ХАНГА. Тогда такой проблемы вообще не было, было неприлично быть расистом. Ну, бывает бытовой расизм, он может быть неприятен, но он не страшен. И вообще если кто-то из ребят что-то и сказал, тут же получал подзатыльник, и на этом все проблемы заканчивались. Я испытывала неудобство в связи с цветом кожи, потому что я хотела быть такой, как все. Любой ребенок хочет быть похож на своих кумиров. А все кумиры были у меня… Как говорил Сталин: "Других писателей у меня для вас нет". Вот у меня других кумиров не было, все они были белые. Поэтому я страдала, потому что я хотела быть похожей на Анну Владимировну Дмитриеву… Вот здесь я страдала. И потом вот эти вот губы, вот этот вот нос, вот это вот всё другое, чужое, и это всё очень бросалось МНЕ в глаза. И поэтому мама, чтобы у меня не было комплекса неполноценности, выписывала из Америки журналы афроамериканские и показывала их и говорила: "Смотри какая модель красивая! Вот она красавица!". Я видела этих красивых женщин и бежала на улицу к своему другу Сашке и говорила: "Сашка, посмотри!". А он мне отвечал: "Слушай, это какой-то левый журнал, там все черные, ты его лучше убери и никому не показывай. Где белые люди?". Вот с этой точки зрения были действительно проблемы. Как были бы у любого ребенка, который, допустим полный очень, а он хочет быть худым, или очкарик… То есть это было чуть-чуть другое.

// http://www.rtvi.ru/anons/i/hanga1_a