Девятый появляется в одном из коридоров, ведущих в основную рубку. Он прекрасно понимает, что происходит, как и любой из команды Леонида, ему не занимать чутья, но...
Он не способен воспринимать то, что могу сейчас я. Ни он, ни Хмурый. Может, только драконы — Лео и Мэд — но я не уверена.

Один из информационных «хвостов» принёс тревожную новость. Они совсем близко. Одними манёврами не уйти. Они пресекут любую попытку бегства. А мне нужно, необходимо вывести Цетусинг на наши орбиты.

Быстрее, чем мысль, формируется импульс на одном из вражеских кораблей. Но замечаю я его, только когда начинают проламываться защитные программы скелета, вновь обрываются недавно восстановленные линии. И лишь следом за этим тянутся физические разрушения, прокладывая себе путь через живое и мёртвое, плоть и металл, смешивая стальное крошево и живую человеческую кровь.
Доли секунд между формированием импульса и тем, как проламываются переборки. По той траектории, где Хмурый. И Девятый.

Я вытягиваю у Цетусинга часть ресурсов, все возможные энергоканалы, выведенные в окрестностях отсека, задействованы. Хмурого сносит, вряд ли он понял, какой силой.
Тянусь за Девятым, слой за слоем вылепляя из пространства щит, способный изменить траекторию «якоря», которым нас пытаются подцепить, пространство дрожит на грани взрыва.
Девятый быстро оглядывается, и взгляд его настолько внимательный, словно смотрит сейчас прямо на меня, хотя я недостижима взгляду.

Время сгущается вслед за пространством вокруг него, и Девятый едва заметно кивает, может быть даже что-то поняв.