Гроздь рябины достигает благодати,
в сочный пурпур обратив дыханье лета,
так усталое светило на закате
преломляет предпоследний лучик света.
И рождаются чудесные виденья,
горизонты полня шелестом и звоном, —
то ли дней недостижимых отраженья,
то ли Стикса плеск под веслами Харона;
или, может, это просто ностальгия
смотрит издали зелеными глазами;
или снов моих полотнища цветные
на просушку разлеглись под небесами…
Тишину мою затягивают льдины,
расстояния срезая понемногу;
вкус полыни, запах мяты, гроздь рябины —
это все, что я с собой возьму в дорогу.
14 февраля 2000 г.