Мальчик, пунцовея, стоял под деланно радушными взглядами скопившейся публики.
  - Достойный наследник растет! - гоготал Андрей Валерьевич, отцовский партнер по бизнесу. - Будет, кому продолжить славные отцовские традиции. Как там, в туманном Альбионе, не обижают?
  - Не обижают, - тихо ответил мальчик.
  - Ну, смотри, и дальше в обиду себя не давай, не позорь нас, русских. Ну, и учись, конечно, как следует. Ленка моя тоже подрастает, завтра как раз из штатов ждем. Надеюсь, с батькой твоим не рассоримся, пока повзрослеете!
  - Семейные трудовые традиции - это совковая придумка! - включился банкир Зверобоев, званый, как знал мальчик из недавно слышанного обрывка разговора, лишь по случаю нужды в кредите. - Ты давай, малец, по нашему, банковскому делу двигай!
  - А я считаю, что его будущее - в правовом образовании, - возразил начальник юридического отдела. - Без соответствующих знаний и ловкости в их применении никто из нас сейчас здесь не сидел бы. Сидели бы мы все в другом месте.
  - Ну, таких знатоков я сотню сразу могу купить, - обиделся на намек отец мальчика.
  Главный юрист, разглядевший свою неловкость и ощутивший некоторую угрозу, принялся изощренно, косвенно и в тоже время очевидно, извиняться. Известный писатель-юморист не замедлил воспользоваться возможностью вогнать дюжину не менее изысканных шпилек в светило корпоративной юриспруденции, защищая честь хозяина дома и таким образом отрабатывая поедаемые бутерброты. Про мальчика скоро забыли, примирившись и незаметно перейдя на деловые проблемы; повергнувший юриста юморист тоже не скучал, приступив к легкому флирту с умело декорированной эксклюзивной косметикой хозяйкой дома...
  Мальчик вернулся в свою обширную комнату, повернул ручку защелки и снвоа принялся за незаконченную бумажную модель станции "Мир".
  Мальчик хотел быть космонавтом.