Следственная практика позапрошлого столетия изобиловала делами, связанными с проявлением действия потусторонних сил, которые иногда помогали раскрывать преступления, особенно убийства. Любопытно, что эти силы часто появлялись в совершенно ординарной обстановке и становились действующими лицами преступлений, совершаемых на бытовой почве.

В те далекие времена следователи большей частью были людьми верующими, и такие явления они расценивали не как чудеса, а как проявления Божьей воли, без сомнений внося в протоколы показания свидетелей и потерпевших о чертях, ведьмах, кладбищенских упырях, о различных видениях и снах.

В 1879 году тифлисскому прокурору Костенскому пришлось разбирать одно весьма странное дело об убийстве. Суть приключившейся истории состояла в следующем.

В молоканском предместье Тифлиса жила с двумя дочерьми и восемнадцатилетним сыном-пьяницей вдова Кузьмина. Однажды вечером она крупно поскандалила с сыном, очередной раз требовавшим у нее денег на водку. Не получив ни копейки, он обиженно хлопнул дверью и растворился в вечерних сумерках.

Вдова до поздней ночи не ложилась — все ждала сына. Но тот так и не появился. Около часа ночи ей послышались шаги за окном, скрип калитки, лязганье запоров и стук двери в доме. Кузьмина, набросив платок, выбежала на улицу, но там никого не было. В мертвенно бледном свете Луны она увидела, что собака, мелко дрожа и жалобно скуля, забивается в будку. Постояв минуту и окликая сына, вдова решила, что пора ложиться спать, «а то так и с ума сойти можно».

Одолеваемая недобрыми предчувствиями, Кузьмина уснула нескоро. Но как только нахлынула первая волна сна, она услышала голос сына и увидела его самого. Он звал ее к себе, оправдывался, что сам прийти не может, плакал.
Женщина с трудом дождалась утра. Она обошла все духаны и трактиры, но сына нигде не было. Возвращаясь домой, усталая, измученная бессонной ночью, она зашла в харчевню, расположенную рядом с ее домом. Там по случаю какого-то праздника собралось много народу. Но сына и здесь никто не видел. Плача, она медленно пошла домой. Несколько посетителей и хозяин харчевни пошли за женщиной, стараясь ее успокоить.

Неожиданно всеобщее внимание привлек стук двери на чердаке харчевни. Вдова подняла глаза и пронзительно выкрикнула имя сына. Собравшиеся видели лишь странным образом открывающуюся и с силой закрывающуюся дверь, будто кто-то невидимый пытался сорвать ее с петель. Вдова же утверждала, что видела в дверном проеме сына и он жестом звал ее на чердак.

Мать стремительно взбежала по деревянной лестнице, за ней бросились остальные. Поднявшись наверх, они оказались в большой комнате перед тремя закрытыми дверьми. Люди в нерешительности столпились перед ними, не зная, что делать дальше. Вдруг средняя дверь раскрылась, и толпа во главе с вдовой бросилась туда.

Помещение, куда ворвались люди, было наполовину завалено сеном. Под ним и обнаружили труп Кузьмина-младшего. Несчастная женщина, лишившись чувств, упала на пол. К ней бросился вызванный кем-то жандарм, но его внимание отвлек неприятный булькающий звук, который издавал хозяин харчевни. Его лицо было налито кровью, из выпученных глаз текли слезы. Ртом, как выброшенная на берег рыба, он хватал воздух.

Размахивая руками, хозяин упал на колени и признался в убийстве юноши, которого хотел ограбить, предварительно напоив до бессознательного состояния.

Интересно, что в судебных документах появление невидимого призрака рассматривалось как факт, подтверждающий вину убийцы.

Другая история произошла в селе Петровка Черниговской губернии, неподалеку от Козельца. В конце марта 1869 года здесь пропала без вести крестьянка Фотина Костенкова. Приезжавший для расследования этого происшествия следователь из Козельца уехал ни с чем. В этом же селе, но на другом конце, жила с родителями двенадцатилетняя девочка Н. И вот однажды, в ночь с 14 на 15 ноября ей приснился странный сон. Будто бы пришла к ней Фотина и попросила кусок хлеба, но девочка ей не дала.

— У меня у самой мало хлеба, ты гораздо богаче меня, да еще и хлеба просишь, — сказала она и добавила: — Фотина, а где ты сейчас живешь?

— Я живу в пустой хате, в тесном месте под лавкой. Сходи и скажи моему сыну, пусть меня ищет.

Утром девочка рассказала сон родителям. Те передали его содержание сыну Фотины. Взяв заступ и пригласив пристава со свидетелями, Костенков отправился на место, указанное Фотиной. Копнув под лавкой, он обнаружил ноги матери.

— Что это?! — в ужасе вскричал Костенков.

Стали копать дальше. Жена Костенкова начала заметно нервничать, а через несколько мгновений, перекрестившись, призналась приставу в убийстве свекрови. Все произошло случайно. Поссорились, стали «толкаться», свекровь упала и, ударившись виском об угол лавки, умерла. Перепуганная невестка закопала ее под лавкой.