Начало этого поста подсказала жизнь. Я пришёл домой, сел за ноутбук, и сказал:
- Сейчас напишу о ван Гоге.
- Да ведь в книгах уже написано, - произнесли за моей спиной сокрушительную фразу.
- Я напишу то, что в книгах не написано, - ответил я.
На днях слушал Ираклия Андроникова, он рассказывал о Шаляпине. Он обратил внимание вот на что. Шаляпин - признанный гений, но при всём том, в его времена, да и потом, были певцы с более совершенными и более мощными голосами, чем он, однако, они остались в его тени. Почему? Почему, он – человек, уступавший им в природных данных, превзошёл их всех? Андроников говорил, что Шаляпин, вне сомнения, в совершенстве владел разнообразнейшим звуковым диапазоном. Кроме того, он был великий актёр, не игравший на сцене, а живший в образе. Фаина Раневская не любила слова – «играть», она считала, что играть можно в карты, а великий актёр должен на сцене жить. Поэтому, Андроников, перечисливший достоинства певца, самое главное оставил напоследок. Он сказал, что всё то, что было отпущено Шаляпину Богом, и в чём он многим уступал, он доводил до такой степени душевного накала, что его голос обретал новое качество и достигал необычайнейшей силы эмоционального воздействия.
Выдающийся мастер, это талант, плюс техническое совершенство и невероятная работоспособность. Есть, кстати, знаменитая фраза, что гений, это десять процентов таланта и девяносто процентов работоспособности. Думаю, многие из вас знают, что Лев Толстой в жизни, в устной речи был косноязычен, от чего в жизни очень страдал. Об этом он пишет в своих дневниках. Но гений, в отличие от великого мастера, это всё то, что было перечислено выше, но и… ещё что-то… Это – «ещё что-то» и есть самое интересное.
Уверен, что среди вас есть человек, который хотел бы мне сказать: «Всё это так, но согласись с очевидным – ван Гог плохо рисовал! Сбрось с себя наваждение! Посмотри на эти известные его работы…
Достаточно?.. А может, показать ещё его наброски крестьян сделаные в Гааге и Нюэнене?..
Это что, Рубенс, Рембранд, Дюрер, Рафаэль, Леонардо?.. Вот они были Гении с большой буквы. Но при чём здесь ван Гог? Ну, хорошо, у него есть «Подсолнухи». Очень мило написаны, но ведь это же не «Даная», не «Джоконда», не «Последний день Помпеи», а известны эти «Подсолнухи» так же, как известны «Даная» и «Джоконда» вместе взятые. В любой точке земли покажи его "Подсолнухи" и тебе скажут, кто автор... Так в чём же дело?..»
Да… Ну и вопросик мне задали!.. Ну что же, попытаемся разобраться. Но прежде, хочу рассказать одну историю из времён учёбы в Академии художеств. В Риге проходила выставка одного американского художника (сейчас не имеет значения, как его звали). Я только и слышал по поводу выставки – невероятно! восхитительно! совершенно новый подход! эпатаж! полная свобода выражения! новый уровень художественной выразительности! и т.д.… И я пошёл на выставку. То, что я там увидел, привело меня в полную оторопь. Я не увидел ни картин, ни скульптур… На стенах, в рамках под стеклом были письма художника, адресованные разным людям в разные страны, но были там и его письма тем, кого уже лет сто нет в живых. Это были необычные письма. Они одновременно были и письмами, и графическими работами, и комиксами и какими-то схемами, и живописными работами… Во что только они не трансформировались! Всё это меня развеселило. Ну и чушь!.. Вот тебе и мастер!..
Придя в Академию, я встретил в коридоре профессора и на его вопрос о том, как мне показалась выставка, начал со смехом рассказывать, какая чушь собачья там вывешена на стенах. Профессор меня слушал и улыбался, но по ходу разговора я вгляделся в его глаза и вдруг со всей очевидностью осознал, что профессор вовсе не разделяет моего мнения. Но самое обидное то, что он и не пытался мне возразить!.. Точно так же не пытаются возразить туземцу, который смеётся над монологом Гамлета.
