Мои медитации на тему бунтарей и бунтарства активизировал (если это подобает медитациям вообще) Гюстав Флобер. Бунтующая Эмма занимала меня в течение нескольких месяцев, крича устами мужчины, своего автора. Цепочка мятежниц ведёт по дорогам Франции -Мопассан. Время часто идёт вспять - усы Флобера и Мопассана сменяются бакенбардами эпохи романтизма - эра литературных бунтарей мужского пола. Архетип - Прометей.
Снова из близи в даль.
От романтиков цепочка потянулась к Эсхилу, а затем к... демонам.
Прообраз бунтаря - демон. Сущность бунта - демоническая. Звучит вполне средневеково. Однако, это лишь стереотип.

Бунтари. Греческое слово "демон" приобрело отрицательный смысл только в поздней античности и в Средние века, - этим словом стали обозначать языческие сверхъестественные существа как злые.
Азазель — по верованиям древних евреев — демон пустыни. В известной книге Еноха Азазель — предводитель допотопных гигантов, восставших против бога. Он научил мужчин воевать, а женщин — искусству обмана, совратил людей в безбожие и научил их разврату. В конце концов он был привязан, по повелению бога, к пустынной скале. Так повествует апокрифическая литература.
Сравним: в трагедии Эсхила «Прометей прикованный» к мотиву похищения огня прибавилось изображение Прометея как первооткрывателя всех культурных благ, сделавших возможными достижения человеческой цивилизации.
Рассказ Прометея об "искусствах хитрых, им изобретённых": наряду с глобальными дарами значатся такие как "способы гаданий", "пророческие сны", "приметы дорожные".
Азазель - Прометей вообще очень интересная параллель. Помимо общей кары (прикованы к скале) их связывает мотив просветительства.

Итак, бунтарь. Атрибуты: Свобода или восстание. Гордость. Познание.
От Прометеев ведут свой род Фаусты.

Женские образы бунтарей имеют свои особенности. Но о них пока не расскажу. Тем более, что большинство литературных мятежниц воплощено мужчинами.
Как приверженец традиции предоставлю первое слово первому полу.