Решилась-таки составить конкуренцию самому правдивому рассказчику на свете, хоть и не имею баронского титула. Ах, будь я баронессой, со мной бы ничего подобного не произошло, конечно.
Итак, события, которые здесь будут описаны относятся к январю 2006 года. Воспоминания навеяны вот этим постом Теоретика.
Запускаю пробный шар. Если публике будет интересно, напишу продолжение



А началось всё с резкого похолодания. С утра ещё было -5, а к вечеру стало -20. Вот уж неизвестно, то ли от такого перепада, то ли ещё от чего, мой 15 недельный беременный живот почувствовал себя весьма скверно. К вечеру в страхе вызвали скорую. Могучий дяденька, выслушав жалобы и не опускаясь до осмотра вынес вердикт – в больницу. Я как всегда упиралась, но под давлением”пожалей ребенка, а вдруг чего, лучше перебдить и т.д.” сдалась.
Итак, как я уже сказала, был двадцатиградусный мороз. Меня препроводили в кузов раздолбанной калымаги, и мы поехали сквозь снег и ночь. Ехать было одиноко, холодно, больно и очень долго. Водитель и врач блаженно курили в теплой кабине.
Наконец, часа через полтора, машина остановилась. Эскулап распахнул дверь и любезно помог мне приземлиться. “Доктор, это уже Америка?”, - дрожащим голосом сострила я . “Нет, детка, ещё нет”, - ласково улыбнулся доктор и препроводил меня в приемный покой.
В темном коридоре корчилась восточная красавица с большим животом. Видно, схватки были уже довольно частыми, но они с мужем стеснялись требовать к себе внимания. Сделав это за них, и переждав, пока роженицу отправят наверх, я сумбурно что-то продиктовала девице из приемного покоя и меня-таки осмотрели. “Ох, не нравится мне твой бок. Это наверное аппендикс, прийдется резать!” Я похолодела.
В палату отделения паталогии я вошла в лучших традициях привидений – ровно с 12-м воображаемым ударом часов. Через некоторое время добрейшая медсестра поставила мне капельницу с десятой попытки, изуродовав мне вены, которые у меня, не буду скромничать, роскошные. Чтобы не попасть в такие нужен особый талант. Однако боль стихла и я отрубилась.
На следующее утро снаружи было – 37.