Это воспоминание осталось во мне на всю жизнь, как урок, чтобы я не спешил в суждениях о том, чего не понял, а нашёл бы время подумать и разобраться…
Итак, ван Гог. Подойдём осторожно к этому уникальному явлению. Да, он не Рубенс и не Рафаэль. Но и они – не ван Гоги!.. Это удивительная история!..
С самого начала рисовал он откровенно слабо. Да и как он мог ещё рисовать, если вовсе не учился этому. Да, в Париже он потом пойдёт в студию, но эта студия ничего особо ему не даст. Говоря о ван Гоге, и пытаясь понять суть его гения, нужно двигаться очень сложными путями и говорить порой вовсе не о его картинах.
В жизни многих гениальных людей есть одна особенность – их творчество и их жизнь, не что-то отдельное друг от друга. Они составляют единое целое. Возьмём Александра Сергеевича Пушкина. Сейчас я буду в один ряд писать слова и обратите внимание, они для нас звучат равнозначно, всё это - цветы из одной вазы, или облака, плывущие в одном и том же небе… Вот такие слова…
Лицей, «Руслан и Людмила», няня, Михайловское, Анна Керн, «Я помню чудное мгновенье», Наталья Гончарова, «Онегин», «Борис Годунов», Дантес, дуэль, пуля, попавшая в живот, смерть… «Нет, весь я не умру — душа в заветной лире мой прах переживет и тленья убежит…»
Для меня, всё, что я перечислил и мог бы ещё бесконечно перечислять, явления одного порядка, это нечто целое и неразрывное. То же самое с Лермонтовым, Гоголем, Львом Толстым. Творчество и жизнь у них слиты в одно целое, и пронизаны единой кровеносной системой. Мы помним уход Толстого из дома и смерть его на станции Остапово, но мы помним это так же, как помним то, что происхдило с Вронским, Анной Карениной, Катюшей Масловой, Пьером… Нет ли у вас ощущения, что всю эту историю его ухода и смерти мы словно прочитали в каком-то из его романов?!.. Гениальный художник любого рода «пишет» не только на холсте, листе бумаги, не только выражает это в камне, как Роден, но он творит и в жизни…
Винсент ван Гог, это мятущаяся душа. Помните извивающиеся мазки позднего ван Гога? Вот такой была его душа, его жизнь и его судьба. Он не находит себе покоя и, поначалу, за что только не берётся! Он и служащий, и влюблённый и религиозный проповедник и продавец картин… За что он ни возьмётся, всякое занятие становится ему невыносимо. Зная его последующую целеустремлённость и фанатичность в работе, мы можем понять, что это были метания луча света в тёмном лабиринте в попытке найти выход, чтобы выскользнуть из тьмы, которая его душила и не давала покоя.
И только когда он взял в руку кисть, его судьба вышла на прямую, и обрела целеустремлённость камня выпущенного из бешено раскрученной пращи…
Да, ван Гога нельзя назвать выдающимся рисовальщиком, и он вовсе не стал бы гениальным художником, если бы остановился в развитии на допарижском уровне. Его работы того времени были темны, мрачны, монохромны. Давайте посмотрим некоторые из них…
«Едоки картофеля». Это вершина его допарижского периода. Если бы он так писал и дальше, то не было бы сегодняшнего поста. Вскоре после этого ван Гог едет в Антверпен, где берет уроки в Королевской академии искусств, но его переводят в младший класс, так как, согласно мнению учителей он совсем не умеет рисовать, что, в общем-то, соответствовало действительности.
Итак, пока художник рисует свои тёмные полотна, его гений зреет, но зреет он не в области рисования или живописи. Всё необходимое для дальнейшего проявления его гениальности, происходит в его жизни, душе и психике. Прежде всего, все события, происходящие с ним, способствуют всё большему напряжению его нервной системы.
