«Масленица в Лошадкином царстве… Спасение чучела Масленицы из лап лесной нечисти…»; «Интерактивная Масленица в индейской деревне…»; «Масленичный разгуляй в Суздале…»; «Празднование Широкой Масленицы в Ново-Иерусалимском монастыре, катание на лошадках, чаепитие, интерактивная программа…»; «Медовая Масленица в Древней Коломне… Масленичные гуляния с фольклорной программой на территории Горицкого монастыря…»; «Незабываемый семейный праздник Масленица в старинной средневековой крепости недалеко от м. Киевская…»; «Ковбойские игры на Масленицу. Хотите узнать как отдыхали ковбои на Диком Западе? Половить с помощью лассо мустангов? Пройти школу настоящего ковбоя и научиться виртуозно стрелять из пневматической винтовки? Цена — 1200 руб.»; «Широкая Масленица в селе Кацкарей… Автобусная экскурсия в уездный город Мышкин, с посещением музея мыши, музея ремесел и обедом в русской избе в селе Мартыново…»; «Масленичная сказка в средневековом Выборге…» и так далее…
Русь православная, блин… И даже уже не смешно — о том, что будет дальше, страшно даже помыслить, ибо свобода предпринимательства всегда оборачивается торговцами в храме. Представляю, какой спам посыплется чуть погодя, после Масленицы: «Великий пост в Освенциме. Постнее не бывает». Или: «В поисках утраченного Кулича. Пасха в Хургаде…». Батюшки светы, в общем. И попробуйте меня убедить, что так быть не может!
Праздник, конечно, языческий, но все ж вплетен в календарь христианской традиции по самое, скажем так, не балуйся. Лично я не вижу ничего патологического в том, что из него стараются выжать побольше бабок (это совершенно естественно и вполне нормально, нравится мне или нет). Убивает наповал другое — то, что из древней славянской традиции без зазрения совести выдергивают ее национальную суть, а пипл это спокойно хавает. Словосочетание «интерактивная Масленица» — самый крутой оксюморон из всех, мне встречавшихся. А как представлю «индейскую Масленицу», не говоря уж о «ковбойской», так мозг немедленно пытается отключиться и требует перезагрузки системы. Как обычно бывает в таких случаях, поставить диагноз оказывается превесьма непросто: не то это чрезмерно разгулявшийся креатив, не то банальная шизофрения.
Рискую показаться занудой, но смысл религиозного праздника (да что там — и любого светского!) заключается в событии. Вернее, в сути этого события, в напоминании об этой сути, в постижении ее, а совсем не в том, чтоб напиться или надарить друг дружке стандартных гостинцев (как будто кто-то запрещает дарить или бухать в другое время). Очень большой плюс есть у еврейских праздников, которые, в большинстве своем, направлены в обе перспективы — вперед и назад, которые год за годом объясняются и заново постигаются. Но у евреев другая крайность: они уделяют обрядовой, формальной стороне праздника слишком большое место, и в результате праздник теряет свою мистическую составляющую, свой внутренний свет.
Вообще говоря, религия и вера, хоть и направлены на одно и то же, зачастую все-таки очень далеки друг от друга. По аналогии первую можно уподобить армейскому Уставу. Солдат отдает честь знамени или встречному военнослужащему по той же самой причине, по какой верующий крестится при виде храма или при входе в храм. И то и другое суть элементы поддержания дисциплины и корпоративной гордости, элементы внешней отделки веры, ее штукатурки. Самое смешное, что чем больше на этом зацикливаешься, тем больше отдаляешься от собственно веры, Бог становится иконой, а вера в Него — не более чем крестиком на шее. Обряд, думается мне, важен, прежде всего как напоминание, то есть кушая пасхальный кулич, следует думать о том, что он олицетворяет, постясь — об очищении души, а венчаясь — о том, что ты даешь обет хранить верность своей второй половине до конца земной жизни и так далее.
Поэтому к ковбоям на Масленицу я все же, наверное, не поеду. Принципиально.
