Что же такое фотографическое искусство, давно признанное таковым во всем мире и только теперь обретающее признание в нашем отечестве? Где оно начинается, где отделяется от домашнего семейного фотографирования?
Отнеситесь к фотоизображению точно так же, как вы относитесь к произведению графика и живописца, и все встанет на свое место. Примите фотографичность за обязательное условие, ведь «малые голландцы», передвижники, Левитан и даже Сальвадор Дали иллюзорно фотографичны. Техника создания изображения не важна, важен результат. Вы не нувориш, вы легко отличите профессиональную живопись (о вкусах и пристрастиях забудем) от любительской мазни. Удачная фотография, независимо от того, поставленная она или репортажная, обладает всеми качествами хорошей предметной картины: она пластична, в ней присутствуют выразительные освещение, тональность и композиция. Сложнее обстоит дело с цветом — всерьез рассуждать о цветовом решении фотокартины стоит только применительно к некоторым пейзажным снимкам или поставленной фотографии — портрету, натюрморту, рекламной композиции. Снятые репортажным способом цветные фотографии по большей части менее выразительны, чем монохромные, благодаря случайности, неуправляемости цветового решения.
Важнейшее отличие, при всем сходстве, фотографии от живописи состоит в том, что фотография является отражением мгновений подлинной жизни. Она кажется самой жизнью. Мы верим фотографии, но стоит ли? Является ли фотография безусловной копией реальности?
Уже одно то, что изображенные на фотоснимке даже реальные события вырваны из окружения и заключены в прямоугольную рамку, — есть ее, реальности, искажение. Люди так не видят, наше поле зрения не имеет четко очерченных линейных границ.
Сам процесс выбора объекта съемки и кадрирования субъективен. Снимая бунтующую толпу, мы вольны выхватывать прямоугольником нашего кадра то одного, то другого человека. Мы можем взгромоздиться на крышу и снять всю толпу целиком. Мы можем переместиться на другую крышу и ту же самую толпу увидеть совсем по-иному. Наш отчет о событии, его трактовка будут зависеть от того, какие точки мы выберем для наблюдения и съемки. А сам этот выбор определится, в первую очередь, тем, что мы сами хотели бы в этом событии увидеть. Отснятый материал никогда не станет адекватным реальности, он ее исказит сообразно менталитету хроникера. Там, где проявляется субъективность, возникает возможность для того, чтобы состоялось искусство. Однако только возможность, ибо субъективность, строго говоря, может преследовать и иные цели: журналистские, политические, рекламные и т. п.
Свои работы оценить невозможно. Автор может судить лишь о том, чего он хочет достичь. У меня существуют довольно четкие убеждения, какой должна быть моя фотография. Как бы ни обрабатывался отпечаток, он должен оставаться фотографичным, чтобы передавать прелесть Божьего мира. Главное в фотографии — настроение, свет, воздух.
Снимая людей, я стараюсь уловить такие моменты их существования, когда они или погружены в себя, или заняты друг другом, или эмоционально открыты и не вспоминают о фотоаппарате, а их душевное состояние определенно наполнено (в момент съемки я знаю — чем). Однако потом, когда зритель рассматривает готовый отпечаток, он получает возможность трактовать увиденное по-своему, ибо я не даю ему подсказок. Не люблю, когда фотографии оснащают названиями, кроме простых информационных.