Он влюбляется в свою кузину… Она вовсе не блистала красотой, и, поверьте, это ещё мягко сказано, есть её снимок, но она отвергает его!.. Винсент упорно мечтает о семейной жизни. Он, словно решает - ладно, если нельзя, как у людей, то хоть как-нибудь… Винсен пишет брату письмо, в котором сообщает, что намерен жениться на встреченной им на улице проститутке… Вы видели когда-нибудь на улице пьяную, беременную проститутку? Вот такую женщину он и избрал в качестве спутницы жизни. А что делать, раз он не достоин порядочной женищины… Он пишет:
«Этой зимой я встретил беременную женщину, оставленную человеком, от которого она носит ребенка. На холодных улицах, без крыши над головой, она была вынуждена зарабатывать себе на пропитание, сам понимаешь, каким способом. Эта женщина служила мне моделью целую зиму. Она могла принимать у меня ванну, и я кормил ее, насколько позволяли средства. Это весьма пошло ей на пользу. Я поехал с ней в лейденскую больницу, где ей предстоит рожать…»
Но в планы провидения не входит женитьба ван Гога, и проститутка по имени Класина Мария Хурник со смехом бросает его. Она считает его недостойным себя…
Ван-Гог живёт в одиночестве, вдали от дома и близких. Впрочем, их у него нет, кроме брата Тео и друга - художника Пьера Бонара, но его с ними связывают только письма. Его одиночество было реальным и постоянным.
И Винсент едет в Париж. К этому времени, в результате нервного напряжения, с ним что-то произошло. Произошло это, прежде всего в душе, в его физиологии, психике, мировосприятии и… (это очень важно!) как совокупность всего - визуальном видении мира. Он не распространяется об этом, так как пока и сам не осознаёт, что с ним происходит, но чисто внешне, это выразилось в том, что в Париже в его картины ворвались свет и цвет. Это происходит постепенно, по нарастающей. Давайте посмотрим на ван Гога в Париже…
Хочу вам показать ботинки, в которых он ходил по Парижу. Вы, я думаю, согласитесь, что одежда в большой мере определяет наше внутреннее состояние и степень раскованности. Представьте себя в такой обуви в центре Парижа!..
Итак, Париж позади. Но главное впереди. Всё готово для вспышки Сверхновой и для появления гения. Нервы накалены до предела, произошёл прорыв в его техническом мастерстве. Впереди поездка и жизнь в Арле, где собственно и произойдёт рождение подлинного ван Гога.
Но к этому времени случилось и кое-что ещё, к этому времени он начинает осознавать, что ни одна его работа не будет продана, и ни одна его работа не будет показана на выставке. Это очень важное осознание, повлиявшее на его дальнейший метод.
Человек ничего не делает просто так. На всё есть причины. Если я пишу этот пост, то для этого есть причины. Может, мне скучно сейчас, вот я и убиваю время… А может, мне хочется отклика живой души, и вся работа ведётся лишь для того, чтоб кто-то написал мне: «Виталий, привет!» А может, мне хочется поделиться мыслями, которые меня одолевали в последнее время… Я пишу и уверен, что хоть 20, 30 или 50 человек прочитают то, что я написал. А если бы я стопроцентно знал, что не прочитает никто? Как тогда выглядели бы все мои усилия? Они выглядели бы полным безумием. Но ведь именно так и работал ван Гог.
Но, нет, был один человек – его брат Тео. Начиная с Арля, на юге Франции, картины Винсента перестают быть, собственно, картинами, они становятся письмами к брату. А письма его становятся картинами. Художник через свои полотна, которые посылает брату, словно письма, сообщает, где он живёт, что он видит вокруг себя.
Сейчас вы прочитаете его слова из письма к брату, в которых он выражает тот стимул, что движет его творчеством. Это он понял уже давно, ещё в Гааге…
«Я не представляю себе иного пути и не прошу избавления от трудностей и тревог, а надеюсь только что они не станут для меня невыносимыми, чего не может произойти до тех пор, пока я работаю и сохраняю симпатии таких людей, как ты».
Пока есть Тео, Винсент будет писать свои картины-письма и будет выносить ту муку, которую он испытывает, живя в одиночестве и на те средства, что присылает ему брат.
