[300x450]
П Р О Д О Л Ж Е Н И Е.

Наступила война сорок первого года. Мы все, как родственники сестры, работавшей в Эрмитаже, были любезно приняты директором Орбели в эрмитажное бомбоубежище. Из-за обширных размеров подвальных помещений контакта между нами не установилось. Мама, всё же следившая за Лёшей, заметя его голодающий вид, с волнением мне рассказала, что и здесь Лёша проявил свою рабочую активность: он изучил немецкие бомбы, атаковавшие усердно Ленинград и изобрёл способ их обезвреживать. Конечно, доложил в соответствующее военное учреждение… и что же? – его стали посылать ночью на эту страшную работу. И вот к Эрмитажу время от времени подают Лёше машину, и он уезжает на смертельную деятельность - обезвреживать (разминировать) упавшую где-то бомбу. Однажды он рассказал мне, что, подъехав как-то по указанному адресу, все сопровождающие его вояки убежали, как всегда, прятаться подальше, а он один подошёл к упавшей бомбе и разминировал её. В другой раз, мина, по указанию счётчика, должна была взорваться через 5 минут после его поспешной работы... Вот героический, смелый подвиг Лёши, о котором, кроме нас никто не знал. Всё секретилось тогда и после. Могу лишь высказать своё предположение, что эта Лёшина заслуга, по-видимому, определила его дальнейшее рискованное поведение. О чём ниже.

Моя тревога о нём усилилась, когда я случайно встретила его в бомбоубежище и, заметя его осунувшееся лицо, спросила о самочувствии, на что он ответил, нахмурясь: «Голова, что-то покруживается» (первая его мне искренняя жалоба). И что же я впоследствии узнаю от Ирины: опекающее его учреждение взволновалось и предложило им эвакуироваться (конечно, поздно). И что же? – опять Лёша в своём репертуаре: узнав, что одна из женщин с ребёнком ждёт своей очереди на готовящийся к эвакуации самолёт (очередь подходит, и вдруг её останавливают и предлагают место Лёше с Ириной), Лёша отказывается в пользу этой голодающей матери с ребёнком. Могу представить реакцию Ирины … Маме это не было рассказано. Они все же отбыли на следующий день. Лёша заслужил этим поступком спасения от губительной неотвратимой участи…
Правда, эвакуация протекала для Лёши не так благополучно из-за обычной его рассеянности. Он где-то отстал от поезда и догонял его целые сутки. Об этом тоже рассказ уже пост фактум. Мы надолго расстались…