Закрывающаяся дверь. Увеличивающаяся пропасть.

- Ниночка, сюда!
- Кто ты? Мама!!! Мама…- женщина перед ней была такая, какой она запомнила её по фотографиям, ведь мама ушла из жизни рано. Она была в каком-то сером длинном платье, но её длинные русые волосы струились по плечам, по спине, спускаясь до таза, а на голове неярким струящимся светом, выделялся венок из осенних пламенно-оранжевых листьев.
- Ниночка, ты не бойся, только не бойся, тут хорошо, легко и нет грязи мирской жизни!
- Мама, где тут? – спросила она, но её мама, не ответив, подошла и взяла её за руки. Она не ощущала тяжести рук, а только прохладу и успокоение, которое разливалось по её телу, добираясь до подсознания и внушая, что все будет хорошо.
- Обернись, вот она!
Дрожь, пробежавшая по всему телу, заставила посмотреть внимательно в глаза матери, но там был только холод и отражавшийся пламенно-оранжевый луч света от венка. Она обернулась, но, не успев ничего увидеть, поняла, что земля из-под ног исчезает. Быстрым прыжком она отскочила назад, а мама уже находилась над черной пропастью, плывя сквозь нее и протягивая руки дочери. Пропасть так быстро увеличивалась, что Нина поняла, что не успеет от нее убежать, хотя все продолжала отходить назад.
- Ты не бойся, только не бойся!

- Остановка сердца, быстро разряд. – Помощник доктора быстро провел первый разряд, результатов нет.
- Еще разряд, еще, еще! – держа себя в руках, говорил молодой врач, выдыхая воздух в пациентку.
- Не помогает!!! Надо делать разрез и открытый массаж, иначе мы можем её потерять!
- Нет, разряд еще! – врач не хотел делать разрез, надеясь, что сможет восстановить работу сердца без открытого массажа.
Импульсы поступили, вдруг нужное количество кислорода поступило в сердце, недостаток которого произошел из-за закупоривания легких «доплывшим» тромбом, и сердце сначала несильно, а потом, учащая свое биение, пришло в норму.
- Операцию нельзя надолго откладывать,- проговорил доктор, вытирая пот с лица,- через полчаса начнем.
- Она приходит в себя потихоньку.- Проговорила девушка, убирая ненужные приборы и снимая повязку.
- Пускай, пусть поговорит с дочерью, а то потом они долго не смогут поговорить. - Сказав это, он вышел и, взглянув на Лену, улыбнулся ей немного устало, но показывая, что все хорошо. – Можешь пройти в палату, она потихоньку приходит в себя, но у вас только полчаса, потом нам придется начать операцию.