близкой смерти.
Года два назад я могла позволить себе смеяться над мамиными переживаниями: как это я при астме хожу без ингалятора. Но сегодня мне стало страшно. Очень страшно. Потому что в старом-старом лесу, где много лет не было руки лесника, где нет тропинок, где ближайший пункт цивилизации—машина в 2-3 км по полосе препятствий (скользкий стволы под ногами, сучковатые, завалившие все кругом, крутой склон и прочие прелести джунглей), а за ней (машиной) бескрайние ебеня. И никакого намека на тройчатку или ингалятор. Мне стало страшно.
Настолько, что я уже попрощалась со свинцовым небом и высоченными дубами, березами и соснами. Больше я в такие глухие леса ни за какими грибами, ягодами и даже кладами Наполеона ни ногой. Потому что жить мне хочется. При всем фатализме.
 Берегите себя.