О тебе не выходит прозой, как будто ты сделан из какой-то небесной стали,
О тебе, наверное, уже столько всего и спели, и написали,
И исписали все свои души, и выжгли все твои знаки, и вышли все мои сроки,
Ты кидаешь сердца как вещи, только вот на места ли,
Кричишь: Да, я, черт возьми, идеален, ну что вы ко мне пристали?
И как в бреду: Возьмите себя, возьмите себя, возьмите же себя в руки,
Вы только посмотрите на ваши строки, что скажут внуки,
Если дети из уважения промолчат. Постучат по столу, оглЯнутся на пороге,
Сдадут вас мне на поруки, посмотрят как на волчат -
Вроде и жалко расстреливать, а если покажут зубы и закричат?

О тебе бывает снится всякая ересь, абсурдная пьеса, несвязная ерунда,
Куда не кинься, везде тупик и везде беда
И страшно наутро, и чудится, как звенишь ты, как сам срываешься от сна,
Пьешь мятный чай с клубникой и улыбаешься в два ряда,
И думается тогда, что весна пришла, это просто пришла весна,
Ты его не любишь и чертовски с собой честна.
Это просто недоразумение и глупость, и все забудется поутру,
Только ты понимаешь, что он тебе по нутру и только он тебе по нутру.
А это уже страшно, когда зависимость похлеще, чем от кофе или от чая,
Когда можешь писать романы о том, как ты по нему скучаешь
И рисовать прогнившую собачую конуру
Как символ одиночества и печали – мол мне ничего так и не пообещали,
Но, наверное, я от этого не умру.

О тебе было выдумано так много, что я вряд ли смогу внести хоть какой-то вклад,
Разве что выдумать заново на свой лад,
Сочинить тебя, расписать твои сказочные глаза, точеные пальцы, кованые ключицы,
На манер сказаний или баллад, говорить о тебе много и все подряд,
А потом от тебя спрятаться и лечиться -
Пить таблетки, амфетамины, прочую гадость, гробить себя насквозь,
Бояться пошевельнуться, чтоб только не порвалось – и тогда обязано получиться.
О тебе – хотелось и не спалось, о тебе никогда не спится, правильно говорят.
И когда придет судный день, и я буду жалеть, что многого не сказала,
Рвала себя на куски, узлы на себе вязала, кто-то встанет и спросит меня из зала,
Любила ли я тебя, а сказать будет нечего и я просто пожму плечами –
Я, кажется, любила нас, пока мы молчали.