Он сообщает, с какими чудесными и отзывчивыми людьми он познакомился по приезде в Арль…
Как хорошо дышать прохладной свежестью!.. Прежде он не любил писать снег, так как видел его в городах, где он быстро превращался в серую грязь. Но здесь, на просторах Арля, снег его очаровал. Даль на картинах Винсента не просто даль. Ощутите себя на миг внутри полотна, войдите в картину, почувствуйте прохладный ветер, пахнущий весной, и вглядитесь вдаль. Станьте на миг Винсентом. Там, далеко-далеко, живёт тот единственный друг, с которым вы сейчас говорите. За этой далью, единственная душа на свете, для которой вы не безразличны, там тот, кто вспоминает о вас и тот, о ком вы сами думаете непрестанно. Там тот, ради кого стоит работать и терпеть…
И сегодня, стоя среди деревьев, он почувствовал весну. Она в тёплом воздухе, который окутывает озарённые ещё слабым солнцем ветви деревьев, которые словно руки подняты вверх к небу в благодарной молитве. В небе быстро летят облака, и среди облаков проглядывает совсем уже летняя синева!..
В Арле произошла удивительная вещь – Винсент обрёл новое видение. Может, это результат той высшей точки духовного кипения, до которой дошла его душа, что в дальнейшем привело его к безумию, но именно здесь, а Арле, он увидел то, что не видит никто.
Я сейчас это объясню. Вы, наверное, замечали в своей жизни, что идёте вы по дороге, смотрите по сторонам, вроде, ни о чём особо и не думаете, но вдруг, как укол радости, вы чувствуете что-то похожее на счастье. Один миг и нет этого чувства. Мы пытаемся вспомнить, что же это было? Как это чувство вызвать снова?.. Почему оно появилось и почему пропало?
Дело в том что, когда мы идём по дороге и сморим по сторонам, мы неосознанно, через зрение, получаем много информации, она по большей части остаётся неосознанной, но воздействуя на какие-то центры, может внезапно влиять на наше настроение. На настроение влияет не только то, что мы видим, он и запахи, звуки вокруг нас и пр.
В результате особой восприимчивости, открывшейся у него, он увидел, что каждый цвет, несёт определённую эмоцию. Каждый цвет подобен звуку в музыке, на который реагирует душа. Точно так же, гениальный Артюр Рембо почувствовал, что каждый звук имеет цвет. Об этом он написал в своих «Озарениях».
В своих картинах ванн Гог, понявший, как тот или иной цвет воздействуют на нас, начинает использовать новый метод передачи настроения. Он становится очень тщателен в выборе цвета в картине, он не копирует природу, но ищет нужные соотношения цветов, чтобы добиться передачи зрителю (Тео) нужного настроения. Краски и цвета для Винсента, не просто краски и цвета, а определённые эмоции.
Из письма к брату:
«…В этой картине я пытался выразить неистовые человеческие страсти красным и зеленым цветом. Комната кроваво красная и глухо желтая с зеленым бильярдным столом посредине; четыре лимонно желтые лампы, излучающие оранжевый и зеленый. Всюду столкновение и контраст наиболее далеких друг от друга красного и зеленого; в фигурах бродяг, заснувших в пустой, печальной комнате, – фиолетового и синего. Кроваво красный и желто зеленый цвет бильярдного стола контрастирует, например, с нежно зеленым цветом прилавка, на котором стоит букет роз.
Белая куртка бодрствующего хозяина превращается в этом жерле ада в лимонно желтую и светится бледно зеленым...»
Художник в письме не просто перечисляет цвета, каждый цвет и их контраст – определённая эмоция! Для ван Гога нет цветов, а есть только эмоции, чувства.
Для наиболее полного восприятия полотен ван Гога, не требуется никакого интеллектуального напряжения, а только чистое созерцание и полная отдача, доверие. Точно так же мы полностью отдаёмся пилоту, пристёгиваясь в кабине самолёта к креслу, или пьём лекарство, прописанное доктором. Доктор Винсент гениален тем, что прекрасно чувствует, какой коктейль цветов, какая композиция и ракурс нужны для передачи нам нужного чувства. Просто надо смотреть, внимательно, с любовью и тогда картина откроется нам. Здесь всё точно так же, как в любви, ведь можно целовать походя, налету, не чувствуя ничего, кроме скуки и недоумения – да что же в этом особого!.. А можно целовать с любовью, испытывая счастье, и точно так же созерцать картину, живя в пространстве полотна художника, испытывая восторг перед его гением.
Вот, его "Подсолнухи", написанные в Париже.
Далее идёт Арль...
United States, private collection.
Проданы были вот эти "Подсолнухи". Перед этим работа была куплена за 34,5 миллионов долларов, а в последний раз за 40 миллионов.