Мне кажется когда-нибудь я сдохну... конечно в моих планах значится жить вечно и вечно дарить радость и тепло ближним своим, но все же... Конечно хотелось бы сдохнуть как-нибудь красиво, например под колесами кареты Петра 1, ну или на крайняк потерять голову в неравной схватке с зеркальцем заднего вида поезда, мчащегося на полном ходу на станцию Пролетарская. Но скорее всего это будет что-то очень неприятное, например в метро меня вытолкнет через закрытые двери, своей необъятной, затянутой в спортивные штаны или брюки двадцатилетней выдержки, жопой какой-нибудь пятидесятилетний мужичок советской закалки, источающий запах колбасы и темного пива, через закрытые двери с предупреждающей надписью "Не прислоняться". Для меня так и останется загадкой, на кой черт он вообще подошел ко мне в полупустом поезде. Возможно я занял его любимое место в вагоне, с которым у него связано столько романтических и трогательных переживаний начала 70-х.
С минуты на минуту, разъяренная толпа будет рвать меня на части! Они даже не станут слушать моих жалких, ничтожных оправданий. А ведь все, чего я хочу - чтобы меня не толкали плечом на эскалаторе! Поверьте, мои плечи отнюдь не как у Сильвестра Сталлоне, и по ширине, и по прочности не подходят. Поэтому стоя на эскалаторе и, упиваясь музыкой льющейся в меня из наушников, я не занимаю три четверти свободного пространства, и уж тем более не прошу, проходящих мимо меня продемонстрировать какие у них крутые, накаченные плечи! Я терплю раз, два........ пять тысяч сто восемьдесят один раз, но ведь всему хорошему приходит конец! И скорее всего, в один прекрасный день мне надоест быть эдаким поднимателем самооценки для больших злых дядек с маленькими трепещущими, в предвкушении столкновения со мной, пиписьками! А так как я не пресловутый Сильвестр Сталлоне, я не буду говорить что-то очень крутое и пафосное, типа "Эй гринго! Последнему кто толкал меня уже вороны выклевали глаза!". Скорее всего я сделаю что-то очень идиотское, например с криком "Да епвашумать!" ударю ногой ему в спину, у пусть гнида катится себе вниз, увлекая за собой в пучину боли всех впередиидущих, и мне ПО ХУЮ кто там будет! Беременные женщины, 78 летние бабушки (которых я кстати очень уважаю!) и маленькие дети на костылях! Мне уже будет все равно. С минуты на минуту, разъяренная толпа будет рвать меня на части! Они даже не станут слушать моих жалких, ничтожных оправданий...