Дело начинало дудеть. Было понятно сразу, что вляпались мы по самое «не хочу», когда привычных створок не оказалось за нашей спиной. И как проморгали? Ладно я, отвлёкся, но Рыжая-то чего. Хотя никакой не посредственной опасности, строго говоря, и не было.

Решив хотя бы попытаться ухватиться за болтик, я крикнул Ехиде: – Что ты там всё нюхаешь?!
Та повернула голову в мою сторону, комично пожала плечами, стоя на четвереньках: – Читаю!
И снова отвернулась.

Так. Или галлюцинации, или не долечили. С тяжёлым вздохом я встал, пожал плечами на вопросительные взгляды двух остальных членов команды и пошёл шатающейся походкой к Ехиде.

На стене действительно были… Надписи? Гравюры? В общем, каким-то образом было что-то записано. Но не обычными чернилами или углём, а как-то ещё. Буквы словно были выдавлены с обратной стороны стены. Немного выпуклые.

– Общий язык… – шептал я, водя пальцами по буквам, – Может…
Странные надписи, в виде стихов, практически без рифм. Содержание было довольно сомнительным:

выхода нет как и рассвета
немного приглушённый мрак
такая жизнь такие смерти
хорошо умею писать

Или что-то в таком духе:

кусал ноги и шеи кусал
остатки ступней сержанта
и старлея ещё осталось
я пойду немного поем

Заметил одну странную закономерность: записи начинались на уровне глаз и были довольно ровными и осмысленными, но чем дальше вниз по стене, тем более неровными становились строчки и всё меньше в них оставалось смысла:

в стране завяли помидоры
мне завезли ещё бойцов
какой призыв какие бёдра
старлей орёт не ешь меня

Картина была ясной. Кто-то застрял здесь так же, как и мы. Видимо, они не смогли выбраться и включилось правило сильного. Кто успел, тот и съел. М-да… Только вот надписи покрывали стену, насколько хватало глаз. И это странно. Такой живучий попался?

Метров через пятьдесят, чтобы наверняка, я присел на корточки и с изумлением прочитал:

ты будешь грызть сырые пальцы
кончины видя пелену
такие хрусткие вкусняшки
одна проблема все твои

Пройдясь взглядом по остальными надписям на этом участке, не отметил ничего особенно интересного. Через четверть часа вдоль стены на карачках ползали уже мы вдвоём с Ехидой, остальные потешались над нами, не видя в этом никакого смысла. Рыжая пошла по новой простукивать плиты на предмет полостей, Ведьма пыталась сообразить некий гамак-страхующий-трос для новой попытки скалолазания. То есть, труболазания.

Никакой особенной ценности я, конечно, в этих бреднях сумасшедших, записанных на стене, не видел. Но всё же надеялся найти подсказку. Меня привлекла одна из записей:

мы будем там когда откроют
ворота ада в наш ангар
так сядем в поезд и уедем
пора почистить пулемёт

То есть, какие-то ворота всё-таки открываются с этой стороны. Смутная догадка грызла мозг, но никак не хотела становиться понятнее, оставаясь эфемерной и ускользающей. Это было почти физически больно — не понимать, что же я упускаю.